Иногда, сидя на жопе, забываешь, как быстро летит время. Сегодня будет много букв, будьте готовы.
Чуть меньше года назад я получил письмо от незнакомого человека по имени Эдуард. Письмо, которое меня удивило, позабавило, насторожило и, сами понимаете, заинтересовало:
Стас, здравствуйте! Мне очень неудобно беспокоить совершенно незнакомого человека такими просьбами, но, к сожалению, совсем не осталось выбора.
Дело в том, что месяц назад я улетел из Сибири в Африку — захотелось посмотреть мир, набраться впечатлений. Из Эфиопии, где пробыл три недели, поехал дальше — в Сомалиленд. И тут после какого-то времени появилась проблема: в стране нет процессинга визы и мастеркард, нет вестерн юниона, нет видимых мне способов получить деньги, кроме системы dahabshiil, которой в России нет.
Наличных денег я вообще никогда не держу с собой много (Сомали — не самое безопасное, все-таки, место), и не подумал, что такое может случиться.
Стал опрашивать знакомых, у которых может быть кто-то за рубежом, но никого не нашел. Один хороший друг посоветовал после этого обратиться к Вам — сказал, что если кто-то и сможет незнакомому человеку помочь, то Вы, и нашел офис dahabshiil в Окленде (ссылка на офис).
Я хотел бы перевести деньги (500$, только на авиабилет и оплату отеля, в котором я уже и так «в кредит» живу) банковским переводом, а получить через Dahabshiil. Уже готов и незнакомому вот отправить, не знаю, что делать еще.
Любую информацию о себе и о владении счетом могу предоставить — чтобы не было сомнений, что это какой-нибудь нигерийский спам или еще какая-то такая фигня. Но если нет времени или желания — понимаю, что поделать, постараюсь искать другие пути.
Заранее спасибо 
Будет здорово, если напишете и предупредите даже с отказом.
Я согласился, Эдуард перевёл деньги на PayPal и в ближайшие выходные я поехал искать отделение африканского аналога Western Union с непроизносимым и незапоминаемым названием «dahabshiil». В тот день много нового узнал про цветные районы Окленда, где натуральный Вавилон: африканцы, азиаты, индийцы — все работают и живут в радиусе сотни метров. Естественно, никакого отделения там не оказалось. Мы стали искать, кто бы мог посодейтствовать Эдуарду из Лондона. Наш герой в это время сидел жил в долг в сомалийском отеле и всеми возможными способами пытался выбраться из одной из самых хаотичных в мире стран.
Впрочем, не буду ничего выдумывать, на днях Эдуард увлекательно рассказал о своих приключениях, неожиданно развёрнуто ответив на мой вопрос: «Как у тебя дела?» С его разрешения публикую письмо ниже. Скажу сразу, вы как минимум удивитесь. Я обалдел.
Эдуард пишет:
Когда я уехал путешествовать, мне было семнадцать. Никакой особо причины по выбору таких мест и стран не было, просто получил загранпаспорт и решил поехать куда-нибудь. Почему бы и не в Африку — необычно и интересно.
К тому времени давно удаленно работал и решил, что денег мне в целом хватит. Улетел из Томска в конце июля, вернулся — в феврале, а маршрут в итоге получился такой:
Россия → Эфиопия → Сомали → Кения → Малайзия → Таиланд → Китай (Тибет) → Россия (две недели в вахтовом городке нефтяников на строительстве ВСТО в ожидании корейской и японской виз — не самая интересная часть путешествия, но тоже есть о чем вспомнить) → Южная Корея → Япония → Украина → Россия
Из каждого места полно разных историй, и сейчас расскажу подробно про сомалийскую.
Решение поехать из Эфиопии в Сомали возникло спонтанно; о стране я почти ничего не знал, но ведь пираты, приключения, сокровища! Этого оказалось достаточно, и вот я уже в эфиопском, единственном в мире официальном, посольстве Республики Сомалиленд (северная часть Сомали, расколотого на три отдельных непризнанных государства гражданской войной). Посол — пожилая уже женщина — забрала мой паспорт, минут на пять отошла в соседний зал, вернулась с заполненной визой. Никаких излишеств в виде наклеек с голограммами, просто огромная синяя печать на всю страницу и надписи ручкой.
Изначально я думал, что посмотрю пару дней по сторонам и уплыву в соседнюю Кению из портового города Бербера, особо нигде не задерживаясь. Получилось совсем не так.
В Сомалиленд я приехал уже к вечеру на эфиопском автобусе из фанеры и тряпок, потом на shared taxi (семь человек в старом Mark II) добрался из пограничного города Ваджаале в столицу (Харгейса), там пришлось переночевать в гостинице до утра, потому что везти меня из одного конца страны в другой ночью никто не собирался. Номер стоил три доллара за ночь, комната выглядела как большой глиняный куб с кроватью и тумбочкой, определяющими факторами для выбора были котенок на лестнице и близость к автобусной остановке.
Для поездок между городами иностранцам нужно либо получить разрешение в полиции (если перемещение — между крупными точками), либо нанять вооруженную охрану (если куда-то в мелкие города и поселки). Таксист, который должен был везти всех (снова семь человек в старом Mark II) в Берберу, сперва довез меня до полицейского участка и сходил со мной получить разрешение, за что потом, сильно смущаясь, попросил пять долларов. Судя по разрешению (строго оформленный лист A4 со смешным сомалийским текстом), меня зовут Mr. Meabeab Medvedev. Meabeab — это попытка написать «Медведев» кириллицей, видимо: Мистер Медведев Медведев.
В Бербере мне осторожно намекнули, что в сторону Кении никто не плавает и довезти меня могут либо до Йемена, либо до Эмиратов. Не знаю, замешаны ли здесь мифические сомалийские пираты, но в любом случае оказалось, что дорога мне — в аэропорт. Пошатался по городу, взял такси, поехал. Таксист поговорил с охраной аэропорта, сказал мне, что рейс в Найроби ушел два часа назад и отвез обратно в город.
Где-то в этом месте меня еще пытались взять под арест, когда я хотел пройти в доки и разузнать про водные маршруты; пришлось вдохновенно врать, что я архитектор и приехал сюда изучать культуру чудесной страны. Да, в закрытых доках изучать. Да, архитектор. Да, культуру, хорошая у вас культура, знаете ли. Что значит «что такое архитектор»? Вот есть дом, вот я архитектор, я проектирую дом. Проектирую дом. Строю дом, строю, окей, только отпустите, а то меня очень пугают дети, которые собрались тут с одинаковыми выражениями лица «ммм, сейчас белого расстреляют!»
В общем, поругали, потыкали автоматом и отпустили. Я еще долго пытался понять слово «вазабор».
Вечером я пошел обратно в аэропорт разузнать подробнее про рейсы. Идти — километров 10-15, не очень много, к тому же часть пути я проехал в кузове смешного красного пикапа с тремя дружелюбными сомалийцами. Пикап мы сначала вместе вытаскивали из грязи, а потом у него окончательно заглох мотор. Дальше я шел по пустынной дороге с разбитым асфальтом, и, будучи уверенным в том, что это место необитаемо в радиусе километров трех, подпевал The Who в плеере.
К тому времени всё происходящее начало напоминать мне какой-нибудь Monkey Island или подобный эпичный приключенческий квест, поэтому, когда я увидел на дороге отломанную ручку от чемодана, поднял её и запихнул себе в сумку. Мало ли, вдруг пригодится еще. До сих пор, кстати, лежит в коробке — такой вот сомалийский сувенир.
У ворот аэропорта меня встретила охрана. Ближайший рейс — завтра, на улице уже темнеет. Дружелюбные ребята в форме сообщили, что никуда меня не отпустят без машины, потому что гиены на дорогах, и вообще непонятно, как я пришел пешком живой сюда. Сказали, что дождутся смены и потом увезут в гостиницу на полицейской машине. Откуда-то достали белый пластиковый стул, дали воды и миску риса с фруктами. Билет на самолет, как оказалось, стоит около двухсот долларов, наличных денег у меня столько не было, на вопрос «где в городе снять деньги с карточки» охранники как-то поулыбались и неуверенно сказали, что где-нибудь, наверное, можно. Я наелся риса, вечером меня увезли в гостиницу, а вот утром, когда оказалось, что ни одного банка на самый крупный порт Сомалиленда нет, пришлось уезжать обратно в Харгейсу.
В Харгейсе я доехал до местного аэропорта, узнал точную цену билета (наличных денег совсем не хватало); принимать платеж карточкой в кассе отказались. По дороге от аэропорта вниз я нашел интернет-кафе и зашел туда с твердой уверенностью в том, что сейчас забронирую билет через какой-нибудь интернет-сервис. Провал — ни одна авиакомпания, которая здесь летает, не позволяет интернет-бронирование. Почитал интернеты еще немного и понял, что вряд ли сниму здесь деньги с карточки вообще.
«Вряд ли» превратилось в «точно не сниму», когда в центральном офисе местной системы денежных переводов Dahabshiil менеджер рассказал, что виза и мастеркард не очень-то охотно занимаются процессингом платежей в самопровозглашенных непризнанных странах. На этом месте я уже начал сильно паниковать — оказалось, что у в данный момент меня практически нет денег.
Оставалось наличными около пятидесяти долларов, поэтому я решил получить визу обратно в Эфиопию и свалить автобусом, чтобы не рисковать. 25 долларов или около того потратил на оформление разных бумаг в МИД Сомалиленда, а потом, в эфиопском посольстве, оказалось, что визу я сегодня не получу. Денег было — только на консульский сбор и автобус, на гостиницу уже не хватало, но я пошел обратно по дороге к аэропорту, сел на ресепшне какого-то отеля с бесплатным интернетом и начал искать варианты выбраться из страны.
Разговорился попутно с каким-то сомалийцем-бизнесменом, он на безукоризненном английском рассказал мне, что думает про Путина и Россию, обсудили какие-то мелочи, потом я пожаловался на свою ситуацию и сказал, что не могу даже выехать из страны на оставшиеся деньги. Мой собеседник на этом месте изменился в лице, сделал несколько звонков и твердо сказал, что завтра мы поедем в банк узнавать про международные платежи. После этого он поговорил с девушкой на ресепшне и выдал мне ключи от номера, оплатить который разрешили при выезде.
В банке сказали то, в чем я был почти уверен и до этого — международные платежи можно провести только через Dahabshiil (аналог Western Union), никаких wire transfer или визы/мастеркард. Денег к тому времени не осталось даже на эфиопскую визу, потому что нужно было оплатить гостиницу. Зато меня периодически подкармливали тунцом и какими-нибудь булочками, приносили воды и молока. В качестве последнего отчаянного решения, которое не включает в себя долгое ожидание и поиски знакомых, которые могли бы перевести деньги, я съездил в пограничный город Ваджаале и попытался пересечь границу нелегально. К сожалению, белых людей там заметно издалека, и сотрудник иммиграционного офиса, несмотря на мои попытки сделать всё незаметно, догнал меня и очень вежливо объяснил значение слов «SINGLE ENTRY» в визе. Я был так близок — уже даже сел в автобус.
Оставалось сидеть в гостинице и искать друзей в странах, где можно отправить деньги через Dahabshiil. России и Украины в списке таких стран не числилось, а больше у меня нигде знакомых не было. Доходило и до знакомых знакомых, но ничего не вышло ни с одним из вариантов. Тогда один из моих хороших друзей в Томске, который читает периодически твой блог, посоветовал написать со словами «если на этой планете есть люди, которые в теории могут помочь так незнакомым, то это кто-то типа него» (даже лог нашел, чтобы процитировать).
Дальше уже всё стало как-то веселее и оптимистичней, но через какое-то время (как раз тогда, когда ты сказал, что не нашёл офис в Окленде) меня позвал на ресепшн хозяин гостиницы. Видимо, ему рассказали, что я уже неделю сижу в номере и не плачу деньги, он посмотрел мой паспорт (а в залог я оставил не загран, а российский) и не нашел сомалийской визы. Разнервничался.
Я объяснил, что паспортов русским положено два, а загран я в непризнанной стране без российского посольства никому не отдам, если мне хотя бы не покажут, что его хранят в надежном месте. На вопрос о том, где же складывают паспорта, мне туманно махнули рукой. Я повторил — «загранпаспорт будет у меня». Еще пятнадцать минут перепалки на повышенных тонах, и меня выгнали из отеля без гражданского паспорта — мол, отдадут, когда расплачусь.
Минут пятнадцать я ходил по темной улице, в итоге нашел другую гостиницу почти напротив первой, без проблем заселился, и улыбчивый менеджер сказал, что у них не будет никаких проблем с оплатой при выезде, а паспорт положат в сейф (отвели, показали), забрать я его смогу в любой момент, если понадобится. Гостиница была чуть более традиционного типа — меня убедительно попросили не есть до захода солнца (рамадан), хоть и носили завтрак всё равно.
Беспроводного интернета не было, что и спасло в итоге: я начал ходить в ближайшее интернет-кафе — доллар в час без своего компьютера или просто доллар за доступ к вайфаю на весь день.
Продолжал поиски знакомых в интернете, но на второй день повезло с неожиданной совершенно стороны — на соседнюю скамейку сели двое европейцев, и я услышал русскую речь. Оказалось, что парни из Кыргызстана, работают здесь пилотами по контракту. Показывали фотографии, описывали свои полеты, рассказали, что почти все пилоты здесь — русские, и есть еще русские врачи. Договорились встретиться через несколько дней, мне выдали сто долларов, чтобы я протянул, пока выясняется ситуация с деньгами — оставалась как раз последняя пачка
сомалилендских шиллингов (около двух долларов). Обрадовался я безумно, а первое, что купил на сто долларов по требованию своей капиталистической европейской души — большая коробка «баунти».
Мне предложили перекинуть деньги в Бишкек жене одного из пилотов, а отдать наличными. Дальше ты помнишь (и снова огромное спасибо!) — ты перекинул деньги, и вся схема сработала:
позвонили в Кыргызстан и подтвердили получение, отдали деньги мне на руки.
Через три дня я уже летел в Найроби на шумном маленьком самолете компании African Express. Такие дела.
Получилось длинно и сумбурно, но уж как мог Может, будет интересно.
То есть вы как бы понимаете, да: нашему герою будет, что рассказать своим детям? Он — ни много, ни мало — олицетворение сверхидеи этого блога, которую я пытался воплотить в жизнь, путешествуя по миру. Сейчас, просидев несколько лет на одном месте, я нередко мучим мыслью «надо ехать». Однако, имея за плечами несколько пусть даже не столь экстремальных ситуаций, достаточно спокойно балансирую между бытом и тягой к приключениям.
Не откладывайте на потом. Потом, каким вы его хотите, не будет. И будет жаль. Долго и оттого мучительно.
Для человека с удовлетворёнными потребностями первых уровней пирамиды Маслоу нет ничего хуже свербящей тоски по несделанному и несбывшемуся. Это реально нам, не голодающим и не больным, портит жизнь, которая одна, и другой не будет.
Если я верно оценил, восемнадцатилетний Эдуард сейчас в России, поехал из Томска в Москву «латать дыры в бюджете». Он не ведёт блогов (а стоит!), однако, согласился ответить на вопросы в комментариях к оригиналу этого посту на staskulesh.com. Если вас, заинтересовала эта удивительная история, не стесняйтесь черкануть пару строк и(или) поделиться ссылкой на этот пост с друзьями.
Как бывает. Давно вы сидите дома?
Иногда, сидя на жопе, забываешь, как быстро летит время. Сегодня будет много букв, будьте готовы.
Чуть меньше года назад я получил письмо от незнакомого человека по имени Эдуард. Письмо, которое меня удивило, позабавило, насторожило и, сами понимаете, заинтересовало:
Я согласился, Эдуард перевёл деньги на PayPal и в ближайшие выходные я поехал искать отделение африканского аналога Western Union с непроизносимым и незапоминаемым названием «dahabshiil». В тот день много нового узнал про цветные районы Окленда, где натуральный Вавилон: африканцы, азиаты, индийцы — все работают и живут в радиусе сотни метров. Естественно, никакого отделения там не оказалось. Мы стали искать, кто бы мог посодейтствовать Эдуарду из Лондона. Наш герой в это время сидел жил в долг в сомалийском отеле и всеми возможными способами пытался выбраться из одной из самых хаотичных в мире стран.
Впрочем, не буду ничего выдумывать, на днях Эдуард увлекательно рассказал о своих приключениях, неожиданно развёрнуто ответив на мой вопрос: «Как у тебя дела?» С его разрешения публикую письмо ниже. Скажу сразу, вы как минимум удивитесь. Я обалдел.
Эдуард пишет:
Когда я уехал путешествовать, мне было семнадцать. Никакой особо причины по выбору таких мест и стран не было, просто получил загранпаспорт и решил поехать куда-нибудь. Почему бы и не в Африку — необычно и интересно.
К тому времени давно удаленно работал и решил, что денег мне в целом хватит. Улетел из Томска в конце июля, вернулся — в феврале, а маршрут в итоге получился такой:
Из каждого места полно разных историй, и сейчас расскажу подробно про сомалийскую.
Решение поехать из Эфиопии в Сомали возникло спонтанно; о стране я почти ничего не знал, но ведь пираты, приключения, сокровища! Этого оказалось достаточно, и вот я уже в эфиопском, единственном в мире официальном, посольстве Республики Сомалиленд (северная часть Сомали, расколотого на три отдельных непризнанных государства гражданской войной). Посол — пожилая уже женщина — забрала мой паспорт, минут на пять отошла в соседний зал, вернулась с заполненной визой. Никаких излишеств в виде наклеек с голограммами, просто огромная синяя печать на всю страницу и надписи ручкой.
Изначально я думал, что посмотрю пару дней по сторонам и уплыву в соседнюю Кению из портового города Бербера, особо нигде не задерживаясь. Получилось совсем не так.
В Сомалиленд я приехал уже к вечеру на эфиопском автобусе из фанеры и тряпок, потом на shared taxi (семь человек в старом Mark II) добрался из пограничного города Ваджаале в столицу (Харгейса), там пришлось переночевать в гостинице до утра, потому что везти меня из одного конца страны в другой ночью никто не собирался. Номер стоил три доллара за ночь, комната выглядела как большой глиняный куб с кроватью и тумбочкой, определяющими факторами для выбора были котенок на лестнице и близость к автобусной остановке.
Для поездок между городами иностранцам нужно либо получить разрешение в полиции (если перемещение — между крупными точками), либо нанять вооруженную охрану (если куда-то в мелкие города и поселки). Таксист, который должен был везти всех (снова семь человек в старом Mark II) в Берберу, сперва довез меня до полицейского участка и сходил со мной получить разрешение, за что потом, сильно смущаясь, попросил пять долларов. Судя по разрешению (строго оформленный лист A4 со смешным сомалийским текстом), меня зовут Mr. Meabeab Medvedev. Meabeab — это попытка написать «Медведев» кириллицей, видимо: Мистер Медведев Медведев.
В Бербере мне осторожно намекнули, что в сторону Кении никто не плавает и довезти меня могут либо до Йемена, либо до Эмиратов. Не знаю, замешаны ли здесь мифические сомалийские пираты, но в любом случае оказалось, что дорога мне — в аэропорт. Пошатался по городу, взял такси, поехал. Таксист поговорил с охраной аэропорта, сказал мне, что рейс в Найроби ушел два часа назад и отвез обратно в город.
Где-то в этом месте меня еще пытались взять под арест, когда я хотел пройти в доки и разузнать про водные маршруты; пришлось вдохновенно врать, что я архитектор и приехал сюда изучать культуру чудесной страны. Да, в закрытых доках изучать. Да, архитектор. Да, культуру, хорошая у вас культура, знаете ли. Что значит «что такое архитектор»? Вот есть дом, вот я архитектор, я проектирую дом. Проектирую дом. Строю дом, строю, окей, только отпустите, а то меня очень пугают дети, которые собрались тут с одинаковыми выражениями лица «ммм, сейчас белого расстреляют!»
В общем, поругали, потыкали автоматом и отпустили. Я еще долго пытался понять слово «вазабор».
Вечером я пошел обратно в аэропорт разузнать подробнее про рейсы. Идти — километров 10-15, не очень много, к тому же часть пути я проехал в кузове смешного красного пикапа с тремя дружелюбными сомалийцами. Пикап мы сначала вместе вытаскивали из грязи, а потом у него окончательно заглох мотор. Дальше я шел по пустынной дороге с разбитым асфальтом, и, будучи уверенным в том, что это место необитаемо в радиусе километров трех, подпевал The Who в плеере.
К тому времени всё происходящее начало напоминать мне какой-нибудь Monkey Island или подобный эпичный приключенческий квест, поэтому, когда я увидел на дороге отломанную ручку от чемодана, поднял её и запихнул себе в сумку. Мало ли, вдруг пригодится еще. До сих пор, кстати, лежит в коробке — такой вот сомалийский сувенир.
У ворот аэропорта меня встретила охрана. Ближайший рейс — завтра, на улице уже темнеет. Дружелюбные ребята в форме сообщили, что никуда меня не отпустят без машины, потому что гиены на дорогах, и вообще непонятно, как я пришел пешком живой сюда. Сказали, что дождутся смены и потом увезут в гостиницу на полицейской машине. Откуда-то достали белый пластиковый стул, дали воды и миску риса с фруктами. Билет на самолет, как оказалось, стоит около двухсот долларов, наличных денег у меня столько не было, на вопрос «где в городе снять деньги с карточки» охранники как-то поулыбались и неуверенно сказали, что где-нибудь, наверное, можно. Я наелся риса, вечером меня увезли в гостиницу, а вот утром, когда оказалось, что ни одного банка на самый крупный порт Сомалиленда нет, пришлось уезжать обратно в Харгейсу.
В Харгейсе я доехал до местного аэропорта, узнал точную цену билета (наличных денег совсем не хватало); принимать платеж карточкой в кассе отказались. По дороге от аэропорта вниз я нашел интернет-кафе и зашел туда с твердой уверенностью в том, что сейчас забронирую билет через какой-нибудь интернет-сервис. Провал — ни одна авиакомпания, которая здесь летает, не позволяет интернет-бронирование. Почитал интернеты еще немного и понял, что вряд ли сниму здесь деньги с карточки вообще.
«Вряд ли» превратилось в «точно не сниму», когда в центральном офисе местной системы денежных переводов Dahabshiil менеджер рассказал, что виза и мастеркард не очень-то охотно занимаются процессингом платежей в самопровозглашенных непризнанных странах. На этом месте я уже начал сильно паниковать — оказалось, что у в данный момент меня практически нет денег.
Оставалось наличными около пятидесяти долларов, поэтому я решил получить визу обратно в Эфиопию и свалить автобусом, чтобы не рисковать. 25 долларов или около того потратил на оформление разных бумаг в МИД Сомалиленда, а потом, в эфиопском посольстве, оказалось, что визу я сегодня не получу. Денег было — только на консульский сбор и автобус, на гостиницу уже не хватало, но я пошел обратно по дороге к аэропорту, сел на ресепшне какого-то отеля с бесплатным интернетом и начал искать варианты выбраться из страны.
Разговорился попутно с каким-то сомалийцем-бизнесменом, он на безукоризненном английском рассказал мне, что думает про Путина и Россию, обсудили какие-то мелочи, потом я пожаловался на свою ситуацию и сказал, что не могу даже выехать из страны на оставшиеся деньги. Мой собеседник на этом месте изменился в лице, сделал несколько звонков и твердо сказал, что завтра мы поедем в банк узнавать про международные платежи. После этого он поговорил с девушкой на ресепшне и выдал мне ключи от номера, оплатить который разрешили при выезде.
В банке сказали то, в чем я был почти уверен и до этого — международные платежи можно провести только через Dahabshiil (аналог Western Union), никаких wire transfer или визы/мастеркард. Денег к тому времени не осталось даже на эфиопскую визу, потому что нужно было оплатить гостиницу. Зато меня периодически подкармливали тунцом и какими-нибудь булочками, приносили воды и молока. В качестве последнего отчаянного решения, которое не включает в себя долгое ожидание и поиски знакомых, которые могли бы перевести деньги, я съездил в пограничный город Ваджаале и попытался пересечь границу нелегально. К сожалению, белых людей там заметно издалека, и сотрудник иммиграционного офиса, несмотря на мои попытки сделать всё незаметно, догнал меня и очень вежливо объяснил значение слов «SINGLE ENTRY» в визе. Я был так близок — уже даже сел в автобус.
Оставалось сидеть в гостинице и искать друзей в странах, где можно отправить деньги через Dahabshiil. России и Украины в списке таких стран не числилось, а больше у меня нигде знакомых не было. Доходило и до знакомых знакомых, но ничего не вышло ни с одним из вариантов. Тогда один из моих хороших друзей в Томске, который читает периодически твой блог, посоветовал написать со словами «если на этой планете есть люди, которые в теории могут помочь так незнакомым, то это кто-то типа него» (даже лог нашел, чтобы процитировать).
Дальше уже всё стало как-то веселее и оптимистичней, но через какое-то время (как раз тогда, когда ты сказал, что не нашёл офис в Окленде) меня позвал на ресепшн хозяин гостиницы. Видимо, ему рассказали, что я уже неделю сижу в номере и не плачу деньги, он посмотрел мой паспорт (а в залог я оставил не загран, а российский) и не нашел сомалийской визы. Разнервничался.
Я объяснил, что паспортов русским положено два, а загран я в непризнанной стране без российского посольства никому не отдам, если мне хотя бы не покажут, что его хранят в надежном месте. На вопрос о том, где же складывают паспорта, мне туманно махнули рукой. Я повторил — «загранпаспорт будет у меня». Еще пятнадцать минут перепалки на повышенных тонах, и меня выгнали из отеля без гражданского паспорта — мол, отдадут, когда расплачусь.
Минут пятнадцать я ходил по темной улице, в итоге нашел другую гостиницу почти напротив первой, без проблем заселился, и улыбчивый менеджер сказал, что у них не будет никаких проблем с оплатой при выезде, а паспорт положат в сейф (отвели, показали), забрать я его смогу в любой момент, если понадобится. Гостиница была чуть более традиционного типа — меня убедительно попросили не есть до захода солнца (рамадан), хоть и носили завтрак всё равно.
Беспроводного интернета не было, что и спасло в итоге: я начал ходить в ближайшее интернет-кафе — доллар в час без своего компьютера или просто доллар за доступ к вайфаю на весь день.
Продолжал поиски знакомых в интернете, но на второй день повезло с неожиданной совершенно стороны — на соседнюю скамейку сели двое европейцев, и я услышал русскую речь. Оказалось, что парни из Кыргызстана, работают здесь пилотами по контракту. Показывали фотографии, описывали свои полеты, рассказали, что почти все пилоты здесь — русские, и есть еще русские врачи. Договорились встретиться через несколько дней, мне выдали сто долларов, чтобы я протянул, пока выясняется ситуация с деньгами — оставалась как раз последняя пачка
сомалилендских шиллингов (около двух долларов). Обрадовался я безумно, а первое, что купил на сто долларов по требованию своей капиталистической европейской души — большая коробка «баунти».
Мне предложили перекинуть деньги в Бишкек жене одного из пилотов, а отдать наличными. Дальше ты помнишь (и снова огромное спасибо!) — ты перекинул деньги, и вся схема сработала:
позвонили в Кыргызстан и подтвердили получение, отдали деньги мне на руки.
Через три дня я уже летел в Найроби на шумном маленьком самолете компании African Express. Такие дела.
Получилось длинно и сумбурно, но уж как мог
Может, будет интересно.
То есть вы как бы понимаете, да: нашему герою будет, что рассказать своим детям? Он — ни много, ни мало — олицетворение сверхидеи этого блога, которую я пытался воплотить в жизнь, путешествуя по миру. Сейчас, просидев несколько лет на одном месте, я нередко мучим мыслью «надо ехать». Однако, имея за плечами несколько пусть даже не столь экстремальных ситуаций, достаточно спокойно балансирую между бытом и тягой к приключениям.
Не откладывайте на потом. Потом, каким вы его хотите, не будет. И будет жаль. Долго и оттого мучительно.
Для человека с удовлетворёнными потребностями первых уровней пирамиды Маслоу нет ничего хуже свербящей тоски по несделанному и несбывшемуся. Это реально нам, не голодающим и не больным, портит жизнь, которая одна, и другой не будет.
Если я верно оценил, восемнадцатилетний Эдуард сейчас в России, поехал из Томска в Москву «латать дыры в бюджете». Он не ведёт блогов (а стоит!), однако, согласился ответить на вопросы в комментариях к оригиналу этого посту на staskulesh.com. Если вас, заинтересовала эта удивительная история, не стесняйтесь черкануть пару строк и(или) поделиться ссылкой на этот пост с друзьями.