Пропущенные фотографии


Влад с фотоаппаратом в пещере на пляже Безелс.

Винегрет — быстропортящееся блюдо. Даже при употреблении винегрета, хранившегося в холодильнике, на второй день возможны кишечные расстройства.
— Аноним в Wikipedia

Здесь в Окленде со временем в папке LJ накапливаются фотографии, которые были обработаны к каким-то постам, но по той или иной причине не вошли в серию или не подошли по теме. Чтобы материал не пропадал и чтобы стимулировать себя на обработку новых картинок, я собрал сироток в этом посте. Фотографии из очень разных мест, общей идеей не связанные. По клику можно посмотреть версии побольше, а написав мне письмо или комментарий, расспросить о любой из этой картинке подробнее.

Кроме этого, у меня вырисовывается немного свободного времени, и традиционно появляются всякие мысли. Что вы думаете по поводу непродолжительной, ненавязчивой видеоконференции? Я бы мог организоваться в ближайшие выходные и час или около того поговорить с читателями этого блога. С вашей стороны — вопросы в чат, с моей — видео-ответы в прямом эфире. Я подозреваю, что большинство читателей здесь из Москвы, поэтому напишите в комментариях, пожалуйста, какое время вам будет предпочтительнее: утро или вечер, пятница или воскресенье? Не забывайте, что тут UTC+13, Время.Яндекс вам в помощь.

Предупреждаю сразу, этому юзерпику на следующей неделе будет три года, не удивляйтесь, увидев в видео-чате не совсем ту причёску. Футболку красную постараюсь найти, чего уж там.

В продолжении поста смотрите больше десятка фотографий из самых разных мест.

Читать далее Пропущенные фотографии

День в Макао или китайский Лас-Вегас


Все фотографии кликабельны и покупабельны.

Здесь в Макао один из самых удивительных мегаполисов из всех, что я видел. От бывшей португальской колонии региону достались узкие европейские улицы с необычными названиями. Больше четырёхсот лет захватчики Старого света владели этим клочком китайской земли — и лишь в 1999 году Макао был возвращён Китаю и получил специальный статус, подобно Гонконгу. Если последний хоть чуть-чуть понятен с его английским дном, то Макао оказался для меня совершенно сюрреалистичным местом, где переплелись, казалось бы, несочетаемые культуры, языки и традиции. В голове не укладывается, каким образом изначально разнесённые по разные стороны земного шара цивилизации несколько сотен лет сосуществовали в этом тёплом уголке Юго-Восточной Азии.

Кстати, об уголках. В одном из давних фото-постов, который отчего-то каждый день привлекает десятки спам-ботов, очень большую часть занимали фотографии именно из Макао. Всё никак не доходили руки написать о посещении подробнее. Посмотрите, если не видели, тот пост не только роботам понравился.

Туризм — одна из важнейших статей дохода города и составляет почти сорок процентов ВВП. Сегодня Макао растёт, как на дрожжах и знаменит в основном легальными игральным бизнесом. В Америке индейцам отдали казино, чтобы те не обижались на тифозные подарки. В Китае тем же методом удержали власть в неродном, свежеобретённом регионе. Теперь сюда со всей страны съезжаются владельцы многочисленные заводов и пароходов, чтобы потратить свои деньги. Масштабы бизнеса нечеловеческие. Не так давно сборы с одного игрального стола в Макао в пять раз превысили доходы Лас-вегасовсовского. В городе в десять раз больше отелей. На создание всего этого потребовалось не сто лет, как в Неваде, а всего ничего десять. Супер-казино-магнат Стив Уинн (Wynn) весной 2010 года решил перенести штаб-квартиру в Макао.

Как обычно в Азии, велик контраст между роскошью и нищетой. В целом, я не думаю, что в бывшей португальской колонии люди живут бедно и в нужде, однако, запросто у входа в светящееся сорокаэтажное казино в форме раскрывшегося цветочного бутона встретить продавца фруктов с тележкой. Китай есть Китай. Одна из основных проблем города — перенаселённость. Чтобы жить в центре мне пришлось поселиться в «шкафу»: большая комната, поделённая на комнаты высокими, не доходящими до потолка перегородками. Слышымость, я вам скажу… Узкие улицы, доставшиеся в наследство от средневековых завоевателей по сей день используются вдоль и поперёк. Основное средство передвижения по ним — мопед а-ля Веспа. Велосипеды отчего-то не в моде, авто стоят в пробках.

Я провёл в Макао три дня, побродил по окрестностям, взобрался на холм, спустился к набережной, поел странных осьминогов в ресторане и чуть не купил дурацкую китайскую собаку. Обязательно туда вернусь. Кстати, из России, из Москвы в частности, можно слетать туда-обратно всего за пять сотен евро (скриншот), что, я считаю, очень по-божески. Это я посмотрел на русскоязычной версии Момондо. Рекомендую, кстати — очень качественно сделанный поисковик билетов, заточен под российских авиаперевозчиков, комиссию не берёт, ищет по 800+ сайтам и весь из себя веб-два-нольный, интерактивный. В последнее время всё чаще начинаю поиск именно с него.

Будете смотреть, ищите рейсы в Гонконг, оттуда на скоростном пароме можно за час с чем-то доплыть до Макао. Имейте в виду, там свои деньги и свои визы. На границе при оплате визового сбора не принимают кредитные карты, нужно иметь при себе наличные. У меня не было, пришлось идти «договариваться» по дикому курсу с офицером в подсобке. Из Аомынь (кантонийское название города) можно либо вернуться в Гонконг, либо «на материк» — в Китай. Я уезжал на автобусе в Наннинг, чтобы оттуда сразу попасть во Вьетнам, через сутки уже был в Ханое, суетном и совершенно деревенском по сравнению с Макао.

В продолжении поста много фотографий с описаниями, которые я наконец-то разгрёб и немного облагородил. Получился олдскульный пост, каких раньше было больше в этом журнале.

Читать далее День в Макао или китайский Лас-Вегас

Хорошо там, где мы есть, или троллей не кормить.

Бани в краеведческом музее Роторуа
В день по фото. Предполагаемая реакция пациента санатория в Роторуа в процессе принятия грязевой ванны. Полноразмерная картинка, если кому нужно.

Здесь в Окленде по разным оценкам от пяти до десяти тысяч выходцев из России и прилегающих республик бывшего СССР. Когда спрашивают, много ли здесь «наших», я отвечаю, что достаточно много, поскольку в каждый выход в люди встречаю по меньшей мере одного русскоговорящего. Это нормально.

Иммигранты бывают разные и классификаций на говноместечковых форумах не счесть. От русских невест до русской мафии. Не буду углубляться в скучное каталогизирование, расскажу лишь об одном из самых мне отвратительных подвидов — Мой Народ.

ЖЖ растёт не по дням, а по часам. В нём, как в любом большом городе, самообразовались модные районы, пролетарские общаги и заброшенные пустыри. Одним из заповедников, слепком ЖЖ пятилетней давности, с замшелым долепровским уровнем троллевания является комьюнити . Как ясно из названия, сообщество кулинарное и, помимо устаревшей формы, бесспорно, очень полезно и насыщено по содержанию. Само собой, неполучившийся фото-рецепт мидий вызвал там бурную реакцию и многие ветки. Блюдо не получилось, я переделаю как-нибудь. Суть не в этом.

Две из трёх сотен комментариев были написаны юзером mad_crab («ёбнутый краб»), русской иммигранткой первого поколения, живущей ныне в Брисбене, Австралия. Тётушка невнятного возраста языком болтала слева-направо и снизу-вверх. И после первого сообщения, которе было по делу, тотчас скатилась до уровня «сам дурак» и выдала фразу в духе: «Никуда не спрячешься от незваных пришельцев из Кивусии». И добавляет: «Куда не плюнь, всюду пакехи, маори и прочие самоанцы с кивусскими паспортами. Поскорее бы отменили соглашение о свободном проживании киви в ОЗ». Это, дорогие мои, диагноз.

Типичный представитель Моего Народа оказался в тёплом месте, избежав лишений и невыносимых тягот родной стороны. Теперь он сидит под пальмой и боится, как бы кто ни пришёл и не отнял Колбасу — тот вкусный кусок, которого всем, как Моему Народу ошибочно кажется, хочется. Вероятно, по этой же причине Мой Народ шарахается от случайно встреченных соотечественников и на случайный вопрос «откуда вы»? отвечает «Я из Швеции».

Мой Народ жалуется и ноет на погоду, на азиатов, на аборигенов. Причём не так, как это делают коренные жители, а как бы дистанцируясь: «У них тут такие порядки» или «Я не знаю, кто тут у них там придумал, но»… Как устроен процесс голосования на местных выборах не знают, но наверняка разбираются в том, что нужно для получения пособия по временной или постоянной безработице.

Кстати, на работе, а я уж писал, что порядки здесь немного отличаются от русских и размахивания шашкой в большинстве случаев не приветствуются, Мой Народ не ценят: слишком много спрашивают, слишком мало платят — несправедливо.

Мой Народ в общем-то до сих пор считает, что здесь мёдом намазано и «хоть чучелком, хоть посудомойкой там, чем инженером тут». Цитируя zlodey, приезжают сюда с какими с какими-то охуенно розовыми очками. А оказывается, что в эмиграции надо всем заново доказывать свою профессиональную состоятельность, например. Заново строить весь жизненный уклад в совершенно другой культурно-бытовой среде.

В медийно-культурном развитии Мой Народ остановился в тот момент, когда визовый офицер поставил в загран-паспорт штамп об убытии. Отсюда процветающий прокат DVD и видеокассет с сериалами девяностых и скачивание гигабайтов записей Пугачёвой и музык из кинофильмов. При том, что Моему Народу нелогично претит азиатская манера создавать всюду свой «маленький Китай», он сам не гнушается по возможности обрусить окружающую действительность. Позволю себе ещё немного поцитировать zlodey.

Типично для Моего Народа, например, сокращать названия городов, типа, Си, Ме, Ада и пользоваться огульными терминами вроде «прикенгурение» в смысле «приезд в Aвстралию», «окенгурячивание» в смысле «адаптация в новой среде», «кенгурячьи шкурки» в смысле AUD, ну и прочая третьеклассная ерунда. Потом эти же люди начинают гундеж, что «Австралия была бы замечательным местом, не будь в ней Австралийцев» и т. д.

Так нельзя. Мы, эмигранты, которые родились и выросли за границами, т. с., Новой Родины, всё ж не совсем дома, а очень даже в гостях. Сторона принимающая к нашем бзикам и лоскутному разнокультурью относится с понимаем и завидным терпением (особенно в Австралии и Новой Зеландии). Неподобает гостю, который решил задержаться на подольше, ворчать на то, что молоко к завтраку подали недостаточно тёплое. За высказывания в духе «понаехали тут» гостю бы по губам надавать, да рот с мылом вымыть заставить.

Disclaimer. Сами понимаете, тема для обсуждения очень богата, однако, давайте постараемся не опускаться до дошкольного уровня . ЖЖ уже подрос. Имейте в виду, что анонимные говнокомментарии без подписей никто кроме меня не прочтёт. Поэтому, если хотите что-то донести до читателей, потрудитесь по меньшей мере представиться.

Вдогонку к предыдущей промоакации


На съёмочной площадке непальского фильма Dasdhunga

Здесь в Окленде чудный солнечный день. Спасибо за комментариии к сайту. Я наметил несколько направлений по улучшению и получил несколько предложений на разработку флеш-портфолио. Думаю, мы с tema_nz можем потянуть ещё парочку проектов, поэтому не стесняйтесь, пишите на почту: .

Для тех, кто пропустил предыдущий пост или пожалел свой трафик, покажу фотографии с обложек трёх десятков (sic!) альбомов, которые можно найти на сайте.

Ещё тридцать четыре фотографии

Много ломо. Почти рифмуется, гляди-ка.

Аня с Максом и Викой
astra_nz с детьми Викой (в маске) и Максом.

Здесь в Окленде я наконец-то вынул все плёнки из всех фотоаппаратов и проявил. В набор попала даже азиатская плёнка из Смены: начатая в Благовещенске и дощёлканная буквально на днях в Зеландии.

Кажется, я начинаю понимать, что плёнкоёбы имеют в виду, говоря, мол, цифра убивает фотографию. Есть какое-то обаяние в этих шумных, нечётких снимках. Вспоминается пыльный запах семейных фотографий, что хранятся на дне чемодана в родительском шкафу. И вместе с ним приходят ощущения уюта и интимности. Очень тёплые такие чувства. Сродни тем, что вызывает просмотр диафильмов или 16-миллиметровых хроник, когда вся семья собирается в тёмной комнате, выключается свет и кто-то комментирует размытые картинки на белой стене.

К предыдущему посту с зенитным портретом eva_forever ценители и знатоки ЛОМО уже наоставляли комментариев в духе «не замай»! Зенит ЕТ, говорят, — это не ЛОМО. Настоящее ЛОМО — оно не такое. Пожалуйста, давайте не будетм затевать священные побоища, тема богатая, чешется, но на деле — скучно.

Моё мнение выглядит просто: то, что хреново снимает, долго выдаёт результаты, неавтоматически наводит фокус, не выставляет диафрагму, шумит, жуёт, засвечивает плохозакрывающимися шторками плёнку в силу своего возраста — это я назваю ЛОМО, даже, если это полупрофессиональный для своего времени Зенит.

Можно заморочиться и снимать на плёнку очень хорошо — в смысле качественно, как снимают современные камеры — но такого количества свободного времени у меня пока нет. Можно снимать, как попало, но Терри Ричардсон нужен всего один. Поэтому пока пощёлкаю для удовольствия своих друзей, уточек и травку, и буду называть это ЛОМО, потому что единственная радость от этого — ретро-эффект хуёвой, распиздяйской плёночной фотографии.

Ещё 21 фотография

Индустриальный Китай, страна-завод

Завод на острове Ламма, Гонконг
Получить эту фотографию в полном формате.

Здесь в Китае вовсю на наше с вами благо работают фабрики, заводы и сотни миллионов людей. Запад, сидя в удобных креслах, в удобной одежде, за удобным столом с современным ноутбуком, изредка попинывает Восток за ухудшающееся экологическое состояние планеты. Успешно пришедший к прогрессивному коммунизму спустя многие десятилетия лишений и борьбы с невидимым врагом Китай пока занят собственным развитием, и вопросами сохранения окружающей среды не очень интересуется.

Мне отчего-то верится, что придёт время, и не вопрос решится сам собой — будут построены гигантские атмосфероочистные станции, которые наведут баланс в разболтавшейся экосистеме планеты. Того глядишь, по всему миру рядом с каждым заводом такие установки будут стоять. По сдельной цене, конечно. А что? Дело хорошее, выгодное. И сердобольное белолицее общество с высокими моральными устоями и привычкой переживать по поводам, которые, так сказать, «вообще», будут довольны, и инвесторам будет куда средства пристроить.

А пока развитая часть Китая выглядит, как одна огромная фабрика. Каждый квадратный метр максимально эффективно используется для производства чего-нибудь полезного. На подъездах к Шанхаю видно, как меж рельс растят какие-то корешки. Вероятно, те, что подают после в едальнях. Площадь, кормящая двадцатимиллионный Шанхай, который ныне называют не иначе, как «Нью-Йорк на стероидах», в три раза больше самого города.

Южные, кантонийские районы, имеющие доступ к гиперэкономике Гонконга и прилегающих к нему Шеньчженя и Гуанчжоу трудятся по 24 часа в сутки. Пейзажи напоминают кадры японских киберпанковых сериалов: лес труб до горизонта, небо изрезано проводами, поверхность земли — дорогами. В этом месте производится по различным оценкам до семидесяти процентов всей одежды в мире. Местные рассказывают, в трудовых посёлках натуральная одёжная лихорадка: денег там от продажи настоящих и не очень Кельвинов с Кляйнами, как грязи, народ пресыщен развлечениями, и закон, пока рабочие, фабриканты и мафия отдыхают, тихонько стоит в стороне. Самые шумные кутилы в Макао — кантонийцы.

Собранные мною под катом фотографии были сделаны по пути из Гуанчжоу в Гонконг, и из Макао в Наннинг на пути к вьетнамской границе. Про Шенчьжень, город-отражение Сянгана, и про Макао, который давно уже переплюнул Лас-Вегас по сборам в игровых домах, я расскажу в следующий раз.

Ещё шестнадцать фотографий + бонус

О тлетворном безразличии Запада

Отель Ватерлоо

Здесь в Окленде второй день идёт телемарафон в поддержку каких-то новозеландских детей. Я бы отправил пару долларов, если бы только понимал, кому именно это поможет. В Новой Зеландии нет детских домов, и есть довольно высокие налоги, на которые, я полагаю живут родители тех детей, которым нужны бесплатные ланчи. Как бы там ни было, Big Night In — так называется мероприятие — учит детей благополучных семей тому, что в их чудесненькой стране, где нет бездомных собак, бешенства и туберкулёза, есть те, кого родители не могут или не хотят содержать и этим обездоленным нужно помогать. Дело хорошее, но я бы на месте родителей проголосовал в случае регулярного повторения подобных мероприятий за понижение налогов по всем пунктам. Для баланса.

В этом году гигантскими усилиями кричащих телеведущих и было собрано чуть меньше двух миллионов. Компания, в которой я зарабатываю на жизнь, сделала телемарафону сайт, который, слава тебе, Господи, выдержал наплыв посетителей, чую, будет премия.

Меж тем организованный около двух месяцев назад Real USSR уверенно набирает обороты. Больше десяти тысяч уникальных посещений за последние три дня. Началось всё с успешного фото-поста про эксперименты с двойной экспозицией, который попал на главную страницу metafilter.com и, так уж вышло, испанские блоги. Продолжилось предложением поддержки от знакомого многим проекта EnglishRussia. А закончилось упоминанием Настоящего СССР в блоге Тёмы Лебедева и священной войной совков с западной промывкой мозгов в комментариях к посту о том, что в СССР, как и во многих других странах, отнюдь не гнушались копировать без указания авторства. Пост так и называется «Холодная война клонов».

Удивительно, что сейчас, спустя почти двадцать лет со времён распада прогрессивного гиганта, находятся люди, уверенные, что Западу, как и раньше, чрезвычайно важно промывать всячески чернить образ «трудового», пусть и не советского, но российского человека. Глядя на такое безрассудство, я бы хотел кое-что пояснить.

Знали ли вы, что Россия, если глядеть на неё из за границы, из-за границы России, очень похожа Китай?

Продолжение поста

Уголки

Телевизор

Здесь в Окленде по соседству от меня расположен дом престарелых, retirement village. «Деревня для уединения», если перевести буквально. На деле это несколько продолговатых многоквартирных приземистых домов. Почти каждый вечер, возвращаясь с работы, я прохожу мимо однокомнатных ячеек, отгороженных от внешнего мира пластиковыми, раздвигающимися дверями. Рядом с одной из квартир и в дождь и в зной стоит старый, никому не нужный телевизор, почти сливающийся в мягкой тени близстоящего дерева с фоном — как в «Красоте по-американски», очень красивый.

Кажется, я начал понимать, почему мне когда-то очень понравились фотографии Стефена Шора, первого в мире фотографа, при жизни выставлявшегося в Нью-Йоркском музее исскуств (Metropolitan Museum of Art). Год назад я несколько недель не убирал окно браузера с его работами, пытаясь понять, что в них особенного.

Не знаю, как у вас, а у меня, нередко так бывает, что глаз своей гармоничностью притягивают казалось бы совершенно обычные статичные сценки. То это мягкий свет, то геометрия линий, сочетание цветов, фактуры, всё это вместе взятое. Для себя я такие фотографии помечаю фиолетовым тагом. Они — пространство для игры фантазии, декорации для вымышленных ситуаций и персонажей. Так получаются фотографии без действующих лиц. Без лиц вообще. Остановленное в фотографии и без того недвижимое время-пространство ничего не замечает и продолжает существование. Вы смотрите кино, в котором неподвижная камера снимает недвижимых актёров, но нет никаких сомнений в том, что они живые.

Ещё 66 фотографий. Помогите выбрать 6 лучших

Полуночный портал

Харбин, Китай

Здесь в Окленде я решил тряхнуть стариной и в очередной раз как попало сымитировать уже набивший оскомину эффект tilt & shift, о котором я подробно писал раньше. Есть подозрение, что конкретно эта структура должна не на шутку сбивать мозг с толку. Два с чем-то года назад эта техника ещё была кому-то интересна. Под катом то, что я наснимал за как раз в то время, держа, т.с., руку на пульсе.

Много фотографий, чтобы покончить с этой темой раз и навсегда

Мой Амой

Сьямень

Здесь, в Сямэне, придумали кетчуп. На кантонском диалекте koechiap, или ke-tsiap (кит. qi?zhi), что в переводе означает — «сок баклажана». При чём там баклажаны совершенно непонятно, ведь тогдашний соус состоял из рыбного рассола или моллюсков, тоже солёных. Не входили в рецепт и помидоры. Вместо этого в соус добавляли анчоусы, грецкие орехи, грибы и фасоль, чеснок, специи, и рисовое вино. Отнюдь непростой, очень по европейским меркам нетрадиционный рецепт. Тем не менее соус пришёлся по вкусу приплывшим из Англии в семнадцатом веке торговцам, так catchup или, как его ещё называли — ketchup, появился в Европе.

Из Китая в те времена везли всё. И Сямэнь тому способствовал. Издревне этот порт являлся самым крупным на Тайваньском проливе. После того, как в шестнадцатом веке власти избавились от пиратов, в порт стали заходить португальские суда. Однако, сто лет спустя пираты вернулись и захватили город с прилежащей территорией. Их бравый предводитель Коксинга провёл детство в Японии, получил в Китае хорошее образование. Война с маньчжурамы прервала череду золотых студенческих лет будущего предводителя.

Коксинга переводится как «господин с императорской фамилией». Наш герой действительно был королевских кровей. Когда после захвата Фуцзянь его отец вступил с маньчжурами в сговор, сын отказался последовать за ним и стал пиратом. Четырнадцать лет (!) спустя он нанёс сокрушительный удар, далеко продвинувшись со своей флотилией и стотысячной армией вглубь континента. Сямэнь стал его столицей.

Чтобы укрепить тылы, Коксинга обратил внимание на Формозу, нынешний Тайвань, принадлежавший в ту пору голландцам. После девятимесячной осады остров сдался. Защитники, стоит отметить, были отпущены с миром в знак уважения к их стойкости. Правитель юго-восточной Азии стал силён, как никогда. Планы на захват Филиппин оказались разрушены неожиданной вспышкой малярии. Коксинга умер в порыве гнева, когда подчинённые отказались казнить наследника, не так давно уличённого в связи с сиделкой. В социалистическом Китае Коксингу, Чжэн Чэнгуна, так звучит имя на местном наречии, почитают, как героя-освободителя от иноземных захватчиков и сильного правителя с твёрдой рукой.

Сын продержался у руля больше двадцати лет. Потом Китай, конечно, вернул Тайвань и Сямэнь, немедленно ограничив торговлю в регионе. Только в середине девятнадцатого века после Первой опиумной войны запреты были сняты, и город стал крупнейшим и важнейшим портом страны. Близлежащие острова и бухту стали заселять иностранцы.

Ныне Сямэнь является одной из специальных экономических зон Китая (подобно Гонконгу) и в прошлом году был признан лучшим по уровню жизни среди других мегаполисов КНР. Как краевед заявляю, что там и правда хорошо: чистенько, уютненько и в то же время по-богатому.

Мы довольнго долго выбирались из Нанчанга. Шли дожди, в районе Шанхае начались наводнения, да ещё праздники — в итоге было решено двигаться на юг и к морю. Минуя крупный индустриальный город Фучжоу, на автобусах мы добрались до берега Сямэнь. По приезду остановились на Острове пианино — Gulangyu Island. В предыдущем посте из Сямэня я немного о нём рассказывал.

Много фотографий, пробуем новый формат поста

Бамбуковый лес

Бамбуковый лес близ Нанчанга

Здесь, в пятидесяти минутах от Нанчанга, у реки расположился островок бамбукового леса, в котором предприимчивые китайцы организовали что-то вроде базы отдыха. Насколько мне известно, это часть национального парка, призванного сохранить редкие леса. Гамаки, уютные бамбуковые хижины, вкусная кухня, простенькое караоке, река, в которой местные жители с фонариками, привязанными к палкам, по ночам ловят раков, а днём катают туристов на разноцветных рафтах. Этот уголок уже давно стало излюбленным местом нанчанской тусовки иностранцев. В основном это преподаватели английского языка в местных школах и университетах. Общительных хозяин языкам не обучен, но это не мешает ему быть гостеприимным и доброжелательным.

Мы с elsueno и shader пили на берегу реки знаменитое Tsingtao и играли на гитаре. Сашка выстукивал ритм-секцию на там-таме, а Максим дурным голосом кричал то и дело проплывающим на лодке китайцам: «Цьянь! Гей уо цьянь» — «Деньги! Деньги давай»! Вечером после нетривиальной карточной игры в английско-канадской компании, в которой правилами предусмотрено пить почти после каждого хода (drinking game), проигравший желание elsueno спел ничего не понимающему спящему в гамаке во дворе китайцу три куплета из песни «Love Me Gentle, Love Me Sweet», мы сдерживали смех, скрываясь в кустах. После многодневной беготни по перенаселённому Пекину три дня в бамбуковом лесу полностью перезагрузили сознание, освободив место для новых впечатлений.

Ещё двенадцать фотографий

ВКС

Великая китайская стена

Здесь, в окрестностях Пекина, синее небо над Великой китайской стеной. Существует несколько доступных для туристов участков Стены, расположенных в непосредственной близости от столицы. Не самый туристический участок Симатаи состоит из двадцати четырёх растасканных крестьянами на кирпичи секций общей продолжительностью чуть более десяти километров. Часть башен, в начале и в конце пути, восстановлены. Грубо говоря, отстроены заново. Предприимчивые местные жители за порой несоразмерную оказанной услуге плату могут показать короткую дорогу в обход большинства участков, пролегающую по аутентичным деревенским закоулкам. Четыре часа ходьбы вверх-вниз по полуразрушенным ступеням отнимают столько же сил, сколько приносят удовольствия от созерцания одного из величайших и бессмысленных человеческих проектов.

Бытует мнение, что Великая китайская стена — единственный рукотворный объект видимый из космоса. Однако, кроме банальных математических выкладок, основанных на угловых размерах и восприимчивости человеческого глаза, существует экспериментальное подтверждение обратному. Первый китайский космонавт в одном из сообщений Земле передал, что ничегошеньки с орбиты не видно. Вне зависимости от этого факта, петляющая по крутым горам конструкция поражает своими масштабами и безусловно стоит потраченного дня, забитой под завязку карты памяти фотоаппарата и стёртых ног.

Ещё семнадцать фотографий

Магия цифр

Продавец закусок

Здесь, в Пекине, олимпиаду 2008 народ искренне ждал и, как мы знаем по итогам, показал всему миру, что не перевелись ещё богатыри на земле ханьской.  Тот факт, что важнейшие спортивные состязания прошли в Китае именно 08.08.08 очень изящно переплетается с азиатскими нумерологическими суевериями. По написанию или по звучанию те или иные цифры напоминают слова и, соответственно, обретают смысловую нагрузку. Восьмёрка в этой концепции – это очень хорошее число, означающее «богатство». Утроенная восьмёрка – это «растущее богатство», поскольку три – это «путь наверх». От региона к региону смысл знаков, конечно, варьируется. Но короткий телефонный номер вроде 888 может продаться на аукционе за сотни тысяч долларов.

Нумерология проявляется и в мелочах. Стоимость подключения к мобильному оператору China Mobile порой зависит не от тарифа, а от «красоты» номера. Нередко можно видеть молодых и не очень людей, сидящих у экрана монитора, подбирающих себе счастливое сочетание цифр. Любые последовательности, содержащие и оканчивающиеся на четыре (звучит, как «смерть») считаются ужасно, ужасно несчастливыми.  На панели лифта многоэтажного дома нет 4 и 14 и 24 этажей. Вместо этого написаны числа: 66, 69 и 99. Будучи иностранцем, я без стеснения выбрал номер с наибольшим количеством четвёрок, и жил спокойно.

Подробнее о цифрах

Как прошло одно собеседование, и почему мне нравится одна фотография

Спина

Здесь в Тауранге я выпил кружечку пивка у океана и поглядел, как дети ныряют с моста. Это три часа езды от Окленда. Место, как его называют местные, «Новозеландские Сочи» или «Новозеландская Калифорния», вероятно, станет моим следующим пристанищем. Собеседование с потенциальным работодателем прошло хорошо, и если они согласятся на обозначенную цену, перееду к чертям. В этот раз поговорить с рекрутом пригласили технарей и они, мнущиеся, задавали вопросы о любимых блогах (Smashing Magazine, PSDTUTs, List Apart), о любимом софте для разработки (Notepad), о предпочитаемых CMS (Silverstripe, Drupal), спрашивали «таблицы или не таблицы» (не таблицы, конечно), а в конце попросили сверстать чуть хитрый лэйаут с кучей столбцов. Сделав задание за 10 минут вместо положенных 30 я порадовал технарей ещё раз. Пример и правда получился, как из учебника. После этого был разговор с тётей-менеджером про то, почему я хочу переехать в Таурангу, почему они боятся нанимать неместных, про деньги опять же. Как обычно, они перезвонят.

Теперь о лирике. Заглавная фотография этого поста радует меня, эгоистичного автора, уже третий день. Показал её кому-то из знакомых и был спрошен, мол, расскажи, что в ней? Хорошо.

Итак. Фотография трёхмерная: есть первый, второ и третий планы, чётко отделённые друг от друга. Фотграфия движется: велосипедисты едут, люди идут. Размазанные фигуры и колёса контрастируют со статикой на переднем плане. Для тех, кто понимает смысл слова «выдержка», должно быть немного удивительно, как люди замерли настолько надолго. Фотография рифмуется: колёса на фоне, слева, справа, повсюду; на заднем плане кто-то несёт ребёнка точно тем же способом, что мужчина в чёрном держит мальчика в синем, нашего главного героя. Фотография контрастная: очень детский взгляд у персонажа с сигаретой, и отнюдь не детский у мальчика; тяжёлая спина в центре неожиданно скрадывает лицо основной, казалось бы, в кадре фигуры. Эта фотография, на мой взгляд, работает.

Логичный вопрос, который возникает, неужели я успел обо всём этом подумать за 1/30 секунды? Не обо всём, но подумать успел. Большую выдержку поставил сознательно, за несколько шагов до сцены. Поравнявшись с ними сделал несколько снимков, выжидая отсутствие автомобилей в кадре, и чтобы ребёнка на фоне поднесли, куда надо. До тех пор пока отец не обернулся. После этого я показал ему фотографии, посмеялись и разошлись. То было начало Золотой недели, большого семейного праздника в Китае.

Ещё шесть фотографий, которые цепляют

Люди в форме

Военные в подземном переходе

Здесь, в Пекине, перед Олимпиадой 2008 вывезли все нежелательные элементы за 108 километр и научили водителей пропускать пешеходов. На подходах к центральной площади страны нынче просвечивают сумки. Кроме несущих службу у флага и Дома Советов военнослужащих всюду очень много людей в форме.

Служба в китайской армии дело необязательное. Всеобщей воинской повинности, как сами понимаете, нет. Поступить в армию — дело непростое. Нужно хорошо учиться, сдавать экзамены. В соответствии с традициями тоталитарного государства к людям в форме здесь до сих пор испытывают смешаное чувство страха и уважения. Здесь нормально подойти к стоящему у здания охраннику, постовому на улице, работнику метро или полицейскому и спросить, мол, «как пройти в библиотеку»? Они скорее всего говорят по-английски и помогут.

Служба в органах или в армии на фоне дефицита рабочих мест в стране — привилегия. После поступления у китайской человеко-единицы в миг решается вопрос о средствах к существованию, перспективах карьерного роста, обеспеченной старости. Это выглядит вариантом на пять баллов на фоне известных фактов, что Китай занимает первое место в мире по количеству гастарбайтеров: больше 150 миллионов человек работают не там, где родились, невзирая на жёсткие ограничения миграции. В Шанхае несколько лет назад городские рабочие вышли на улицы, мол, крестьяне, go home! 

Также не стоит забывать о масштабах и развитости коррупции в Китае, которые соответствуют количеству жителей. Поэтому тёплое место в органах является самым настоящим пропуском в жизнь.

Ещё шестнадцать фотографий

Фото, которое доставляет

Отель Пекин

Здесь, в Пекине, я провёл больше недели. Сегодня пробежался по фотографиям. Скоро, без сомнений, будет, что показать. На фотографии один из центральных отелей Пекина, который так и называется — Отель Пекин.

Кстати, помню, когда-то для меня было загадкой, как ты получается, что «у них» Бэйцзин (Beijing), а у нас Пекин. И то, и другое суть одно и то же и переводится, как «Северная столица». В Азии вообще было принято не мудрить особенно с названиями. Так нынешний Ханой был когда-то Донгкинь — «Восточной столицей», а Киото так и вовсе просто — «столица».

«Пекином» город впервые назвали французские миссионеры четыреста лет назад, когда в северных китайских диалектах ещё не произошёл сдвиг согласных, когда практически все звуки [k] трансформировались в [t]. В южных диалектах этого сдвига не произошло, и, например, в кантонском название столицы Китая до сих пор произносится как «Бакгин». На протяжении истории Пекин был известен в Китае под разными именами. С 136 по 1405 годы и затем с 1928 до 1949 его называли Бэйпин — «Северное спокойствие».

Пришедшие к власти коммунисты вернули городу столичный статус. Соответственно, изменилось и название. Бежавшее от гнева народного на Тайвань правительство Китайской Республики официально никогда не признавало смены названия и до конца шестидесятых демонстративно писали в картах Бэйпин, указывая тем самым на нелигитимность нового режима.

Версия побольше выглядит эффектнее

Back in the PRC, Часть 3 из 3

Запретный города в Шеньяне

Здесь, в Шеньяне… Этот город совершенно заслуженно называют северной столицей. Мало того что один из параноидальных императоров построил здесь второй Запретный город, это еще и торгово-промышленный центр, через который текут товары и деньги из северо-восточной части страны на юг, в центр. В Шеньяне наряду с “Макдоналдсом” и “Кентукки Фрайд Чикен” есть “Старбакс”. В Китае это не только буквально единственный источник нормального кофе, но заодно и показатель уровня города. Кофейня в Китае – место деловых встреч. В заведениях популярной сети D.I.O. Coffee нередко звучит рояль, в аквариумах поблескивают золотые рыбки и по натянутым полупрозрачным нитям течет вода, изображая водопад. Кожаные сиденья и блюда из голубиного мяса, приготовленного особенным образом. Чаще всего дороговато, но сервис на высоте.

Ещё текст и фотографии

Back in the PRC, Часть 1 из 3

Вид на Хэйхэ с русского берега Амура

В журнале «За рубежом» напечатали мой материал о Китае. Как его сверстали, я до сих пор не видел. Кто найдёт, расскажите-покажите, пожалуйста, какие фотографии выбрали в номер.

«Несколько лет назад у меня появилась идея улететь далеко-далеко в экзотическую страну, полежать там на пляже, лениво перемежая купание работой в интернете. Сперва выбор пал на Таиланд, но случайная встреча с русским, живущим в Китае, добавила очков азиатскому гиганту».

Тогда, в 2006 году, я прожил четыре месяца в Нанчанге, четырехмиллионном центре одной из южно-центральных провинций. Уже тогда Китай поражал высоким уровнем жизни в больших и не очень городах и общей, витающей в воздухе идеей — завтра будет еще лучше. “Будет ли?” – думал я тогда. На центральной площади Пекина вовсю шли приготовления к Олимпиаде, гигантские цифровые часы отсчитывали секунды, оставшиеся до счастливого дня – 08.08.08.

Буквально два года спустя, в сентябре 2008-го, я оказался в городе Благовещенске на границе с Китайской Народной Республикой и был удивлен и заинтригован происходящим “ на той стороне”. За несколько лет моего отсутствия провинциальный город Хэйхэ оброс высотками и аккуратно постриженной зеленью на свежеотстроенной набережной. В то время как на русской стороне люди в темноте береговой линии пили пиво и курсанты военного училища выясняли отношения с ребятами в длинноносых ботинках, с китайской стороны доносилась музыка, мигали разноцветные огни, взрывались фейерверки.

И именно с Хэйхэ началось мое путешествие по Азии, которое не закончилось до сих пор. Эти слова я пишу, сидя на колючем одеяле недорогой гостиницы в Катманду.

Продолжение с фотографиями

Поговорили, теперь бэклинки

Дал «интервью» boroda-ruda на LookAtMe.

Где-то на другом конце света, в Юго-Восточной Азии, в далеких от Москвы климатических зонах и часовых поясах трубку скайпа снял молодой путешественник Стас Кулеш.

В свой день рождения он оказался в равном удалении от родной Амурской области и от ставшей родной Новой Зеландии.

Привет, Стас. Где ты сейчас находишься?

Спросишь тоже, я не запоминаю эти тарабарские названия. На днях выехали из Hoi An (Вьетнам), небольшой живописной деревушки у океана, сегодня где-то в горах: водопады, поля, джунгли. Мотоциклист-водитель пьёт пиво, рассказывает про Вьетнамскую войну. Немного не по себе рядом с человеком, который держал в руках оружие и стрелял в людей, но ничего, скоро будем в Лаосе вспоминать об этом с улыбкой.

Что у тебя было по географии в школе?

Второе место на областной олимпиаде.

В начале осени ты отправился в Китай. Что из себя представляет Пекин после спортивной Олимпиады?

По сравнению с тем, что я видел несколько лет назад, стало лучше. Полагаю, отчасти оттого, что нежелательный элемент выслали, так сказать, за 101 километр. Впрочем, встречаются нелогичности: перестроили основную, выходящую из Тяньаньмэньской площади  улицу, стилизовали под, извините, Китай, а заполнить магазинами, клубами и прочими заведениями не успели. Стоят разукрашенные цементные коробки, прикрытые кое-где фанерными щитами с изображением того, как должно было быть. В остальном чисто, современно, организованно.

Читать дальше.

Улетаю в Азию

Легенда: Карта интерактивная. Путь обозначен жирной синей линией. Маркеры отмечают города, которые планируется поестить. Кругами — основные места остановок. Тонкая голубая линия показывает машрут, которым я в Россию приехал.

Здесь, в Зее, буквально на днях начнётся двухмесячная поездка по Китаю и Южной Азии с окончанием в Окленде. Маршрут, сами видите, длинный и, очень надеюсь, жутко увлекательный. Вообще в этот раз по возможности всюду постараюсь передвигать так, чтобы за окном были леса, поля, горы, города и люди, а не ровный слой облаков.

Если среди моих азиатских читателей найдутся желающие встретиться — буду очень рад. Чашка горячего зелёного чая с цветами в вашей любимой чайной Харбина, или стопка коктейля Red Bull + Vodka в лучшем по вашему мнению клубе Гонконга, встреча в не очень популярном, но уютном караоке-баре в Пхукете, или тибетский жирный напиток в Катманду, или, наконец, самодельные русские пельмени у вас дома, гды бы вы ни находились — это прекрасно, я заранее согласен и приму практически любое предложение. Особенно, если у вас найдётся сухое и тёплое место переночевать день другой или время показать настоящие достопримечательности.

По срокам получается приблизительно 20 сентября — 20 декабря. По бюджету даже и не спрашивайте.

Хотелось бы облегчить материальную сторону пути, отчего я готов к плодотворному сотрудничеству с интернет и печатными изданиями. Если вам или вашим друзьям-редакторам нужен фото и не очень репортаж о, скажем, постолимпиадном Китае или самом большом в мире Чёртовом колесе в Сингапуре, милости просим — пишите на , будет интересно.

Путешествие включает в себя посещение нижеследующих стран и городов: