Я чото п, или они чото о

Здесь в Окленде мы в Sliday, в связи с очередным укрупнением, снова начали искать сотрудника и подивились тому, какой требовательный пошёл фрилансер.

Вчера я опубликовал короткое сообщение в постскриптуме:

Снова актуально объявление: «Нужен веб-дизайнер/верстальщик для постоянной (!) удалённой работы». Заинтересовавшиеся, пожалуйста, читайте документ «Работа в Sliday». Расскажите друзьям, ага. Платим стабильно с 2010 года, даём рекомендации, сотрудничаем с клиентами из Новой Зеландии, США, Великобритании, Австралии и России. Ребята работают у нас кто-то год, кто-то два, средний зарплатный счёт 1500 американских долларов. Кто-то переехал из-за Урала в Москву, кто-то из России в Нидерланды, и скоро будет в Малайзии.

(Копия объявления на Free-lance.ru)

Комментарии ко вчерашнему посту в духе «жесткое соблюдение сроков как одно из требований вполне может быть отпугивающим фактором» или «возможность зарабатывать 20$ в час всего через 5 лет — это явно для джуниора хорошая возможность» привели меня в недоумение.

Скажите, пожалуйста, неужели нынче никого не заманить зарплатой в 40-50 тысяч рублей в месяц без необходимости ходить в офис и возможности работать из любой точки мира? Или трудиться хочется исключительно из Швейцарии, а iPhone 5 брать только по предзаказу за 100 000 рублей? Или операция умножения недоступна «творческим» дизайнерам?

Мне издалека не видно, потерялась связь со славянской реальностью, или традиционно русскому работнику в нестабильном мире наебалова важнее получить больше сейчас и сразу, чем стабильно хорошо работать и получать за это нормальные деньги?

Отставив лирику в сторону — мы по прежнему будем очень рады нанять молодого талантливого человека с тягой к хорошо сделанным вещам и общим пониманием того, как устроен веб. Пожалуйста пишите на [email protected]. Расскажите знакомым.

Не было, но надо

Здесь в Сан-Франциско нам в прокате достался говёный Dodge 2012 года, который, конечно, выглядел неплохо, однако, что называется — в гору не ехал. В большую тяжёлую машину с хищной ухмылкой вставили маленький двухлитровый или даже меньше двигатель. Комфортная изнутри модель, сделанная совершенно непонятно зачем: для города крупновата, за городом — не едет. Ох, сколько было обсуждений, мол, надо было взять другую тачку.

В последнее время — особенно в свете строительных работ в доме — всё чаще пролетает мимо фраза, содержащая бессмысленное «надо было». Надо было думать раньше, надо было выбирать тщательнее, надо было купить больше молока, надо было заказать у специалиста подороже/дешевле, надо было действовать смелее, надо было быть внимательнее — надо было, короче.

«Надо было» обычно возникает в негативно окрашенном контексте, мол, если бы сделал лучше, то не было бы хуже. Do’h, капитан Очевидность. В итоге cитуация с этим словосочетанием весьма угнетающая: жутко непродуктивная и неплюсовая штука получается.

Мало того, что всё дерьмо уже случилось, так теперь его во время разбора полётов предлагается пережить заново и даётся понять, что текущее положение дел тоже так себе — не совсем дерьмо, конечно, но с учётом «надо было» могло бы быть лучше. Условное наклонение ни капельки не помогает. Подобные жалобы обычно не ведут ни к повышению настроения, ни к улучшению ситуации.

Оттого все «надо было» в своём окружении я настоятельно рекомендовал — достаточно нудным нытьём при каждом упоминании фразочки — заменить на «надо будет», или вовсе удалить из лексикона. Машину времени ещё не изобрели, а оптимисты живут дольше.

P.S.: В связи с очередным расширением моей компании Sliday снова актуально объявление: «Нужен веб-дизайнер/верстальщик для постоянной (!) удалённой работы». Заинтересовавшиеся, пожалуйста, читайте документ «Работа в Sliday». Расскажите друзьям, ага. Платим стабильно с 2010 года, даём рекомендации, сотрудничаем с клиентами из Новой Зеландии, США, Великобритании, Австралии и России.

Стабильность


Фото sib.fm

Здесь в Зее я провёл большую часть своей жизни. В этом самом доме я научился ползать, ходить, читать и писать.

Тридцатитысячный городок в ста километрах от железной дороги. Аэропорт перестал толком функционировать уже давно. До Благовещенска, областного центра, день на поезде. До Владивостока — сутки с лишним. В Новосибирск ехать четыре дня. Этот маршрут после поступления в НГУ я запомнил хорошо.

Короткое жаркое лето сменяется в Зее длинной, тёмной как в монологах Гришковца, зимой. Жители города получают прибавку к зарплате под названием «Северные», уж очень поганый климат.

Раньше здесь мыли золото и валили лес, потом в 1975 году построили ГЭС, которая стала градообразующим предприятием. На сопках вырос посёлок Светлый, в котором поселились строители.

Мои покойные дед с бабушкой по маминой линии были теми, кто строил электростанцию. Дед трагически погиб на рабочем месте, когда мама заканчивала школу.

Родители учились в одном классе общеобразовательной школы №3. Через пять лет института поженились. После отцовской службы по распределению в Башкирии переехали со мной новорожденным жить в Зею. В восьмом классе я перевёлся в школу №3. Где-то в конце девяностых, после смерти моей «Крёстной», наставницы, школу переименовали. Теперь она носит почетное имя «Учителя с большой буквы, человека, беззаветно преданного делу воспитания детей» – Эрны Петровны Лакстигал (по ссылке её воспоминания о нелёгкой жизни в СССР). Я помню, как в её небольшой квартире пахло книгами, и какие вкусные были сушёные бананы, которыми угощала крёстная.

Никогда не думал, что уеду из Зеи. В 2008 году я пришёл в школу повидаться с учителями и встретил на входе своего преподавателя русского языка. Эльвира Ильинична, будучи идейной коммунисткой, измеряла когда-то линейкой длину юбок в классе, где учились родители. Если бы у меня родился ребёнок на первом курсе, Эльвира Ильинична сейчас наставляла бы его, как писать «жи-ши». Удивительно.

Сразу после школы, как медалист, почти автоматически поступил в местный Ам(урский)ГУ. И остался бы там, если б не захотелось попробовать силы в НГУ. Большинство знакомых зейских ребят отучились в благовещенском АмГУ. Многие работают теперь на ГЭС или в «Сетях» — обслуживающем энергетическом предприятии.

Я не понаслышке знаю, что значит жить в небольшом городе, который настолько далеко за МКАДом, что о европейской части России, которую показывают в новостях, говорят, как о другой планете. Любители порассуждать о судьбах Родины в столичных интернетиках чаще всего категорически не понимают, насколько у нас огромная и разная страна. Не до iPhone-ов с iPad-ами там, нет заботы «нечего купить, приходится летать в Италию» — есть реальные проблемы живых людей. Которых становится всё меньше — население городка неуклонно уменьшается.

Из чатов с родителями в 2006 году:

16/12 [23:21] Мама: У нас в городе сгорело малосемейное общежитие, что было в бывшем управлении «Зеягэсстроя» под названием «Титаник», в оставшихся развалинах остались люди, которым некуда идти. Ни света, ни воды, ни тепла. никто погорельцев не расселял. Сказали власти: «Ищите квартиры, снимайте», — а эти люди кто многодетные, кто одинокие уже выселенные из своих квартир за неуплату. (безработные в основном) Они умирают один за другим от холода, особенно старые.

Газета печатает снимки лежащих на черных диванах бабушек Арин с кусочком хлеба на столе. Никто их не вывозит по нескольку дней, оставшиеся еще в живых ходят отрешенно вокруг и говорят: завтра мы там будем. И никакого телевизора с Петросяном. Вот он глас народа за окном…

16/12 [23:23] Мама: Мне расчет завтра принесут — 3000
16/12 [23:24] Мама: рублей…

Не думаю, что когда-нибудь вернусь в Зею. С момента моего последнего визита летом 2008 года многое изменилось в худшую сторону. Город погибает, как, наверное, многие периферийные поселения России. Стабильно.

В Зее на улице Строительной по прежнему живут мои родители. Адрес я запомнил, как научился говорить. С тех пор дом навсегда — в Зее.

Читать далее Стабильность

Лечить нельзя помиловать

Здесь в Хендерсоне, западном районе Окленда, я познал Ремонт. Заканчивается пятинедельная эпопея попыток свести вместе десять специалистов всех мастей. В связи с ремонтом участились посещения западной части города, которая, хм, так сказать — рабочая, люди простых профессий. На Западе много церквей и мало кофеен, есть железная дорога и лихие водители. Вчера видел перед собой в ряд три разноцветные Nissan Cefiro 95-96 годов — как у меня, короче. Жители Хендерсона на пособиях не сидят, но и ракеты не строят.

Заметил, что вдоль оживлённой дороги там и тут расставлены пёстрые плакаты: «Христианское исцеление, Билл Субрицкий, приходите в четверг»! «Ересь какая», — подумал я. А на следующий день христианские спамеры подбросили брошюрку в почтовый ящик. Мол, приходи, дорогой незнакомый согражданин, лечиться Христом: устроители платной высокодуховной сходки обещают не только поднять настроение и снять проклятие, но и, внимание, устранить камни в почках. Не ходи, больной, в госпиталь, встреться лучше с шаманом в храме Духовенства Голубя. Пришлось разобраться, кто скрывается за слащавой рожей Билла Субрицкого.

История Билла очень похожа на родителя запрещённой во многих странах секты под названием Сайентология. Субрицкий, как и Хаббард очень хотел заработать денег. Отличная цель в жизни, которой многие добиваются, не переступая через общечеловеческие — фик с ними с библейскими — моральными принципами. Начал наш герой с работы в сфере сбыта недвижимости и юриспруденции — однако, нашёлся способ лучше. Билл вспомнил, что можно дурить народ веками проверенным методом.

Сорок лет назад, после тридцатилетнего периода протирания стула в кабинете юриста, Билл Субрицкий решил основать секту (или сошёл с ума, что менее вероятно). Взял за основу популярные библейские мотивы, Иисуса Христа приплёл: «переродился в Святом Духе и был повторно крещён в Святом Духе» — и давай изгонять демонов! Бесплатно он это делать, конечно, не может — на сайте Голубиной Епархии можно приобрести немного Святого духа в виде книг, видео- и аудиозаписей седовласого шарлатана. Обычная история, короче.

Что же меня так зацепило в дешёвой брошюрке? Читатели этого блога могли заметить, что с религией у меня сложные отношения. При всём моём крайне отрицательном отношении к организованному сбору денег за удовлетворение мистических нужд населения — то, чем заняты %99,9999 религиозных конфессий — история с Биллом выходит за рамки человеческого. Можно продавать загробную жизнь, можно продавать бусики и благовония — это никак не касается физического состояния добровольно заблуждающегося индивидуума. Я уже смирился с тем, что большинство «не верит» в эволюцию. Воистину удивительны истоки мистической глупости: сотовой связью народ пользуется, а врачам не доверяет.

Билл «лечит» живых людей. А я считаю, он должен сидеть в тюрьме. Уже много лет ублюдок наживается на людском горе: берёт с больных людей деньги вместо того, чтобы отправить их к доктору. Предвижу, как кто-то сейчас начнёт агитировать за «альтернативную медицину», открою небольшой секрет: есть много разных альтернативных медицинских систем, и знаете, как называется та, которая работает лучше всех? Обычная медицина! Чтобы граждане не травили себя непонятно чем и не приходилось в экстренном режиме спасать за счёт собранных с сознательных граждан налогов, в Европе пару лет назад начали запрещать травяные (галеновы) препараты. Спросите у Ирины Ясиной про китайскую традиционную медицину.

Болеешь — иди к обученному специалисту, к доктору, а не шаману. К тому же в Новой Зеландии не самая плохая медицинская система в мире.

Что думаете по этому поводу? Аморальный пиздец или естественный отбор?

Новые видеоблоги о Новой Зеландии

Здесь в Окленде не только я маюсь от безделья и записываю видео с россказнями о жизни в Новой Зеландии. За последние два года появилось как минимум два качественных видеоблога, которые заслуживают внимания желающих попутешествовать или переехать насовсем.

В продолжении поста красивые движущиеся картинки, нужные и не очень факты из жизни людей, которых вы скорее всего не знаете и скидки желающим учиться в Новой Зеландии.

Читать далее Новые видеоблоги о Новой Зеландии

Сколько оставлять на чай, а сколько на кофе?

Здесь в Сан-Франциско я впервые столкнулся с американской системой чаевых. Честно сказать, совсем я отвык от такого. Да и «Друзей» давненько не пересматривал. Помнится, там отец Рейчел, отнюдь не бедный, скорее принципиальный, доктор оставлял на чай не больше 6%. Рейчел очень было за него неудобно.

Правду от народа как обычно скрыли. Оказалось, что в США принято оставлять в кафе и в такси (!) на чай не меньше 15%. В Лас-Вегасе (город особенный, однако, тоже город, тоже американский) — 20%. Чаевые по-умолчанию ожидаются. В некоторых местах их просто штампиком вписывают в счёт. Таксисты чаще всего даже не чешутся возвращать сдачу с крупных купюр.

Говорят, у официантов нет минимальной оплаты труда, отчего они работают за вот эти самые чаевые. Мы все должны почему-то с пониманием к этому относиться. В некоторых штатах, как прикинули знакомые ребята в одной из дискуссий у меня в Фейсбуке, при среднем уровне чаевых 8% официант после уплаты налогов — останется должен государству. Эта система fucked up.

Как рекомендует TripAdvisor:

General rule: 10% usually means you are very unhappy, 15% usually means all was ok, 20% for excellent, and 25% for outstanding.

Если вас плохо обслужили, то принято оставлять меньше 15% — например, 10%. Совсем не оставлять на чай отчего-то считается невежливым. Американцы утверждают, что этим бардаком они добиваются контроля качества. Мол, хорошее обслуживание — хорошие чаевые. Я, впрочем, не вижу как именно это работает. Неужели так сложно без морковки на палке делать свою работу хорошо?

Как-то раз в Лас-Вегасе не было при себе наличных. Я вообще стараюсь не носить её с собой в наш пластиково-электронный век. Таксист уверил, что кредитной картой можно оплатить, не проблема. В конце маршрута терминал насчитал мне сверх $16 долларов $4 комиссии за пользование карточкой и «вежливо» предложил выбрать размер чаевых: 0, 20%, 30% или 40%. Я, конечно, выбрал 0, поскольку аппарат уже взял 25% сверх счётчика.

Таксист устроил истерику: «Как так ты не оставил на чай? Ты должен оставить! Я с этих денег живу!» Даже швейцару пришлось вмешаться. Oh, well. Голосуйте, дорогой таксист, за более справедливые схемы оплаты труда и, соответственно, лучшую систему чаевых.

Извращённая схема ставит в неудобное положение посетителя, унижает исполнителя, и совершенно никак не помогает улучшить качество продукта. Всё решается простой банальностью — фиксированная для всех типов профессий минимальная оплата труда. Что может быть проще и справедливее?

В Китае могут оскорбиться, если вы попытаетесь оставить лишние деньги, я об этом уже писал более развёрнуто:

Лучший сервис — в Азии. Не мнящие о себе молоденькие девочки быстро и вежливо принимают заказ, наливают зелёного чая, отходят в сторонку и стоят. Стоит чуть вытянуть шею, они тут, как тут — готовы ответить на вопросы, что-нибудь принести-унести. Такая работа. Чаевые в большинстве азиатских стран оставлять не принято, а кое-где, например, в Китае, даже оскорбительно. Мол, не надо тут деньгами разбрасываться, они на дороге не валяются, мы и так неплохо живём, сказали сколько блюдо, столько оно и стоит. Есть и другая причина, о которой позже.

В России, если я правильно помню, было что-то вроде 10% чаевых. Их хотя бы считать просто.

В Новой Зеландии, можно бросить чаевые в общую банку с монетами на кассе или, если действительно понравился сервис, округлить счёт. Этот вариант кажется мне достаточно последовательным: есть цена, есть услуга, есть бонус за исключительность. Никто не оказывается в неудобном положении.

В виде заключения попробую написать «развёрнутее». Хорошая система — простая. Очень хорошая система — простая и никого не напрягает.

Система НЗ, Австралии, Японии, Китая — стран, где чаевые выполняют функцию вознаграждения, а не налога: есть простая работа, её человек за договоренные с работодателем деньги делает по-умолчанию хорошо. Если он делает её лучше, чем хорошо, то клиент награждает его ништячками. Последовательно, просто, логично, никто не напрягается. Плохого работника уволят. Плохой работник не получит чаевых. Клиент не напряжётся, что мало оставил, ибо любое вознаграждение хорошо и приятно. Это просто, логично и по-человечески.

Система США: есть простая работа, человек делает по-умолчанию её как попало. Чтобы делалось хорошо, нужно чтобы клиент доплатил. Сколько именно — неизвестно, клиенту нужно как бы намекать. Если платят хорошо, можно работать лучше, если платят очень хорошо, ещё чуть лучше. Постепенно верхняя граница размывается. Раньше было 10%, теперь вот 15%. Где-то уже 18-20%. Это «левые» деньги, нерегулируемые доходы — это сложно. Клиент напрягается, не оставил ли он слишком много, слишком мало, стоило ли вообще оставлять. Работник напрягается, если ему (лишь по ему ведомым причинам и понятиям) недодали сверх счёта. В итоге девальвируется смысл чаевых, как вознаграждения и как контроля качества. В простом процессе получения услуги за деньги появляется ненужный совершенно человеческий фактор. Чаевые, которые предполагаются, по принципу «если не накосячили» — это лишнее, ненужное межличностное взаимодействие. Я хочу спокойно пить утренний кофе, а не думать, доволен ли моим вознаграждением официант, что значило его выражение лица, не плюнет ли он мне в чашку в следующий раз. Эта система видится мне сложной.

Господа туристы-эмигранты, а как обстоят дела с добровольными вознаграждениями работников сферы обслуживания там, где вы бывали или жили?

Шестнадцать дней в США

Здесь в юго-западной части США я наездил больше 2300 миль. О том, почему в Америке жить нельзя, я напишу как-нибудь отдельно. А пока просто покажу мобильные фотографии в хронологическом порядке. По свежим следам, так сказать.

Читать далее Шестнадцать дней в США