Фото, чтобы не забывали


На фото гавань Виктория, снятая с вершины холма на острове Ламма в Гонконге.

Здесь в Квинстауне я подключился к мобильному интернету и спешу напомнить о себе коротким постом.

Я снова путешествую по Южному острову Новой Зеландии, будет много хороших фотографий. Следить за поездкой в режиме «живого» времени можно у меня в инстаграмм и fb.me/kulesh. Завтра в планах гора Кука, озера Пукаки и Те Капо.

Напомню, что раз в сутки можно голосовать за этот блог на сайте theBOBs, где он оказался с подачи неизвестного мне члена жюри в финале конкурса «Лучший блог на русском языке». Голосование продлится до 2 мая. Не дайте мне засохнуть.

Гонконг: жители


Азиатский бизнесмен в Коулуне на набереженой.

Здесь в тесном Гонконге проживают больше семи миллионов человек. Они, как и всюду, рождаются, торопятся по делам, смеются, плачут и умирают. Сегодня я опубликую фотографии некоторых жителей этого удивительного города.

Читать далее Гонконг: жители

Гонконг: пригород

Прежде всего: мои извинения читателям ЖЖ, которые имели возможность лицезреть мои ужасные старые посты 2002 года в своей френдленте сегодня утром. Всё починил.

Здесь на острове Ламма, что рядом с Гонконгом, нет автомобилей. Приплыв из города можно прогуляться пешком по холмам и посмотреть на окрестности. В основном это виднеющиеся вдали торговые суда и баржи. Лишь шесть тысяч жителей проживают на острове площадью 13,55 квадратных километров, длиной 7 километров и высотой 353 метра.

Фотографии с комментариями в продолжении поста.

Читать далее Гонконг: пригород

Гонконг: город

Здесь в Гонконге я несколько дней ошарашенный гулял по улицам супергорода. На длинных пасхальных выходных разбирал архивы и обработал несколько десятков фотографий оттуда. Разделю на три поста, которые условно можно будет озаглавить: город, жители, пригород.

Центральная часть Гонконга напоминает муравейник из стекла и бетона. Высотки в новых районах растут, как грибы. В Китае любят превосходные степени сравнения, любят, когда здание самое высокое, а тоннель самый глубокий и длинный. Это глубоко в культуре Великого Китая.

Тем, кто бывал в мегаполисах вроде Нью-Йорка или Токио, наверное, знаком трепет перед техническими достижениями человечества. Когда запрокидываешь голову до хруста шейных позвонков, чтобы прикинуть сколько же в этом здании этажей.

Безусловно, от размера города и плотности населения зависит ритм жизни. В Гонконге все куда-то бегут, как в детективах Дарьи Донцовой («я побежала в милицию», «сбегав в магазин», «убежала на работу»).

Цзюлун (Коулун) долгое время считался одним из самых густонаселённых районов планеты — приблизительно 40 000 человеческих единиц на квадратный километр. Я посчитал когда-то, что, если жителей дистрикта распределить по плоскости, то они стояли бы через каждые пять метров. Яблоку негде упасть. Сегодня Гонконг сотый по размеру мегаполис мира (график).

В продолжении поста смотрите фотографии городских дебрей Гонконга. Все изображения кликабельны.

Читать далее Гонконг: город

Серия Уголки, выбор читателей

Макао, Китай
Макао, Китай.

Здесь в Окленде я наконец-то добрался до поста полуторалетней давности, в котором просил вас, дорогие читатели, проголосовать за шесть понравившихся фотографий. Я тогда, помнится, собрал больше шести десятков статичных снимков со всего света и назвал серию «Уголки«. Конечно, никак нельзя держать столько фотографий в одном наборе, поэтому я и попросил читателей блога поделиться впечатлениями. Немного удивительно, но пост собрал больше трёх сотен комментариев и был принят весьма тепло. Сегодня я выцарапал оставленные вами в отзывах циферки и организовал их в огромную таблицу, и выбрал двенадцать лучших снимков.

Итак, лучшее из серии «Уголки» по мнению читателей блога «Здесь в…«

Читать далее Серия Уголки, выбор читателей

Индустриальный Китай, страна-завод

Завод на острове Ламма, Гонконг
Получить эту фотографию в полном формате.

Здесь в Китае вовсю на наше с вами благо работают фабрики, заводы и сотни миллионов людей. Запад, сидя в удобных креслах, в удобной одежде, за удобным столом с современным ноутбуком, изредка попинывает Восток за ухудшающееся экологическое состояние планеты. Успешно пришедший к прогрессивному коммунизму спустя многие десятилетия лишений и борьбы с невидимым врагом Китай пока занят собственным развитием, и вопросами сохранения окружающей среды не очень интересуется.

Мне отчего-то верится, что придёт время, и не вопрос решится сам собой — будут построены гигантские атмосфероочистные станции, которые наведут баланс в разболтавшейся экосистеме планеты. Того глядишь, по всему миру рядом с каждым заводом такие установки будут стоять. По сдельной цене, конечно. А что? Дело хорошее, выгодное. И сердобольное белолицее общество с высокими моральными устоями и привычкой переживать по поводам, которые, так сказать, «вообще», будут довольны, и инвесторам будет куда средства пристроить.

А пока развитая часть Китая выглядит, как одна огромная фабрика. Каждый квадратный метр максимально эффективно используется для производства чего-нибудь полезного. На подъездах к Шанхаю видно, как меж рельс растят какие-то корешки. Вероятно, те, что подают после в едальнях. Площадь, кормящая двадцатимиллионный Шанхай, который ныне называют не иначе, как «Нью-Йорк на стероидах», в три раза больше самого города.

Южные, кантонийские районы, имеющие доступ к гиперэкономике Гонконга и прилегающих к нему Шеньчженя и Гуанчжоу трудятся по 24 часа в сутки. Пейзажи напоминают кадры японских киберпанковых сериалов: лес труб до горизонта, небо изрезано проводами, поверхность земли — дорогами. В этом месте производится по различным оценкам до семидесяти процентов всей одежды в мире. Местные рассказывают, в трудовых посёлках натуральная одёжная лихорадка: денег там от продажи настоящих и не очень Кельвинов с Кляйнами, как грязи, народ пресыщен развлечениями, и закон, пока рабочие, фабриканты и мафия отдыхают, тихонько стоит в стороне. Самые шумные кутилы в Макао — кантонийцы.

Собранные мною под катом фотографии были сделаны по пути из Гуанчжоу в Гонконг, и из Макао в Наннинг на пути к вьетнамской границе. Про Шенчьжень, город-отражение Сянгана, и про Макао, который давно уже переплюнул Лас-Вегас по сборам в игровых домах, я расскажу в следующий раз.

Ещё шестнадцать фотографий + бонус

Утиные истории спешат на помощь

Добро пожаловать в Гонконгский Диснейленд

Здесь в Гонконге сбылись мечты русского мальчишки, который в начале девяностых с замиранием сердца каждое воскресенье ждал начала мультфильмов про Дядюшку Скруджа, его племянников, Балу, бурундуков Чипа и Дейла и самого крутого сыщика вымышленного мира Чёрного Плаща. Между показами в телепередаче рассказывали и показывали захватывающие дух репортажи об аттракционах и устройстве страны волшебника Диснея из далёкой, недостижимой из российской глубинки Америки. Увидеть Микки Мауса и умереть, ага.

В этом посте фотографии и относительно подробный рассказ о посещении гонконгского отделения Диснейленда, которое, хоть и говорят, что меньше всех прочих, но отнюдь не хуже по духу. Очередей опять же почти нет. Но начнём по порядку. Приятно, чёрт возьми, перебирать летние фотографии, когда за окном льёт дождь, и обогреватель накручивает киловатт-часы в полную силу.

Disclaimer: Будьте бдительны, в посте, конечно, далеко не все аттракционы, что-то около половины.

45 (sic!) фотографий с описаниями. Много.

Кантонийская столица

Мужчина выгуливающий котов

Здесь, в Гуанчжоу, тепло, людно и не понимают моего китайского, зато гораздо лучше с английским. Третий по размеру город в Китае, расположенный в благоприятной близости от Гонконга с его гипертрофированной экономикой, он по достоинству считается одним из лучших мест для комфортной жизни экспатов. Как и в случае с двумя другими гигантами, Пекином и Шанхаем, точной информации о количестве жителей мегаполиса нет. Оценки варьируются от 6 до 20 миллионов человек. Одно скажу — народу в Гуачжоу полно.

На спальном автобусе мы прибыли в город ночью. Таксист потерялся и очень долго кружил по, как потом оказалось, центру в поисках гостиницы. В 4:30 ночи спрашивал у торгашей, как проехать. Вот люди работают, вот люди устают, подумалось мне тогда.

Утром я отправился в экспедицию на поиски метро. Оказалось, что до ближайшей станции топать больше двадцати минут по каким-то пролетарским районам, где пахнет кухней, и дети играют в теннис на столе, где вместо сетки два кирпича и палка-перекладина. Метро меж тем одно из лучших из тех, что я видел. Тёплые, чистые, тихие вагоны, можно, не напрягая связок, разговаривать. Самый, пожалуй, эффективный способ перемещения по разбросанному по берегам реки городу. Кстати, о реке: вечером того же дня был опробован копеечный паром, вышло, это самый быстрый и самый дешёвый способ попасть в центр из нашего YHA хостела.

Район Riverside известен своими объедальнями и выпивальнями. Как стемнеет, здесь собирается и стар, млад, относительно недорого поесть рыбно-морских деликатесов. В тазах плавают омары, на жаровнях деревянные палочки, с насаженными кальмарами и осьминогами. Отвлекусь немного, расскажу о продавцах муры на палочках. Уж не знаю почему, но отчего-то этим занимаются таджики или похожие на них национальные меньшинства. Городские беспризорники и мелюзга-карманники обычно той же масти. Немного странное наблюдение в свете того, что 9 из 10 китайцев принадлежат к этнической группе Хань. Забавный факт для любителей омонимов. В Китае около десяти миллионов представителей народа Hui— «Дунгане» по-русски.

Возвращаясь к теме поста, в Гуанчжоу я провёл больше недели. За это время посетил самый большой в Азии парк развлечений, где опробовал американские горки, после которых подкашиваются ноги. Покатался по Жемчужной реке на теплоходе по ночному городу среди светящихся небоскрёбов и разноцветных деревьев. Поел экзотической еды в уютном ресторанчике на Шамиан острове. Взобрался на гору Большого белого облака, посмотрел сквозь дымку на городской пейзаж. Попил кофе в Старбаксе, получил вьетнамскую визу.

В отличие от чудовищного Гонконга, металлического муравейника, состоящего из стекла, бетона, автомобилей и куда-то бегущих людей, Гуанчжоу более человечен. Остальное расскажу в фотографиях.

Ещё 18 фотографии

Уголки

Телевизор

Здесь в Окленде по соседству от меня расположен дом престарелых, retirement village. «Деревня для уединения», если перевести буквально. На деле это несколько продолговатых многоквартирных приземистых домов. Почти каждый вечер, возвращаясь с работы, я прохожу мимо однокомнатных ячеек, отгороженных от внешнего мира пластиковыми, раздвигающимися дверями. Рядом с одной из квартир и в дождь и в зной стоит старый, никому не нужный телевизор, почти сливающийся в мягкой тени близстоящего дерева с фоном — как в «Красоте по-американски», очень красивый.

Кажется, я начал понимать, почему мне когда-то очень понравились фотографии Стефена Шора, первого в мире фотографа, при жизни выставлявшегося в Нью-Йоркском музее исскуств (Metropolitan Museum of Art). Год назад я несколько недель не убирал окно браузера с его работами, пытаясь понять, что в них особенного.

Не знаю, как у вас, а у меня, нередко так бывает, что глаз своей гармоничностью притягивают казалось бы совершенно обычные статичные сценки. То это мягкий свет, то геометрия линий, сочетание цветов, фактуры, всё это вместе взятое. Для себя я такие фотографии помечаю фиолетовым тагом. Они — пространство для игры фантазии, декорации для вымышленных ситуаций и персонажей. Так получаются фотографии без действующих лиц. Без лиц вообще. Остановленное в фотографии и без того недвижимое время-пространство ничего не замечает и продолжает существование. Вы смотрите кино, в котором неподвижная камера снимает недвижимых актёров, но нет никаких сомнений в том, что они живые.

Ещё 66 фотографий. Помогите выбрать 6 лучших

Мой Амой

Сьямень

Здесь, в Сямэне, придумали кетчуп. На кантонском диалекте koechiap, или ke-tsiap (кит. qi?zhi), что в переводе означает — «сок баклажана». При чём там баклажаны совершенно непонятно, ведь тогдашний соус состоял из рыбного рассола или моллюсков, тоже солёных. Не входили в рецепт и помидоры. Вместо этого в соус добавляли анчоусы, грецкие орехи, грибы и фасоль, чеснок, специи, и рисовое вино. Отнюдь непростой, очень по европейским меркам нетрадиционный рецепт. Тем не менее соус пришёлся по вкусу приплывшим из Англии в семнадцатом веке торговцам, так catchup или, как его ещё называли — ketchup, появился в Европе.

Из Китая в те времена везли всё. И Сямэнь тому способствовал. Издревне этот порт являлся самым крупным на Тайваньском проливе. После того, как в шестнадцатом веке власти избавились от пиратов, в порт стали заходить португальские суда. Однако, сто лет спустя пираты вернулись и захватили город с прилежащей территорией. Их бравый предводитель Коксинга провёл детство в Японии, получил в Китае хорошее образование. Война с маньчжурамы прервала череду золотых студенческих лет будущего предводителя.

Коксинга переводится как «господин с императорской фамилией». Наш герой действительно был королевских кровей. Когда после захвата Фуцзянь его отец вступил с маньчжурами в сговор, сын отказался последовать за ним и стал пиратом. Четырнадцать лет (!) спустя он нанёс сокрушительный удар, далеко продвинувшись со своей флотилией и стотысячной армией вглубь континента. Сямэнь стал его столицей.

Чтобы укрепить тылы, Коксинга обратил внимание на Формозу, нынешний Тайвань, принадлежавший в ту пору голландцам. После девятимесячной осады остров сдался. Защитники, стоит отметить, были отпущены с миром в знак уважения к их стойкости. Правитель юго-восточной Азии стал силён, как никогда. Планы на захват Филиппин оказались разрушены неожиданной вспышкой малярии. Коксинга умер в порыве гнева, когда подчинённые отказались казнить наследника, не так давно уличённого в связи с сиделкой. В социалистическом Китае Коксингу, Чжэн Чэнгуна, так звучит имя на местном наречии, почитают, как героя-освободителя от иноземных захватчиков и сильного правителя с твёрдой рукой.

Сын продержался у руля больше двадцати лет. Потом Китай, конечно, вернул Тайвань и Сямэнь, немедленно ограничив торговлю в регионе. Только в середине девятнадцатого века после Первой опиумной войны запреты были сняты, и город стал крупнейшим и важнейшим портом страны. Близлежащие острова и бухту стали заселять иностранцы.

Ныне Сямэнь является одной из специальных экономических зон Китая (подобно Гонконгу) и в прошлом году был признан лучшим по уровню жизни среди других мегаполисов КНР. Как краевед заявляю, что там и правда хорошо: чистенько, уютненько и в то же время по-богатому.

Мы довольнго долго выбирались из Нанчанга. Шли дожди, в районе Шанхае начались наводнения, да ещё праздники — в итоге было решено двигаться на юг и к морю. Минуя крупный индустриальный город Фучжоу, на автобусах мы добрались до берега Сямэнь. По приезду остановились на Острове пианино — Gulangyu Island. В предыдущем посте из Сямэня я немного о нём рассказывал.

Много фотографий, пробуем новый формат поста

ВКС

Великая китайская стена

Здесь, в окрестностях Пекина, синее небо над Великой китайской стеной. Существует несколько доступных для туристов участков Стены, расположенных в непосредственной близости от столицы. Не самый туристический участок Симатаи состоит из двадцати четырёх растасканных крестьянами на кирпичи секций общей продолжительностью чуть более десяти километров. Часть башен, в начале и в конце пути, восстановлены. Грубо говоря, отстроены заново. Предприимчивые местные жители за порой несоразмерную оказанной услуге плату могут показать короткую дорогу в обход большинства участков, пролегающую по аутентичным деревенским закоулкам. Четыре часа ходьбы вверх-вниз по полуразрушенным ступеням отнимают столько же сил, сколько приносят удовольствия от созерцания одного из величайших и бессмысленных человеческих проектов.

Бытует мнение, что Великая китайская стена — единственный рукотворный объект видимый из космоса. Однако, кроме банальных математических выкладок, основанных на угловых размерах и восприимчивости человеческого глаза, существует экспериментальное подтверждение обратному. Первый китайский космонавт в одном из сообщений Земле передал, что ничегошеньки с орбиты не видно. Вне зависимости от этого факта, петляющая по крутым горам конструкция поражает своими масштабами и безусловно стоит потраченного дня, забитой под завязку карты памяти фотоаппарата и стёртых ног.

Ещё семнадцать фотографий

Новый год в огород

Пьяные Деды Морозы везде

Здесь в Окленде закрываются магазины, банки, клубы и кафе — Рождество. Работодатели с радостью готовы пригласить на интервью — после пятнадцатого января. Тогда же откроется любимая кофейня на углу. Терпеть не могу это время года. Как мы все помним, в шестидесятых прошлого века Папа Римский отменил Деда Мороза, святого Николая, вместе с десятками других вымышленных святых. Про Христа в этот день помнят отнюдь немногие, что не раз было показано создателями South Park и Robot Chicken.

Как бы там ни было, если время подводить итоги, то читайте текст со ссылками под катом.

Ещё одна фотография и текст со ссылками

Back in the PRC, Часть 1 из 3

Вид на Хэйхэ с русского берега Амура

В журнале «За рубежом» напечатали мой материал о Китае. Как его сверстали, я до сих пор не видел. Кто найдёт, расскажите-покажите, пожалуйста, какие фотографии выбрали в номер.

«Несколько лет назад у меня появилась идея улететь далеко-далеко в экзотическую страну, полежать там на пляже, лениво перемежая купание работой в интернете. Сперва выбор пал на Таиланд, но случайная встреча с русским, живущим в Китае, добавила очков азиатскому гиганту».

Тогда, в 2006 году, я прожил четыре месяца в Нанчанге, четырехмиллионном центре одной из южно-центральных провинций. Уже тогда Китай поражал высоким уровнем жизни в больших и не очень городах и общей, витающей в воздухе идеей — завтра будет еще лучше. “Будет ли?” – думал я тогда. На центральной площади Пекина вовсю шли приготовления к Олимпиаде, гигантские цифровые часы отсчитывали секунды, оставшиеся до счастливого дня – 08.08.08.

Буквально два года спустя, в сентябре 2008-го, я оказался в городе Благовещенске на границе с Китайской Народной Республикой и был удивлен и заинтригован происходящим “ на той стороне”. За несколько лет моего отсутствия провинциальный город Хэйхэ оброс высотками и аккуратно постриженной зеленью на свежеотстроенной набережной. В то время как на русской стороне люди в темноте береговой линии пили пиво и курсанты военного училища выясняли отношения с ребятами в длинноносых ботинках, с китайской стороны доносилась музыка, мигали разноцветные огни, взрывались фейерверки.

И именно с Хэйхэ началось мое путешествие по Азии, которое не закончилось до сих пор. Эти слова я пишу, сидя на колючем одеяле недорогой гостиницы в Катманду.

Продолжение с фотографиями

Вьетнамский строитель на вьетнамской стройке

Гуанчжоу

Здесь, в Ханое, отличный сервис, толпы, жара, душно и совершенно нечего делать. Как написано на WikiTravel (отличный сервис, кто не знал — грубо говоря, интернет-версия известнейшей серии гидов Lonely Planet) в разделе «Чем заняться в Ханое»? — «Сидеть на пластиковом стуле перед пивоварней, пить живое и дешёвое пиво ($0,2), и наблюдать за городской беготнёй вокруг, фотографировать прохожих». Сегодня попробую. Ещё советуют попробовать вьетнамскую лапшу, но после Китая ни лапши рисовой, ни риса совсем не хочется. Как бы там ни было, кормиться в Ханое очень вкусно и весьма дёшево.

Проведя субъективный сравнительный анализ уровней сервиса в различных странах, пришёл к выводу, что чем беднее страна, тем лучше сервис. В удалённых провинциях Китая есть интернет, IP-телефония, удобные кровати, прекрасная еда и улыбающийся персонал, готовый выслушать любые предложения и выполнить практически любые пожелания, чаще всего бесплатно. В середнячковом областном центре вроде Нанчанга сервис — OK, не слишком мало, не слишком много, нормально — как, скажем, в новосибирском ресторане Классика. В жиреющих и нечеловечески прекрасных Гонконге и Макао за те же деньги улыбаются реже, «пожалуйста» и «спасибо» почти не говорят. Когда в хостеле Гуанчжоу я попросил девочку звякнуть в гонконгское отделение и узнать о вакантных местах, она, конечно, позвонила, но личико скривила, пожаловалась, мол, опять с этими грубиянами общаться.

Во Вьетнаме люди улыбаются, когда их фотографируешь.

Сегодня вечером покачусь на ночном автобусе (sleeping bus) на юга, поглядеть на аутентику и обдумать планы на грядущий День рождения и будущее вообще, валяясь на пляже с ноутбуком. Идея старая, надеюсь, в этот раз получится найти правильное место.

Город городов или вроде того

Гонконг

Здесь, в Гонконге, натурально вавилонское столпотворение. Город оглушил в первые несколько часов пребывания. В гостинице, где, поторговавшись с китайцем Питером, я остановился, разбитые стены, еле живой лифт, а первые несколько этажей заняты африкано-индо-китайскими лотками по продаже всего и покупке любой валюты. За стеной живут какие-то негры и до ночи шумно взвешивают сумки с каким-то дерьмом.

Часы Rolex и Omega придумали и производят здесь. В центре за рукава цепляют деятельные пакистанские парни и предлагают часы, костюмы, комнаты, женщин, покурить травки, что угодно, мол, для тебя найдём. Найдите, говорю, мне фруктов, парни. Не, такого тут нет. И правда — обычный плодово-ягодный лоток в центре, в радиусе пешей досягаемости не найти.

Плотность населения здесь 43 000 человек на квадратный километр. Это очень, очень много. Я раньше и представить себе не мог, что так бывает. Секрет в развивающейся семимильными шагами экономике и высотками: домов ниже тридцати этажей я не видел. Расстояние между зданиями порой не превышает нескольких метров, и отчего-то наводит ужас вид через реку на холмы, так густо поросшие небоскрёбами, что похожи на муравейники из бетона, металла и стекла.

В целом, конечно, жутко интересно и отнюдь не так плохо, как может показаться. ЖЖ здесь, например, не заблокирован.

Ещё фотографии

Полнораспад

Октомат

Здесь, в Шэньчжэне, в узкоглазом Кодаке мне напечатали вторую плёнку из Октомата, ломографического аппарата, которым я иногда пугаю прохожих. В этот раз в камере что-то заклинило и снимки на плёнке перемешались самым необычным образом. Это ввело в заблуждение автоматический нарезатель кадров в печатающем компьютере и финальные сканы вышли совсем странные. Я уж не говорю, что задолбался вытаскивать плёнку и, разозлившись, вынул её из камеры отнюдь не в самом тёмном месте, а где-то в углу общественного туалета.

В остальном, прекрасные маркизы, всё хорошо, всё хорошо. Собираю вещи и еду таки в Гонконг. Буквально через час. Привет.

Ещё 16 кадров

На границе солнце ходит кругом

Здесь, в Шенжене, 27° тепла и с шестидесятидевятиэтажной башни видно Гонконг и огромный, шевелящийся в дымке смога город. За двадцать лет из двадцатитысячной деревушки Шенжень превратился в двадцатимиллионный город. Больше половины населения города находятся тут нелегально. В основном, конечно, за счёт иностранных вложений, ведь уже чуть больше двадцати лет это специальная экономическая зона. Самая успешная, стоит заметить.

Находясь в непосредственной близости от высокоразвитого за время колониальной зависимости Гонконга, мегаполис ныне является вторым по значимости портом и, что занимательно, китайской версией «силиконовой долиной». Из окна автобуса по пути из Гуанчжоу, северного брата-гиганта, я видел Bright Way Industrial Zone — почти «светлый путь Ильича», ага.

В городе всё по богатому: чистые улицы, уютное метро, Starbucks’ы и аж восемь Wal★Mart’ов, моллы, моллы, едальни, магазины, университеты, парки, высотки, широкие автострады. За городом какие-то парки развлечения и списанный русский авианосец Минск. Делать тут особенно нечего, кроме того, что можно за копейки въехать в охуевший Гонконг. На мандарине тут почти не говорят, как, впрочем, и на английском. Кантониз учить лень. Включу кондиционер, выпью на ночь сливового вина с мандаринами под How I Met Your Mother.

Ещё три фотографии

Улетаю в Азию

Легенда: Карта интерактивная. Путь обозначен жирной синей линией. Маркеры отмечают города, которые планируется поестить. Кругами — основные места остановок. Тонкая голубая линия показывает машрут, которым я в Россию приехал.

Здесь, в Зее, буквально на днях начнётся двухмесячная поездка по Китаю и Южной Азии с окончанием в Окленде. Маршрут, сами видите, длинный и, очень надеюсь, жутко увлекательный. Вообще в этот раз по возможности всюду постараюсь передвигать так, чтобы за окном были леса, поля, горы, города и люди, а не ровный слой облаков.

Если среди моих азиатских читателей найдутся желающие встретиться — буду очень рад. Чашка горячего зелёного чая с цветами в вашей любимой чайной Харбина, или стопка коктейля Red Bull + Vodka в лучшем по вашему мнению клубе Гонконга, встреча в не очень популярном, но уютном караоке-баре в Пхукете, или тибетский жирный напиток в Катманду, или, наконец, самодельные русские пельмени у вас дома, гды бы вы ни находились — это прекрасно, я заранее согласен и приму практически любое предложение. Особенно, если у вас найдётся сухое и тёплое место переночевать день другой или время показать настоящие достопримечательности.

По срокам получается приблизительно 20 сентября — 20 декабря. По бюджету даже и не спрашивайте.

Хотелось бы облегчить материальную сторону пути, отчего я готов к плодотворному сотрудничеству с интернет и печатными изданиями. Если вам или вашим друзьям-редакторам нужен фото и не очень репортаж о, скажем, постолимпиадном Китае или самом большом в мире Чёртовом колесе в Сингапуре, милости просим — пишите на , будет интересно.

Путешествие включает в себя посещение нижеследующих стран и городов:

Гонконгский аэропорт

197Kb
Вариант побольше.

Ещё семь фотографий

Новосибирские заметки

197Kb
Вариант побольше.

Здесь, в Новосибирске, от рассказов о Новой Зеландии я натурально охрип. Летал на парапланах, танцевал в Бункере, пил текилу, ел окрошку, смотрел на затмение и говорил, говорил, говорил… Россия — страна дешёвых сигарет, недорогой водки и красивых женщин. Я пока не до конца разобрался, насколько сильна связь между этими понятиями, но эту фразу повторил уже несчётное число раз.

Чувства смешанные. В основном мне всё нравится. Забавно, когда в ресторане НИИ КУДА самое ебанутое меню в мире и ужасное обслуживание. И когда мужики на заправке ругаются матом смешно. Дурацкие вывески и нелогичные знаки кругом. Вышел из трамвая на площади Карла Маркса и не нашёл ни одного указателя на метро. Необычно давать, что называется, на лапу. Странно есть суши размером с напёрсток и такого же размера капучино за цену вдвое больше новозеландской. Не совсем понятно, как при средней заработной плате в 15000 рублей люди ухитряются жить. Я не сноблю, действительно сложно представить. И буквально физически, до сокращений мышц живота, неприятно гулять по центральным улицам любимого города и слышать за спиной: «Эй, пацанчик, погодь, чо скажу». Так быть не должно.

Разрешите, я добавлю немного в виде пояснения к вышесказанному. «Соточка» — это не шуточки юмора в , а ментальная деформация. Ремарк писал, мол, человек может очень много вынести и почти ко всему привыкнуть. И очень жаль, что нормальны фразы: «Камеру спрячь, тут тебе не Окленд» или «Ты пешком туда собрался? Это ж три квартала, бери такси». Я просто приехал, подзабыл маленько, гулял в Ленинском районе в очках синеньких, по сторонам озирался, радовался, да друзья напомнили о мерах предосторожности.

Когда в стране нельзя ходить по ночам одному, если не носишь с собой Осу или единоборствами не владеешь — это диагноз или, как я сказал чуть выше — так быть не должно. К сожалению, выхода пока нет и не предвидится: пока родители получают среднестатистическую зарплату, а телеэкраны показывают сериалы вроде «Бригада» «развести лоха» дело чести. Но хватит о грустном.

Сегодня впервые с момента приезда удалось плотно засесть за разбор фотографий и почты, накопившихся за неделю. Кратенько, с аннотациями выложу, что получилось расковырять.

Фотографии женщин, людей, животов и затмения