Карантин в Чили, хроники коронавируса

Здесь в Сантьяго объявлен строгий карантин. Начиная с сегодняшних десяти вечера, граждане семи избранных столичных районов должны сидеть дома. Чили повторяет южнокорейскую модель борьбы с вирусом и, насколько я понимаю, уже соскочила с порочной траектории, которая большинство стран нынче ведёт к испано-итальянскому сценарию.

  • 16-го марта закрылись школа.
  • 18-го марта страна перешла в Катастрофический режим (‘state of catastrophe’), что позволило полицейским проверять температуру у прохожих. О революции, которая тут вяло текла с конца октября, на время все забыли. Ну, почти все, особенно отшибленные коммунисты продолжали многотысячно собираться в центре. Теперь их начали ловить. До этого давали высказаться.
  • 19-го марта новозеландский МИД напомнил, что скоро закроется воздушное пространство, и домой попасть будет ну очень сложно, поэтому сидите, где сидите, мол. Они договорились с местными национальными авиалиниями LATAM, чтоб вывезти своих. Прислали несколько серьёзных предупреждений.
  • 22-го марта объявили полный комендантский час с десяти вечера до пяти утра и частичное ограничение передвижений в течение дня.
  • 25-го марта Новая Зеландия сказала всё, последние рейсы из Чили улетят 30-го марта, а как дальше будет — никто не знает. Многим от этого стало очень сложно и обидно. У нас и так были планы пожить в Сантьяго с годик, так и живём.
  • 26-го марта семь поражённых районов Сантьяго и несколько других частей протяжённой южноамериканской страны на одну неделю закрылись на полный карантин. Если недели не хватит, будет другая, а за ней следующая… В китайском Вухане люди два месяца сидели взаперти.

Сегодня (26 марта) в Чили 1306 больных Covid-19, +164 добавилось за день, всего 4 умерших.

Карантин означает, что на улице можно находиться, получив разрешение на сайте комиссариата под личную ответственность и паспортные данные. Иностранцы — это мы! — должны пешком дойти до полицейского участка (2 км) и там организовать себе нужную бумажку, с которой можно будет попасть в муниципальный супермаркет (ещё 2 км). Все коммерческие, не жизненно необходимые точки продаж будут закрыты. Службы доставки и онлайн-магазины — тоже не имеют права оперировать в наших районах.

Обновление: только что опубликовали правила — доставку для некоторых служб и некоторых супермаркетов разрешили! Не придётся топтаться в очереди в полицейском участке где-то там. Это плюс.

Мы не до конца понимаем, как частичное ограничение передвижений граждан в рамках огромного города может помочь в ситуации заражения всей страны и планеты в целом, но уж как есть. Тестов в Чили делают много, медицинская система развита весьма и очень, отчего мы не очень переживаем, что попадём в тяжёлое положение.

Интернет утверждает, что строится уже второй временный госпиталь.

Самоизоляция помогает не болеть. Вы, конечно понимаете, ведь вы тоже сидите дома, не так ли?

Сегодня вечером начало карантина — последний день, когда можно закупиться всем подряд. В супермаркетах пустоватые полки, но визуально никакой паники мы не заметили. Народ весьма расслабленно относится к военному положению, а может просто заняты думками и беспокойствами своими. Как все, как все…

Мы тоже с утра атаковали мобильные приложения служб доставки, здесь их как минимум три, в остальных наши новозеландские карты не принимают, только местные. Купили еды, вина, LEGO, паззлов и мусорных мешков.

Перестали пользоваться лифтом больше недели назад, оттого четыре раза за день спускались с семнадцатого этажа и поднимались обратно. Нагуляли аж шесть тысяч шагов и 45 минут физических упражнений, если верить часам. Поддерживать организм в тонусе сложнее, чем кажется. Я делаю раз в день семиминутный сет упражнений, от которого хочется сдохнуть, и болит всё тело. Но наука утверждает, что это минимально-достаточный набор нетюфяка. Приложений для него миллион, и, говорят, даже есть пятиминутный набор с тем же эффектом. Вполне себе решение, хоть и временное.

На одиннадцатый день самоизоляции начинает нагружать единообразность быта: без дополнительных усилий никакого разнообразия не будет. Вообще. И дни полетят, как минуты.

Завтра День Сурка обещает быть таким же, как сегодня. Мы, по-ощущениям, зависли в кругосветном круизе. Развлекательный центр закрыт на лопату, и всё время приходится проводить в каюте. В иллюминаторе — очень красивые виды; каюта комфортная, трёхкомнатная, просторная; есть Apple TV, Netflix и даже PS4 (припёрли из Новой Зеландии) и холодильник регулярно пополняется полумагическим образом. Хватает времени и на почитать, и на фортепиано поиграть, и в приставку поиграть, и поработать. Последнее правда затягивается и уходит глубоко в ночь, отчего подъём сдвигается всё дальше в зону «скоро полдень». Не уверен, что это полезно, но пока так.

На улицах пусто. Мы буквально первый раз за почти две недели совершили вылазку по важным делам: держали дистанцию, пользовались виниловыми перчатками, спиртовым гелем. Маски купить не удалось, ходили без масок, но не подходили к людям ближе двух метров.

Чувство времени притупляется прямо пропорционально повышению тревожности.

Начинает потихоньку напрягать, что дни летят один за другим, что ребёнок полдня ходит на ушах, четверть дня втыкает в экраны разных форматов и яркости, четверть дня сидит на шее.

У нас закончились монетки для полуавтоматических стиральных автоматов, и мы провели показательную стирку в ванне — как в советском детстве: замочили, потоптали, прополоскали. Сын никогда такого не видел. В его жизни бытовые дела занимали очень мало времени: стирала стиральная машинка, сушила сушилка, уборку делала приглашённая тётя, в саду возились работники. Возня в ванной, процесс стирки а-ля винодельня ребёнку очень понравился и очень скоро надоел, и всё действо превратилось в балаган с эмоциональными всплесками и восклицаниями. Достирали, развешали на балконе. Таково было событие дня, отличающее его от дня вчерашнего. Неделя пролетела на ура.

Безусловно, драгоценного, наидрагоценнейшего времени с семьёй хватает. Нет сомнений, что наша ячейка общества переживает очень какое-то сюрреалистичное событие. Надеюсь, ребёнок запомнит этот странный год, и эту необычную поездку в Южную Америку, когда весь мир был поставлен на паузу, и мы месяц (или два, или три…) не выходили из квартиры.

Самоизоляция, день пятый или никто не хочет и думать о том, пока Титаник плывёт

Бассейн закрыт, потому что пандемия. Слыхали?

Здесь в Сантьяго мы запломбировались на неопределённый срок и переживаем событие века. Пьём вино без конца и разговариваем о том, на что это похоже. Для внутреннего баланса и спокойствия советуют записывать содержание мозговых процессов, чем я и занимаюсь в свободное от работы время.

Мы будто оказались в затянувшемся круизе: ни один порт не принимает, но продуктов, выпивки и стационарных развлечений хватает. Говорят, пандемия — событие сродни Мировым войнам: о нём наши дети будут рассказывать своим внукам, мол, дичь дикая была, с трудом помню, но поучаствовал. Немаловероятно, что этот самый пост сын будет расшаривать в неотвиттере будущего, как я шарю истории своей крёстной о тяжеленном сталинском прошлом.

Наш круизный лайнер тихо плывёт по волнам, из колонок играет тихий джаз где-то там идёт война и гибнут люди. За капитанским столом говорят о комендантском часе, но это её не точно. Да мы и на работу-то не ходим. Пополняем бокалы, заказываем деликатесы онлайн, толстеем и расстраиваемся, что бассейн закрыли. Вечерами смотрим на закат, до глубокой ночи изучаем интернет, восход пропускаем. Спим пока ребёнок не разбудит, со всех сторон слушаем важные и срочные сообщения из капитанской рубки, осуждаем, обсуждаем, рассуждаем, куда этот Титаник двинет дальше.

Купили через группу в соцсети пять литров спиртового геля, протёрли все поверхности и дверные ручки. Для этого пришлось совершить поездку на Uber Comfort. В следующий раз воспользуемся услугами службы доставки любых товаров отовсюду. Оставляем всем курьерам на чай в тройном размере за хлопоты. Курьеров перестали впускать в здание, снизу звоните консьерж и мы спускаемся на лифте, по одному человеку за раз, забираем готовые пакеты. Какая-то глупая женщина залезла к нам в лифт, хорошо, что с первого до шестого этажа дыхание задерживать не сложно. Такие всё же люди бывают бесчеловечные.

Частная школа шлёт видеозаписи: многоопытная британская учительница даёт задания, читает книги, объясняет сложные моменты. Они же прислали распечатки с учебными материалами: кипа бумаги с головоломками и средне-скучными математическими задачками. Видео смотреть школьник хочет, а с бумагами возиться не очень. В целом учиться дома, когда вместо одноклассников родители, хочет отнюдь не так, как делать игры в Scratch или играть в Terraria. Он давно прочитал все бумажные книги в квартире и скачивает по двести страниц платных детских текстов на Kindle каждый день. Иногда в каюту приносят еду из службы доставки. Отлично время проходит в круизе.

Я много думаю — ну правда, освободилось время для думок: не никуда добираться, не надо ни в кафе, ни в музеи ходить — мелю, варю, пью кофе дома, немного отжимаюсь, немного пишу в блог, стараюсь играть на фортепиано хоть час в день, передвигаю предметы туда-сюда в контексте уборки, рисую с ребёнком, читаю с ним, играю с ним в приставку, пью вино с сыром, женой и друзьями по видео.

Карма, наш успешный стартап, третий день показывает четырёхкратный прирост новых установок. Наш изначально построенный по удалённо-распределённой схеме бизнес не падает, не разваливается. С большой земли присылают статистику ежечасно. Это приятно, спасибо им там, помнят.

Выходили недавно на верхнюю палубу (газон перед домом), устроили небольшой пикник с печеньками — событие дня просто!

Спросил у гугла ‘Hey, Google what’s the news’ и из радиорубки полился контент с ужасающими смертями и паникой по всему свету — срочно вернулись к себе в каюту. Круиз продолжается.

Говорят, до ближайшего порта ещё несколько месяцев. Думаю, к сентябрю доберёмся. Что мы там увидим? Точно никто не знает, но пофилософствовать за бокалом вина — это мы любим. За время дальнего плавания будет прочитано немало книг, пройдено немало игр, мы отсидим свои попы и чужие головы, но постараемся сохранить приподнятое состояние духа, чего и вам советуем.

P.S.: Если вы думаете, что это «просто грипп», посмотрите на мой прогноз в позапрошлом посте, и сравните с сегодняшней трагичной статистикой, и сидите дома!

Австралийский дым в Хоббитоне

Дым от австралийских пожаров в Новой Зеландии

Здесь в сказочном Хоббитоне как-то не очень. Из Австралии, через 2000 километров океана принесло столько дыма, что небо стало жёлтое, а солнце красное. Опубликую сегодня фотографии с телефона без обработки. Вот так адово в январе 2020 года горели леса в солнечной Австралии. Пусть эти картинки станут очередным напоминанием о том, что климат неминуемо меняется, коронавирус или нет.

Зрелище напомнило советскую историю Волкова «Жёлтый туман», который злая великанша напустила на сказочную страну. Фотографии в галерее кликабельны. Снято на камеру iPhone.

Так и живём. Напоминаю, что из Новой Зеландии мы успешно уехали, и живём теперь в Сантьяго, что в Чили.

Одно дело в год

Сантьяго, Чили

Здесь в Сантьяго я быстренько обновлю заброшенный уже было концепт. Много лет назад я сформулировал формулу, которая помогает двигаться по жизнь без особенного стресса для себя и окружающих. Суть метода заключается в том, чтобы позволять себе прокрастинировать сколько угодно, болтаться без дела, симулировать, экспериментировать, ошибаться — всё это ОК, если выполняется одна единственная цель в год.

Как в компьютерной игре, где сохраняться можно только иногда и в специально отведённых для этого местах — не важно, чем ты был занят в промежутке, важно, что ты добрался до чекпоинта; теперь можно продолжать проходить игру дальше с этого места даже, если свет моргнул.

Помогает следующее упражнение: опишите, начиная с прошлого года, что такого большого вы добились? Уверен, получится, что не зря всё это. Почти уверен, что настроение улучшится. Надеюсь, что появится вдохновление для будущих целей.

  • В 2020 я хочу выучить испанский и научиться зарабатывать на жизнь вне зависимости от местоположения на глобусе.
  • В 2019 году я хотел попробовать выскочить из благоприятного новозеландского пузыря, и мы всей семьёй уехали в Чили.
  • В 2018 году я хотел свой стартап (опять), и мы подняли с колен Карму.
  • В 2017 году я очень, очень, очень хотел перестать платить две ипотеки, а старый дом не продавался. Поэтому мы просидели почти всё время в Окленде. Дом продался, это было большое дело, очень скучное, но важное.
  • В 2016 году году я хотел найти хорошую школу для ребёнка, и мы переехали в детско-родительско-пенсионерский район. Купили второй дом.
  • В 2015 году я хотел избавиться от необходимости покупать и продавать автомобили, и стал снимать электромобиль. Потом продал и его, стал свободнее. Было много родительства: маленький ребёнок — это ужасно прекрасно.
  • В 2014 году я хотел, чтобы мои родители получили вид на жительство в Новой Зеландии, и они получили. Я паспорт в этом году получил.
  • В 2013 году я хотел стартап, и мы запустили «фэшн-инстаграм» Do You Like It? Он сдох, конечно, но мы научились.
  • В 2012 году я хотел семью — и у нас появился чудесный мальчик Лукас.
  • В 2011 году я хотел решить квартирный вопрос и купил в декабре дом.
  • В 2010 году я хотел открыть свою компанию и перестать ходить в чужой офис — так появилась Sliday
  • В 2009 году я хотел научиться работать в Новой Зеландии и выплатить большой долг, накопившийся после полугодового путешествия. Научился, выплатил.
  • В 2008 году я хотел получить вид на жительство в Новой Зеландии, и прокатиться по Азии — получил, уехал, как планировалось.
  • В 2007 году я хотел остаться в Новой Зеландии, разобраться с рабочей визой, разобраться с тем, как тут жить. Было жутко интересно и не очень сложно. Разобрался, остался.
  • В 2006 году я хотел поехать, попробовать пожить и поработать в Новую Зеландии — собрал $5570 и поехал, хули.
  • В 2005 году я хотел посмотреть, как оно вне России, и присутствуют ли там вообще разумные формы жизни. Полгода жил в провинциальном Китае.
  • А вот в 2004 году я ничего не хотел. Работал потихоньку, бегал от армии, съездил раз на Алтай, кажется, один раз в Бурмистрово. Родители, кажется, приезжали. А я думал, что нужно съезжать с квартиры на улице Академической 4 и ходил в гости к друзьям: Илье ‘Zepp’ Стахееву, который жил в конце той же улицы, к Диме ‘Spectator’ Смирнову, что через дорогу, Вале ‘Woobinda’ Мерзликину на Морском проспекте тогда обитал, кажется. Кофе мы пили в NYP-кофейне на том же Морском. Жизненное пространство и знакомства были замкнуты на аську, ЖЖ и Академгородок. В “городе”, в Новосибирске, я в 2004 году был всего лишь раз. Много курил, по ночам работал и играл в Mortal Combat, думал, что вот напишем мы нашу супер-игру и станем миллионерами. Игру написали, кстати.

На этом хронология больших целей заканчивается, можно сказать, что не было у меня каких-то больших желаний и целей до того периода. Было пущено всё на самотёк и как-то вяло тянулось. Период между активными студенческими годами и бесцельной молодостью в рамках Академгородка — это жизнь, затуманенная алкоголем, табаком, другими лёгкими наркотиками и инвертированным графиком сна, из которой помнится не очень много. Лишь блог хранит позор старины глубокой.

Это конец поста “Одно большое дело в год”. Резюме таково: чтобы не было грустно об ушедшем, я стараюсь планировать жёстко на один год вперёд одно большое дело. Если постепенно идти к цели, то в промежутках можно пинать балду и всячески отвлекаться. В отвлечениях прокачиваются хобби (например: пока делали Карму в 2018, я хотел вспомнить, как играть на фортепиано: купил цифровое пианино и осилил его до уровня третьего класса музыкальной школы.), в больших делах — фиксируется движение вперёд.

Хорошо ли в Новой Зеландии? Возможно, лучше всего.

Здесь в Окленде я забросил бложение и перешёл в основном в Твиттер. Основную часть моей жизни теперь занимают семья и работа. Работа делится на две части: сервисы и продукты.

Годы приходят, проходят и уходят: скоро сорок, и пока есть силы, то максимальный упор в семье делается на незабываемые моменты — время с быстрорастущим ребёнком, усиление взаимопонимания с женой, например. На трудовом фронте, где, как мы шутим в офисе мой бизнес-партнёр — это в каком-то духе «рабочая жена», с которой тоже не всегда легко, и вот уж больше десяти лет спустя, всё притираемся — на работе делается всё, чтобы увеличить пассивный доход. Материальные излишки сгорают в ипотечной топке или откладываются долгий ящик.

Приблизительно пять лет уж как денежный вопрос, можно сказать, решён. Ну или задвинут на второй план, ибо в семье двух здоровых работающих молодых профессионалов со всего лишь одним чадом.

После почти пятнадцати лет в Новой Зеландии, наступило насыщение средой. Здесь очень многое, почти всё, стало обыденно и понятно. Большинство бытовых задач и не задачи вовсе, ибо решаются механистически, без включения мысленных процессов. От этого, как от монотонной, повторяющейся изо дня в день, дороги из дома в школу, на работу и вечером домой — недели пролетают стремительно. А с ними и месяцы, и кумулятивно — годы.

Сын пошёл в школу. Школа в приличном, тихом районе. Здесь зéлено, парки кругом, рядом океан, и нет пробок. Лишь белые новозеландки с собачками гуляют взад-вперёд по вечерам. На удивление гомогенный этнический состав.

В школе всё налажено, традиционно, незыблемо: директриса, которую дети зовут за глаза «динозавр», занимает этот пост больше 23 лет; завуч, её заместительница — 22 года. Они команда, и учебный год, я уверен, пролетает, как поворачивается колесо хорошо смазанного парового двигателя. Расписание жизни родителей формируется с учётом предсказуемого учебного графика этого уважаемого общеобразовательного государственного заведения. Каникулы, плюс-минус неделя — это, когда мы куда-то можем ехать. Учебные дни — это когда в девять надо быть выдвигаться, а в три часа дня надо обязательно забирать, или организовывать (бесполезную весьма) продлёнку. Тик-так, тик-ток.

Из почти 20 лет опыта работы в цифровой сфере, «на дядю» трудиться довелось лишь года три. Я всегда ощущал внутренний бунт против любого рода непоколебимых ограничений. Будь то необходимость получать отличные отметки в университете, просыпаться в положенное время, заполнять отчёты, выполнять поручения, подстраиваться под токсичных клиентов или начальников… Всё это трата жизненного времени и космического пространства.

У свободного человека — выбор есть всегда.
Все правила и люди их насаждающие — не железные.

Структура новозеландской школы Восточного Окленда такова, что дайте мне любой день из следующей декады (!), и скорее всего с точностью спутниковой навигационной системы я смогу ответить где я буду находиться и чем скорее всего буду занят. Мы очень счастливые родители, которые не чураются своих обязанностей и времени, проведённого с чадом, но устаканенная, фаталистичная почти предопределённость и ощущение утекающего сквозь пальцы времени — это депр, депр, депр. А ведь нам и сорока лет нет!

Я очень люблю перечитывать (ну или пересматривать) эссе «Это вода», написанное для выпускной речи самоубившимся в конце концов Дэвидом Фостером Уоллесом.

Безнаказанная предсказуемость и банальный кисель. И без того хаотичная, пустая по сути жизнь — которая пыль и тлен бесполезный — теряет остатки смысла.

Реальность дана нам в ощущениях. Если на автомате прожит день: нет ощущений, и нет реальности.

В ипотечных займах, погоне за скидками, транспортировке тел на рабочие места и детей в учебные заведения, в куплях-продажах «недвижки» и болезненном выборе ковра и цвета обоев, в мещанских городских и пригородских заботах-ебóтах — проходит жизнь на автомате, на автопилоте.

Поэтому мы уезжаем из Новой Зеландии.

На время. На год или около того. Потом напишу куда. Сегодня вскользь описал почему.