Здесь, в Красноярске, уже пришлось дать на лапу тётке со стоки регистрации. Мол, перевес восемь килограммов. Я, говорит, не знаю, как вас пропустили до этого. Таки чья это ошибка, спрашиваю? По этому поводу оба, Новосибирский и Красноярский, аэропорты получают «незачот». А я что — 500 рублей сунул и пошёл.
Люблю повышенное к себе внимание, но только не в ключе прошаний. Как только пожмёшь руку знакомому, обнимешь друга, поцелуешь на прощанье девушку и сядешь в такси, тотчас оказывается — не то сказал, недосказал. Если попытаться раскрутить себя и разогнать до «слёзок на колёсках», то нужно лишь подумать о том, что в следующий раз всю новосибирско-московскую компанию друзей и знакомых, которые в общем-то и составляют для меня большую часть большого слова Россия, я увижу через несколько лет.
Может повышенная чувствительность исключительно оттого, что всё прошло, как нужно и даже лучше. Не успел надоесть и порадовался, что у ребят из уже раздробленных обстоятельствами компаний получается собираться вместе и дружно, весело проводить время. Порадовался за тех, кто занят своим делом и растёт. Порадовался за чужих детей и натянуто сложные жизненные сценарии. Разворошил преогромнейшую кучу воспоминаний и влюблённостей — будто машину времени взял погонять ненадолго.
Один мой знакомый с психфака ведёт сложную, судя по его большим глазам и нездоровой худобе, почти трансцендентную жизнь. Не берёт трубку телефона, если звонят с незнакомого номера. Оттого встретиться с ним мне, купившему какой-то случайный номер по приезду, едва предстваляется возможным. Да и у прочих телефоны меняются год от году. Так уж вышло, что никто из нашей когдатошней компании не может с ним выйти на связь вот уже несколько лет. А я встретил Витю в метро. И в очередной раз убедился, что при положительном настрое, восприятие моделирует реальность — всё получается.
