Здесь в Окленде, в посте о нерусских русских я обещал подкинуть пару тем на обсуждение. Сегодня разверну вкратце вторую.
С момента падения малазийского боинга не прекращаются обсуждения: кто сбил, зачем, как, когда, почему? Высказываются самые идиотские версии. В некоторых даже получается, что Россия не при делах, и тапки ничьи. Особенно удивили меня рассуждения в духе, мол, подумаешь 300 человек погибли, там же война, тысячи гибнут каждый день, в Сирии вон и не такое! Я написал «удивили», на деле ж — шокировали.
Погибшие в сбитом Боинге никоим образом не относятся к путинскому конфликту, они не были ни за, ни против, они проходили мимо, и оказались пушечным мясом по вине заигравшихся мальчишек и сумасшедших. Зло войны в чистом виде. И крайне странно, что у кого-то — на любой стороне обсуждения — поворачивается язык озвучивать хуйню вроде «лес рубят, щепки летят». Это был не их лес, люди летели в отпуск.
Ни от кого здесь, в стране с относительно развитым пониманием свободы слова, прав человека и прочих индикаторов уровня современного общества, не слышал я подобной гнуси. Откуда в русских собеседниках берётся это нечеловеческое, или куда делось человеческое? А был ли мальчик вообще?
Одним из спорных моментов в восприятии прогрессивной философии Хайдегера для меня и многих других является тот факт, что старик искренне поддерживал нацистский режим, и в общем-то был за Холокост. А что, мол, чехи вон немцев тоже гоняли: немцы евреев, другие народы немцев. Для меня всегда было загадкой, как старик оказался так далеко от эмпатических переживаний, присущих любому человеку, обезъяне даже?
Разгребая категорические сущности философских нагромождений, в поисках максимально устойчивой основы, от которой можно пытаться строить мораль и маломальски сносную этику, я оказался в зоне прагматизма и человеческих, биологических страданий.
Пусть порой сложно оценить плох или хорош некий поступок. Однако, если он приводит к страданиям живых существ, а особенно людей, и последствия его не несут пользы — то скорее всего сие есть зло. С подобным примитивным, на коленке сляпанным определением, согласны, как мне кажется, и прошедший немецкие лагеря смерти психолог Виктор Франкл, и Валерий Фрид, советский сценарист, оказавшийся в удивительно схожем положении в ГУЛАГе великого эффективного менеджера товарища Сталина. Где, как ни в концлагере, созданы все предпосылки к тому, чтобы потерять человеческое лицо? Выживают же — кроме патологических садистов и мудаков — чаще всего лишь те, кто способен сохранить внутренний стержень, кто не забывает, что кругом люди, что где-то там ещё существуют настоящие живые чувства и отношения, что Человек — это звучит гордо.
Так мы подходим к основному, ключевому элементу этого поста. И имя ему — дегуманизация, уничтожение человеческого.
Ещё во время чтения воспоминаний о Великой Отечественной Войне Никулина прежде всего поразили не ужасы и кошмары войны как таковой, но бессмысленное и беспощадное, и бесчеловечное отношение к простым людям, солдатам. Огонёк в Кремле моргнул, и сотни тысяч русских Иванов легли на поле. Разумеется, сталинский режим не считался с потерями и во время мирного времени. Чего стоит история Назинского острова, где ссыльные, оказавшись в изоляции без еды, воды и крова, гибли тысячами, ели друг друга. И это бытовой, не уникальный случай, и даже не 37-ой год.
Копнул глубже, оказалось, что и до большевизма во время Первой Мировой никому дела не было до судьбы обычного русского — сотнями тысяч гибли, замерзали десятками тысяч на постое без обмундирования, до конца многолетней войны так и не были снаряжены металлическими касками. Дальше лишь хуже: оказалось, не было такого периода в российской истории, когда жизнь русского человека чего-то да стоила. «Тварь ли я дрожащая или право имею…» — не зря вопрошал Достоевский.
Возвращаясь к Украинскому конфликту. Одим из худших проявлений зла является геноцид. Это явление запятнало учебники истории почти любой страны — людям свойственно без особой на то причины резать чужаков. Нет ни одного народа, который бы не участвовал в той или иной форме геноцида, стоит лишь подальше отмотать года. Слава богу, со временем — отчасти из достаточно практических соображений — мы научились как-то сдерживаться, не доводить до крайности. Геноцид, как гуманитарное бедствие, теперь раз в двадцать лет, а не каждый год, как бывало ещё буквально в 19 веке. Другое дело, что в ускоренный век информационных технологий, для развития сего «заболевания» требуются не годы, но месяцы.
Полгода назад народы Украины и России были братскими. В масштабах многотысячной человеческой истории несколько месяцев — это время, потраченное на взмах крыла колибри, суть мгновение. Поражает воображение, что с включенной на полную катушку современной пропагандистской машиной всего лишь пары десятков недель хватило, чтобы не только увидеть в соседе врага, но и максимально обезличить его — так появились блевотные «укры» и «вата». Стремительно. И это страшно.
Мне бы очень хотелось верить, что этот процесс — дело рук ограниченной группы нехороших людей: осознанное решение, результат вдумчивой работы сотен лживых журналистов, десятков жадных политиков и трусливых военных, и, возможно, нескольких штук натурально сумасшедших индивидуумов. И возможно, так оно и есть.
Однако, впечатляет насколько благодатна почва, в которую ложатся семена лжи и насилия. Как, зная, что его страна ведёт захватническую войну на чужой территории, нормальному человеку просыпаться и под пение птиц и гул моторов спокойно жить? Для поддержания порядка и поднятия духа совершенно обязательна — дегуманизация. Они — укры, их можно жечь, их можно топить, давить танками, взрывать, whatever, им как бы не больно, они — не люди. Бумажные солдатики быстро горят.
Может быть оттого, что в России человеческая личность и жизнь в целом никогда не ценились, процесс обесчеловечивания прошёл как по маслу, и подавляющее большинство за войну и «крымнаш». Может быть потому, так стремительно возненавидели российские граждане гораздо более свободолюбивых соседей.
Теперь мстительная, проворовавшаяся, слабеющая русская жаба (это Путин имеется в виду) начала войну за мир в Европе. И все с благоговением забыли, откуда она взялась и чем занималась последние полтора десятка лет, находясь бессменно у руля огромной, богатейшей, прекрасной страны.
Алё, граждане-запутинцы! И там (в Украине, например), и тут (в России или Новой Зеландии) люди — все из одних материалов сделаны, и все одинаково ценны и по-своему уникальны. Сбитый террористами при поддержке подкаблучных российских военных Боинг — это почти 300 смертей и страданий абсолютно не виноватых людей, это были реальные люди, с воспоминаниями, работами, влюблённостями, руками и ногами, и теперь их нет. Как можно одобрять действия параноидального старика и его сепаратистов, если это означает страдания невинных людей и санкции, санкции? Может быть хватит слушать дряхлеющего гэбэшника, захватившего власть, и превратившего российскую политику в фарс и ярмарку тщеславия? Just asking.
Возможно, поток настоящих, осязаемых гробов заставит русский народ встрепенуться. Опасаюсь, что скорее всего закончится традиционным: «Русские бабы ещё нарожают!»
