Вариант побольше.
Здесь, в Москве, я бываю исключительно набегами. Возможно именно по этой причине город не успел меня ни напугать, ни отвратить. Из тех шести дней, что я провёл в столице нашей Родины, все они были насыщены встречами, прогулками по Воробьёвым горам и покатушками на теплоходике.
Я люблю мостовые. И оттого, наверное, прикипел к Старому Арбату. А может это всего лишь оттого, что там в Starbucks делают кофе «как в старбакс». Цены, конечно, московско-идиотские, отдав 650 рублей за два кофе с тортиками я получил около 40 новозеландских долларов, что почти означает поесть вдвоём не в китайской забегаловке, но в ресторане. Прекрасно понимаю, что зарплаты выше, но Starbucks он и в Африке Starbucks.
Иногда шучу промеж московских товарищей, мол, у вас уже догадались по тоннелям пускать поезда или до сих пор пешком ходите? После шанхайской и пекинской подземок наполнененностью и духотой в вагонах меня довольно сложно удивить. Метро в Москве — система кровообращения. Там и академики, и бандиты, и эмо — город, как человеческий организм: ест гадость, заражается вирусами, активизируется для приёма пищи и отдыхает по ночам. Если бы я был доктором, смог бы поставить диагноз. А так всё равно, что лягушку на уроке биологии расковырял: интересно, немного противно и почти ничего не понятно.
Про ВДНХ, который вкупе со зданиями МИД, гостиницы Украина и МГУ пару лет назад поразили меня силою державного величия, я уже писал. Ныне порадовала монорельсовая дорога, соединяющая разноцветные ветки метро. Медленно, как игрушечный паровоз из парка аттракционов, в запотевших коробочках без вентиляции поезд несёт людей над столицей. Мимо гаражей, промзоны, прямоугольных, основательных домов, парков со стриженной травой и молодыми деревьями. Наконец вдалеке проплывает, не помещаясь в окна, титаническая Останкинская башня. Это стоит девятнадцати рублей.
Башня на фото
