Таксист в Мельбурне.

Здесь в Окленде каждый пятый азиат, каждый четвёртый смуглый островитянин; бразильцев пруд пруди, а португальцев напротив, говорят, буквально несколько человек; русских чуть меньше, чем французов, но хорватов, болгар и македонцев в общей сумме не меньше. В такси какой-то пакистанец спрашивает о том, где ему выучиться на веб-дизайнера. В офисе за соседним столом флекс-программист индонезиец-трансвестит предлагает по средам подвозить до работы. В телевизоре клипы местных маорийских нига-рэперов. По Королевской, центральной улице, ходят русские раскрашенные девушки на каблуках и латиноамериканские студентки с тазами пошире. На выходных с немецким профессором пьём текилу, я, смеха ради, сравниваю католическую церковь с сетью быстрого питания МакДональдс — американский врач, судя по всему, не оценил шутку, а его жене пресбитерианке понравилось. На ногах кроссовки из Вьетнама, в ушах наушники из Малайзии, iPod по американской лицензии собранный в Китае. На ужин тайский рис с морепродуктами по японскому рецепту.

Сегодня мы, надеюсь, поговорим чуть-чуть о национализме, как о животном проявлении, недопустимом при жизни в более или менее развитом постиндустриальном обществе. В самом деле, нескладно получается, если ты, дорогой мой читатель, называешь азиатов «узкоглазыми», а сам не чураешься модные гонконгские гаджеты полапать, нацепив кепочку, склеенную в южных провинциях близ Гуанчжоу, где производится львиная доля Гучи, Армани, D&G и прочей блестючеей лабуды.

Мы живём в мире, который можно целиком облететь на самолёте за двое суток. Для россиянина, я уж не говорю об американцах, немцах и новозеландцах, полмира так или иначе открыты для посещений по туристической визе. Захотел рассказать односельчанам, какие «они всё-таки тупыые», сел на белый самолёт, слетал, задокументировал.

Однако, оказывается, невзирая на огромные порой различия в культуре и воспитании, люди в массе своей одинаковы. Страсти их биологически оправданны и идентичны в самых разных частях света. Не зря настоящее кино понятно без слов в лобой стране мира.

Многие русские ребята прилетают в Окленд и по какой-то не до конца понятной, но вполне неприятной мне причине морщатся при виде лиц неевропейской наружности. Сами того не понимают, что для окружеющих они выглядят ничуть не менее чужеродно. Как не понимают, что другим иммигрантам ничуть не легче в плане приезда, жизни вдали от друзей и родственников.

Кроме этого, поверьте, вы не самый крупный специалист, есть лучше — приехал недавно из Индии. Нет, вы не лучше всех водите машну — сосед Чен набрался опыта в диком Шанхайском трафике. Вы, возможно, видели и жили тяжёлую жизнь, и биты были — только вежливый пакистанец Юдишт расскажет истории похлеще. Вы гоняли духов, воевали, год после спать не могли — Вадим после трёх лет в действующей израильской армии умеет играть на классической гитаре и убивать. Ни достатком, ни нуждой, ни жизненной позицией никогошеньки удивить не получится.

Поганой метлой нужно гнать чувство собственного и национального превосходства, учить язык и внимательно слушать, и открыми глазами смотреть на мир. А не превращаться в тот пипл, что хавает и перетирает промеж своих фразочки в духе «понаехали чурки чумазые, не пройти». Сами вы чурки.