Будущее уже тут

nz_horopito_vintage_museum_IMG_2134

Здесь в Окленде я взялся тиснуть пару мыслей в свой Facebook и понял, что кратко не получается, отчего запись перекочевала в «большой блог».

Тема сегодняшнего поста узко специальная – окружающие нас шрифты. Поводом к его написанию послужило вчерашнее наблюдение. Пока целых 15 минут (!) стоял в пробке по дороге домой, заметил, что цифры «4» на номерных знаках машин отличаются. Где-то наклонная линия прямая, а где-то изогнута.

Untitled-2

Оказалось, что c 2006 года начали использовать новый шрифт, в котором не перечёркнут ноль, прямая четвёрка и в целом более строгие линии (хоть и уродливая «B»). Всё течёт, всё изменяется, и визуализация текстовой информации тоже.

licenz-nz-specmn

Ближе к делу, не знаю, замечаете вы или нет, но постепенно происходит пресыщение шрифтами типа Gotham (как на Twitter и плакатах Обамы), Avenir, Chalet (Как на канале TLC), Circa, Proxima Nova (как на staskulesh.com или в новом ЖЖ), Varela, Corbert, Brandon, Campton, Nexa и другие. Если не ошибаюсь, ноги растут из ненового шрифта Futura, Gill Sans, конечно, тоже чувствуется. Опознаётся новый тренд просто: по отсутствию засечек, близким к идеальным кольцам «o» и «c», и дугам «d», «p», «b»; «а» обычно «с каплей», не округлая. Шрифты чаще всего отлично выглядят в ALL CAPS режиме, в жирном или тонком написании. Примером послужит логотип CHANEL, хоть там немного «завышена талия» у «A» и «N». В общем, надеюсь, понятно о каких семействах идёт речь

В фантастических голливудских кинолентах, описывающих события в далёком будущем, чаще всего показывают какие-то корявые нечитаемые литеры, и только в продуманных творениях вроде 2001: A Space Odyssey используют качественные Gill Sans, Futura и Eurostyle. Последний был особенно популярен в конце 90-х, начале 2000-х в России, особенно в банковской сфере: устойчивый, современный. Но я отвлекаюсь. Шрифты будущего — какие они?

Жутко интересно наблюдать в реальном времени, как с изменением медиумов (бумага, экран) плавно, а по историческим масштабам — стремительно, изменяется шрифтовое пространство вокруг нас. Речь идёт не о вычурных рекламных буклетах и крутых дизайнерских и арт-решения, а об самых обычных штуках: брэнды, газеты, интерент — повседневные слова.

Так вот, охуенный Gotham, созданный в 2000 году наконец-то набрал обороты, и, я предвижу, что в компании подражателей это беззасечное семейство вскоре окончательно захватит экранное пространство и частично перекочует в бумажные форматы. Последние, как можно догадаться, цепляются за традиции и пользуются проверенными веками решениями с изящными лигатурами и, конечно, засечками. Минималистичность пока уверенно шагает по экранным устройствам — чем меньше лишнего, тем лучше, тем меньше визуального мусора, тем больше функциональная составляющая. А для повседневного текста прикладная, функциональная часть, на мой взгляд — самое важное. Именно визуальная простота была основным критерием в разработке Gotham.

Мне кажется, именно из Gotham и ему подобных будут расти ноги у шрифтов будущего, которыми будут пользоваться наши ‘internet-savvy’ дети. Радует, что стремительное развитие технологий скорее всего позволит и нашему поколению насладиться новыми формами. Будем потом, году в 2050 вспоминать о Gotham, использованном в кампании Обамы, как сейчас вспоминаем о железобетонном швейцарском стандарте Helvetica.

Как-нибудь стоит, конечно, заняться изучением типографики вглубь, пока лишь нахватался по верхушкам.

Недавание говна

vsco_060214-1

Здесь в Окленде, в одном из кухонных разговоров мы с товарищем затронули тему коммуникаций, проекций и отношения окружающих к себе любимому.

Его позиция заключалась в том, что желательно оставаться со всеми в хороших отношениях, как минимум в нейтральных, и уж точно не наживать врагов. Поскольку, кто его знает, что там кому в голову взбредёт, в мире полно сумасшедших. Речь не о жизни за печкой и не о догмах премудрого пескаря. Просто, мол, ни к чему негативную энергию накапливать.

Для меня проблема чуть шире, чем защитная реакция в сложном и стохастическом мире. В необходимости подстраиваться под мнение окружающих я вижу ограничение личной свободы и, если уж совсем в реальную валюту переводить, пустую трату времени.

Чарльз Буковски говорил, что до тех пор пока писатель не отторгнет мнения других, он не свободен, и он не писатель, конечно. Это в особенной мере касается родителей и близких, в меньшей степени знакомых и друзей, в ещё меньшей — нейтральных остальных. Если действовать с оглядкой на то, что подумают другие, шансы на правдивость и освобождение от предрассудков и предубеждений невелики. Я натурально представляю себе клетку с металлическими прутьями-мнениями.

Люди — вообще все, и особенно близкие — всегда будут судить ваши поступки. Чем старше становишься, тем больше, если честно, наплевать на то, что кто-то где-то как-то не так подумал обо мне или моих идеях, выраженных в той или иной, достаточно или не достаточно «правильной» форме. Объективно говоря, в 99,99% случаев, если вы кому-то не нравитесь — это на самом деле ничего не меняет.

Людям свойственны предубеждения и, как известно, переубеждать — весьма неблагодарное дело. Кроме своего полуторагодовалого сына я не знаю в мире ни одного человека, которого бы я хотел засыпать аргументами и заставить поменять точку зрения на свою. Во-первых, они, все они, люди взрослые, а во-вторых — это пустая трата времени. Нельзя угодить всем. Негативная энергия накапливается вне зависимости от моего или вашего поведения. Чем шире круг общения, тем больше шанс появления злопыхателей. Кто-то просто зол на весь мир и вас в том числе. Бесполезно разбираться, кто прав, кто виноват. И некогда. Некогда в основном.

Людям — вообще всем, и чуть меньше близким — вообще пофигу на вас. Скорее всего, в чьей-то реальности ваши действия или слова, вызвавшие гнев и негодование, стали чем-то вроде следа от метеорита в небе — и у вас, и у обидчиков/обиженных жизнь идёт своим чередом. Эмоциональный туман рассеется, и объективно, мир будет вертеться, как прежде. Споры и конфликты, как школьные прозвища, не оставляют следов, если не них не обращать внимания. Родители, конечно, переживают больше прочих, это органическое.

По личному опыту могу заметить, что зависимость от мнения окружающих сильно падает после появления детей. Ощущается порой этакая родительская неуязвимость. Если переживать о том, что за соседним столиком или в салоне огромного самолёта кто-то напрягается от действий моего ребёнка, не хватит ни сил, ни времени разобраться с этими самыми действиями. Да и, вспоминая Паниковского, думается: «Ты кто такой вообще?»

Забота о чужом мнении убивает радость, душит возможность наслаждаться текущим моментом. От работы над образом или борьбы с вредителями не остаётся сил на развитие, не остаётся времени на любимых людей и интересные идеи. Звучит эгоистически, но я верю, что это в наших генах.

В интернете полно блогозаписей на эту тему. Мой любимый пример, пожалуй, этот: «Путеводитель для тех, кому похуй». Автору по случайному совпадению столько же лет, сколько мне. Вероятно, после гиперактивных молодёжных лет, многим приходится задумываться о схожих вопросах.

P.S.: Наверняка найдётся комментатор, который увидит нон-конформизм в вышеописаном, и скажет, мол, что ж теперь, голым бегать и на головы гадить прохожим? Если очень хочется, то да, пожалуйста, толькно нужно быть реалистом и понимать, что обычно такие крайние прявления приводят к тому, что среда обитания избавляется от девианта. Совсем без правил жить не получится. И до приемлемой степени уважать окружающих, конечно, практично и несложно. Система, как и многие другие, самобалансируема и автоматически избавляется от радикальных проявлений, что лично мне импонирует. Я в целом люблю, когда не чёрно-бело — «и да, и нет». Но это тема для другого длинного разговора.

Секретные свитки и витки

2014-05-28 17.55.32-1

Здесь в Окленде я установил новый супермодный, [как когда-то Инстаграм], апп под названием Secret. Если вы ещё не слышали, это сырое, постоянно вываливающееся приложение позволяет анонимно делиться коротенькими записочками, секретами. Анонимность нынче в моде. В остальном мы наблюдаем ещё один виток спирального развития социальных сетей. Ниже поясню на примерах.

Лет пять назад я увлекался движением Post Secret, основанным в США. Некий товарищ предожил людям слать ему анонимные открытки, если их что-то мучает. Оказалось, что очень многим такая терапия помогает справиться с глубокими душевными шрамами. Я помню даже пару книг купил на Amazon. Есть есть хоть какая-то способность к эмпатии, книги эти нельзя листать без содрогания. Это heavy shit. Изнасилования, растление, выкидыши, травмы, рак, смерть, страдания, самоубийства — можно представить, о чём пишут отчаявшиеся люди. Рукодельные открытки, как формат визуального оформления, мультиплицировали эффект. Смотрите сами.

В США периода десятых идёт борьба за ‘privacy’, непереводимое и подобно слову «демократия» не очень понятное русскому человеку понятие. Эту тему понимают и Павел Дуров со своим WhatsUp-клоном под названием Telegram, и укрывшийся в России Сноуден, и купившие за миллиарды долларов Snapchat ребята. К примеру, смысл последнего в том, что фотографии закачиваются в интернет по защищённому соединению и хранятся там ограниченный промежуток времени, а после исчезают навсегда. Идёт борьба за свободный интернет, как средство самовыражения и площадку для реализации права на свободу слова. Что-то знакомое.

Знакомое до боли. Сегодня в Secret проскочило: «А правда, что Алавар загибается и вообще всё плохо?». Флешбэки, флэшбэки!

В 2002 году я работал в службе технической поддержке одного из проектов хитрожопого Довганя, который по стечению обстоятельств разрабатывался новосибирской компанией «Алавар». Там я имел возможность познакомиться с удивительно талантливыми людьми и влиться в ювенальную тусовку новосибирского ЖЖ. Юзер nsk-fif насчитывал тогда меньше сотни участников. Большинство персонажей ещё не развиртуализировались. Встречи-пьянки, в которых участвовали 15 жжистов считались большим событием. Кто-то строил схемы половых отношений (да-да, Вова, мы всё помним!), а кто-то мочил всех вируалами налево и направо, Дима Смирнов, например, достаточно долго и публично воевал с бывшим парнем своей нынешней жены, почти подрались в реальной жизни. Интеллектуальные и матерные, завуалированные игрушечными альтернативными эго, перепалки — в начале нулевых это был воистину дух свободы, который в нынешней «кириллической» версии ЖЖ/SUP совершенно утрачен. И секреты были, и гадания, кто есть кто.

Так вот в молодёжно-анонимном ЖЖ 2002-го года одной из постоянных тем была, как можно догадаться: «А правда, что Алавар загибается и вообще всё плохо?» С тех пор прошло 12 лет. Поменялись девайсы, поменялось название аппа, поменялся формат, поменялся цвет и вкус, но суть, квинтэссенция осталась точно на том же месте. Как и компания Алавар (Саша, привет!), которая «дохнет» все эти годы, никак не испустит дух.

В итоге такое моё интернет-старпёрство не позволяет насладиться модным приложеньицем и не добавляет радости анонимного говнообщения в новом старом формате. Хоть бы темы сменили, ей богу. Поеду домой есть пельмени.

Подполье

2014-05-18 15.10.15-2

Так вышло, что постсоветские августовские путчи происходили аккурат в день рождения мамы. Дома были гости, цветы, стол накрыт, чаёвничали. Не помню точно в каком году, 1991 или 1993, мы с братом увлечённо смотрели по телевизору среднеазиатскую сказку с пустыней, джинами и какой-то захватывающей анимацией — до сих пор не могу найти, что это было. Внезапно киноленту прервал специальный выпуск новостей, и диктор знакомым советским голосом сделал некое заявление. Смысл его оказался для меня, ребёнка 8-11 лет, неочевидным. Зато взрослые встрепенулись, начали что-то активно обсуждать.

По телевизору показывали танки, а через какое-то время то ли какой-то нейтральный балет, то ли вообще цветные полосы стандартного тестового экрана. Днерожденный праздник не шёл своим чередом. Каждый новый гость начинал разговор с фразы «Вы слышали?» Мы с братом болтались между домом и беседкой в саду, играли с детьми друзей семьи.

Краем уха я зацепил одну из бесед, в которой активно, как-то пафосно даже, взрослые обсуждали, мол, пришли новые времена, неизвестно, что будет дальше, если будет трудно, уйдём в подполье. Как в гражданскую войну.

Что такое подполье я знал прекрасно. Под полом, в погребе мы хранили банки, картошку, морковь в огромном баке с песком, лук, завязанный в косы. Люков с кольцами, о которые я многократно запинался, было три: один для рассады, другой для картошки, третий для водопроводчиков. В первом пахло корневищами и плесенью, было холодно и темно. Во втором лежалой картошкой и белесыми корнями, которые медленно росли из прожилок в грунте, в этом подполе светила лампочка, и для неё даже был отдельный, достаточно тугой выключатель на стене. В третьем чуть отдавало канализацией и водопроводчиками. Почему-то это подполье и изредка приходящие сотрудники ЖКХ в грязных сапогах совпадали по душистой характеристике.

Признаюсь, мало приятного было связано с подпольем. Один раз я слишком бесшабашно вбежал с улицы и натурально свалился в открытый люк. Удар был смягчён крёстной, на которую я упал с двухметровой высоты. Второй раз, качаясь на стуле перед компьютером, не рассчитал силу толчка и спиной, головой вниз полетел в подпол с картошкой. Сильно испугался и прилично ободрал голень.

И про гражданскую войну красных и белых читал у Гайдара и слушал музыкальные инсценировки по Светлову, где приходилось молодым комсомольцев лет уходить в подполье. В произведении «20 лет спустя» подростки, скрывающиеся от меньшевиков и петлюровцев в захваченом барском поместье, читали друг другу стихи и рвались в бой. Но вынуждены были уйти в подполье, когда белые вошли в город. Я представлял огромный погреб с сетью разветвлённых ходов, этакую землянку, в которой ютились юные революционеры, пели патриотические песни и цитировали Дюма. Там наверняка тоже пахло картошкой. Зато у них были маузеры и гранаты. Не зато — все умерли.

После телеобращения ГКЧП и эмоциональных сцен обсуждения неизвестного будущего промеж взрослых до самого одиннадцатого класса, мучил меня воспрос: зачем в подполье? Как мы там поместимся? Что мы будем делать в подполье-то? Мы там будем прятаться? Так вроде никто не нападает. Или будет война, ядерная или гражданская? Если гражданская, то обязательно должны быть белые и красные, но вроде ж все за одно, с кем воевать?

В таком недоумении закончился мой СССР.

Сколько стоит жить в Окленде

2014-05-04 15.47.44-1

Здесь в Окленде я уже писал о том, сколько что стоит: транспорт, еда, мобильная связь, рента и многочисленное прочее. Было это три года назад. Думаю, пора обновить информацию. Сразу скажу, жить в Окленде не дёшево. Но ничо в целом.

Читать далее →