Месяц в «норвежской тюрьме»

Здесь в Сантьяго мы больше месяца не выходим из дома. В основном сидим в квартире, гуляем вокруг здания, делаем там гимнастику с ребёнком, нашагиваем шаги для шагомеров: туда-сюда по парковке полкилометра. Раз в неделю моем кафельный пол на этаже с использованием антисептических средств. У каждого соседа свой день: этаж чист, все здоровы. Познакомились с соседями.

Вчера закончилась мелочь для стирального автомата (здесь, как в Нью-Йорке, нет своих стиралок в квартирах, зато есть общая прачечная комната с коммерческими автоматами). Пришлось пойти на сайт комиссариата Comisariavirtual и получить онлайн разрешение выход за продуктами.

Уходить далеко от дома нельзя, дольше четырёх часов гулять нельзя, ходить в неопределённые какие-то места нельзя; ты пишешь в пропуске, куда идёшь. Местные чилийцы указывают свой уникальный номер налогоплательщика, иностранцы оставляют свой возраст, номер паспорта, имя, адрес проживания, пункт назначения. Перед получением пропуска всех просят согласиться, мол, я ознакомился с законом, который меня накажет в случае чего.

Двенадцать типов разных индивидуальных пропусков и несколько типов групповых.

Удивляет, что с собаками гулять можно, а с детьми нельзя.

В магазине (пять минут от нашего здания) двери закрыты, через щель охранник просит показать пропуск (его можно скачать в PDF, там QR-код на всякий случай). Проверяют не сколько паспортные данные, сколько время — не истекли ли четыре заявленных. часа? Внутри супермаркета — безлюдно и отнюдь не все продукты доступны: пустые полки тут и там. Выглядит невесело. Маску носить — обязательно. Если вы сели в свой частный автомобиль и куда-то отправились, могут проверить пропуск и маску.

Если говорить об ощущениях — я напомню, в нашем районе Сантьяго несколько недель полный карантин и военное положение после восьми вечера — болтаться на улице, на свежем воздухе ну очень приятно. Однако, когда в поле зрения появляются сограждане — это напрягает. Как напрягают пустые полки магазинов и военные с автоматическим оружием. Последних я видел всего раз. Но с балкона видно, как окрестности патрулируют полицейские машины вперемешку с работниками охранной службы, нанятой муниципальным самоуправлением.

В нашей маленькой ячейке общества выработался какой-от режим. Ребёнок просыпается раньше и читает книги или собирает LEGO. Это чудесно! Родители могут спать. Два раза в неделю классная руководительница проводит полуторачасовые (изнурительные!) уроки по Zoom. Они работают плохо: дети, их около десятка, не могут усидеть; у хоста постоянные проблемы со звуком, кто-то не выключает микрофон, кто-то бесится на камеру. Я считал и считаю: дистанционное образование в формате обычного урока — это не для всех. Чьи-то дети сидят, как приклеенные, активно участвуют в обсуждении. Нам приходится это время проводить на уроке. Представьте, что вы ходите в школу вместе с ребёнком и сидите там. Чувство вины («запустили ребёнка, не развивали в карантине») не позволяет пустить ситуацию на самотёк, поэтому — продолжаем занятия, какой-то толк будет. Признаюсь, радости эта часть дня не доставляет, количество стресса не уменьшает.

После уроков завтрак, рисование или музыка, потом приставка или другое развлекательное время перед экраном, обед где-то в промежутке, прогулка на свежем воздухе, какие-то дела вечером, и в ночь, после укладывания, взрослые садятся работать.

Не создалось впечатление, что власти чересчур строги. Кажется, что здесь всё делают правильно: заломали кривую, рост линейный. Строят дополнительные госпитали, закупили тесты, заняли лаборатории лососевых ферм их проверкой.

Константин, который тут давно, неплохо описал чилийский подход к пандемии, рекомендую заглянуть.

По итогу стоит сказать, что меры, принимаемые в Чили возымели своё действие, сейчас в Чили самый низкий уровень смертности в Латинской Америке и один из самых низких в мире.

Насколько долго удастся так продержаться и какие дополнительные меры потребуются — посмотрим в будущем.

Говорят, в нашем районе карантин снимут скоро, в соседнем уже можно выходить. Здесь работают по схеме Южной Кореи: не ломая экономику, закрывают страну частями, учитывая динамику роста заболеваний, возраст, экономическую компоненту. Основная цель — уменьшить количество жертв и ни в коем случае не перегрузить медицинскую систему.

Как месяц сидения в нашей «норвежской тюрьме» отражается на ментальном состоянии? На данном этапе — подзаебало.

Мы прошли злость, прошли смирение, прошли, как мне кажется, депрессию, и пришли к принятию ситуации такой, какая она есть. Надоели письма про «Наш ответ Ковиду», удаляю, не читая. Надоели придумки экстравертов, мол, чем бы нам ещё заняться по Zoom: а давайте книжный клуб, а давайте лекции, а давайте игры, а давайте йогу, а давайте кодить вместе, а давайте кушать вместе, а давайте поддержку оказывать — а давайте отъебёмся друг от друга и всем дадим заниматься своими делами, пожалуйста? Все пытаются как-то работать, какими-то хобби себя занимать.

Карантин идёт и идёт, и всё идёт по плану.

Звонки друзьям и знакомым стали реже. Пить вино по видео-связи уже не так весело. Во-первых, алкоголизм: нельзя столько пить. Во-вторых, все, мне кажется, начали понимать, что мир изменился и стали задумываться, а что дальше?

Подобно тому, как родители маленьких детей в какой-то момент осознают — вау, это похоже надолго, не получится «сейчас напряжёмся, и прорвёмся». В какой-то момент, где-то через полтора года напряжённого ухаживания за беспомощным младенцем, приходит понимание — это навсегда. «Навсегда» включает в себя необходимость отрезать или отложить на продолжительное время свои хотелки и мечты. Какие-то двери закрываются навсегда — я никогда не стану высокохудожественным фигуристом на льду, и с каждым годом таких упущенных возможностей всё больше. Это не повод для депрессии, а лишь констатация факта: в околотридцатилетнем возрасте я заметил, что всё больше появляется недоделанных дел и неисполненных желаний, которые никогда не будут сделаны, и никогда на выполнятся, и их нужно просто отпустить (let it go), и сфокусироваться на том, что приносит радость здесь и сейчас. Семья занимает много пространства и времени в «здесь и сейчас», а остальное, если не пускать на самотёк, приходится наполнять самостоятельно, прилагая дополнительные усилия.

Пандемия — это ещё одна константа, с которой придётся считаться. Она, как внебрачный ребёнок, который где-то в чужой жизни существовал, и вот теперь свалился на вашу голову, и теперь он навсегда. Вы всегда знали, что он где-то там есть, но не придавали этому значения, да и реального влияния на ваш быт ребёнок тот не оказывал. А теперь вот он — весь ваш, полная ваша взрослая ответственность, делайте, что хотите, и будь, что будет. Сперва вы негодуете, как так вышло, но что толку кого-то винить? Как есть, так есть. Потом грустите об упущенных возможностях: ни вздохнуть, ни выдохнуть, жизнь поставлена на паузу. Потом опускаются руки, мол, всё пропало. Ну, а потом вы потихоньку смиряетесь, и жизнь идёт своим чередом.

Основная компонента пандемического беспокойства новой формации — неизвестность.

Нет никакой достоверной информации, каков будет мир после пандемии. Что именно изменится и надолго ли? Какие конкретно вам нужно предпринять действия? Ну, сняли карантин, что дальше? Мы летим в Буэнос-Айрес, как планировали? Возвращаемся к работе, как ни в чём не бывало? Хочется угадать, предвидеть и быть готовым — а нельзя: нет данных, нет правильного ответа, нет решения у этой задачи.

Не знаю, как у вас, а у меня в голове такие неразрешимые проблемы превращаются в панические циклы. Будто поезд поставили на кольцевую дорогу и он носится там, как на всех парах, как сумасшедший: быстрее, быстрее, быстрее! Но так никуда и не попадает. Только медитации и погружение в продуктивную работу или творчество меня спасают. Уверен, многим такие поезда голову сворачивают набекрень. Держитесь крепче за поручни!

Дестигматайз скрин тайм! Карантин в Чили, день двадцатьхуйпоймикакой.

Здесь в Сантьяго загнули таки пандемическую экспоненту и перевели её в линейный рост. Каждый день вскрывается по 300-400 случаев, добавляется 5-8 смертей. Не ужас-ужас.

Мы по-прежнему сидим в полном карантине с военным положением. Это значит, что без разрешения на улицу не выйти, а после десяти вечера и с разрешением нельзя. Пропуски можно получать на сайте местного комиссариата, но нам ещё ни разу не приходилось. Город большой, работают службы доставки, их тут намного больше, чем в Окленде.

Здесь много тестируют, много выявляют, построили дополнительные больницы. Лососевые фермеры отдали свои био-лаборатории, и сейчас туда нанимают людей, чтобы тестировать ещё активнее. С понедельника карантин отменяется в нескольких районах. Например, в Vitacura, в котором были обнаружены одни из самых ранних случаев. Это от нас через дорогу. Надеемся, что в начале следующей недели — после месяца, проведённого взаперти — мы сможем под предлогом “нечего кушать” сходить в мини-маркет. Может быть.

В целом дома сидится ОК и так себе. Мы несколько раз в день гуляем вниз-вверх по пожарной лестнице с семнадцатого этажа на первый и обратно. Смотрим на закаты, просыпаем восходы. Я пью кофе и разговариваю с клиентами и сотрудниками по видеосвязи. Жена делает йогу. Ребёнку составили расписание и, чередуя полезное экранное время с вредным, развиваем его. Почти каждый день говорим со знакомыми и друзьями. В общем-то, как говорили классики, не могу вспомнить какие именно: «Человек ко всему привыкает и может вынести очень многое».

Каждый вечер, в девять часов, люди аплодируют с балконов врачам.

Наша не самая дешёвая частная школа для англоговорящих экспатов отказывается давать скидку за дистанционное недообразование, которое им пришлось в срочном порядке организовывать. Учителя стараются, мы с этим не спорим, записывают видео, придумывают программы, но кончается это дополнительной нагрузкой на нас, родителей, отчего остаётся меньше времени на зарабатывание денег для этой самой школы. Контрпродуктивная деятельность.

Школа пока ожидает полную оплату за апрель и обещает, что скидки можно будет обсудить, если карантин продолжится в мае. Мы уверены, что в нашем центральном, самом густонаселённом и плотно застроенном офисами районе Лас Кондес карантин не снимут ещё недель шесть. В этом же районе куча больниц, где борются с коронавирусом, куда свозят заражённых со всего города. Не думаю, что школы откроют в конце апреля.

Думаю, что больше половины маленьких бизнесов закроются совсем. В Окленде компания, у которой мы снимали офисное пространство для команды Карма объявила дефолт. Компания, у которой эта компания снимала — забрала деньги из нашего залога. Сотрудники работают из дома. Как они вернут свои и вещи и куда вывезут в условиях карантина офисный хлам — мы вот, владельцы небольшого бизнеса, должны как-то решать. Будем решать, деваться некуда.

Говоря о дистанционном образовании, эта тема волнует нас с женой и ребёнком неимоверно, я хотел затронуть тему вредного «экранного времени».

Книга. IBM PC для пользователя, Фигурнов В. Э., 1994 г.

С раннего детства я мечтал о компьютере и, когда, благодаря неимоверным усилиям родителей в начале лихих девяностых, заполучил первую ЭВМ, часы, дни и недели я проводил перед зелёным монохромным экраном. Потом подключал ПК Вектор-М к телевизору, смотрел в него. Учил, как управляться с MS DOS и Norton Commander по книгам Фигурнова, играл в Doom на отцовском рабочем ноутбуке Toshiba, писал одноклассницам курсовые по информатике и перепаянным самодельным нуль-кабелем соединял машины в подсобке УПК, чтобы погонять в Blood по сетке. Компьютер был моим любимым домашним животным; окном в мир знаний, развлечений и возможностью делать за минуты то, что у других занимает дни. Экранного времени у меня было много и очень много. Мама и бабушка вечно подкладывали баночки с сахарными витаминками «Черника-Форте», чтобы глаза не портились от экрана.

В университете компьютеры сразу подключились к интернету. Через telnet я подключался к институтскому серверу и в links искал музыку на Напстере и ему подобных, и качал хитрыми запросами wget крутейшие бутлеги Pearl Jam, бил их tar и gzip на порции по пятнадцать мегабайт, ибо таковы были наши маленькие студенческие квоты. Аська, ноунейм, блог Спектатора, Либ.ру, Масяня и Живой Журнал — это стало основой моей социальной системы в двадцатилетнем возрасте.

На компьютере же я и работал: программировал немного, рисовал текстуры, участвовал в разработке AA игры «Завтра война» по фантастической таксебе книге Зорича.

После пяти лет фрилансерства в Новосибирске, в 2004 году, с пудовым компьютерным блоком я улетел в Китай и поселился там почти на полгода в небольшом четырёхмиллионном городке Нанчанг. С ним же вернулся в Россию и с тем же системным блоком (ноутбуки были дорогие и слабые тогда) в 2006 улетел в Новую Зеландию.

Экранное время дало мне возможность получить знания, социализироваться, устроиться на работу и обрести самостоятельность и финансовую независимость.

С развитием технологий, экраны оказались повсюду. И стар, и млад подсаживаются на аддиктивные игры, сериалы, форумы, соцсети. Видео того, как какая-то человекообразная обезьяна врубилась интерфейс инстаграмма и давай там сториз наяривать не про умную обезьяну, а про примитивные триггеры, которые корпорации научились дёргать, чтобы люди впадали в гипнотический ступор и, как обезьяны, свайпали во все стороны.

Экранного времени стало много, как еды. Не всякая еда полезна, и очень легко испортить свои диетические привычки и здоровье. Появилась идея, что не всё экранное время одинаково полезно.

Взрослые обезьяны, падкие до светящихся поверхностей, приятных звуков и ярких меняющихся цветов, придумали мобильные экраны, приложения какие-то. Какие-то приложения назвали развивающими, какие-то «для умных», какие-то «для детей». До сих пор нет единого мнения — полезны все эти айпады для детского развития или нет? Никто не знает.

Я, как вы можете предположить, предвкушаю прогрессивное технобудущее, и в целом смотрю в экран оптимистично.

Школа во время карантина закрыта. Приятная, очень опытная и со всех сторон прекрасная британская преподавательница ежедневно записывает третьеклассникам материалы и изо всех сил старается донести суть. Предметы не сложные: дроби, каменный век, географические какие-то штуки. Не ТФКП, и не не интегралы с линейной геометрией.

Однако, полтора часа лекций про то, как устроены дроби — это для семилетнего ребёнка (да и взрослого, чего уж там) гораздо менее эффективно, чем интерактивная игра на айпаде с монстрами, очками и перерывами на мультики. За полчаса сын осилил те же дроби в MathTango.

Сегодняшний пост про то, что система очного образования ужасно устарела. Человечество уже справилось с задачей систематизации и складирования энциклопедической информации: Wikipedia и всё — не нужны ни Британика, ни Большая Советская Энциклопедия. То же должно произойти и с образованием.

Представьте, что есть такой универсальный проект, где добровольцы, учителя и эксперты в своих областях, наглядно и доступно в игровом формате предоставляют знания ребёнку, который просто играет в ролевую игру, побеждает монстров, отвечая на вопросы, решая задачи, читая книги. Он волен выбрать любое направление, любую ветвь, хочешь — книги читай, пиши эссе на тему, добровольцы или AI проверят, начислят очков, дадут экспы, повысят уровень. Заходи в Пещеру Программирования, изучай там кодинг в удобной игровой форме. Такое супер-образовательное-приложение может с годами становиться сложнее и насыщеннее, может автоматически балансировать сложность и подстраиваться под игрока. Там же можно будет искать друзей, мочить языком математических символов мега-боссов и злых духов. Для старшеклассников игра бы превращалась в мощную ролевуху подобную «Миру Варкрафта».

Огромный потенциал у такого продукта! Гигантские геймдев-студии вбухивают миллионы долларов и декады человекочасов в тупые и пустые истории вроде Rage 2 или того же Ведьмака. Игры развлекательные, но не образовательные. Столько сейчас сил вбухано разработку развлечений, которые тратят человеческие жизни впустую.

Посмотрел серию «Друзей» — переждал жизнь, на двадцать минут приблизился к смерти. Прошёл квест в Ведьмаке — отключился на часик, до занавеса осталось чуть меньше времени в сознании.

Было бы мега-круто построить такой увлекательный, полный контента образовательный игровой проект с привязкой к реальному миру. По итогу можно получать сертификаты, и готовить детей к профессиональному тестированию, дипломы выдавать или готовить к тестам официальных государственных служб. Так или иначе — выпускные, вступительные экзамены — формальности, которые лишь частично отражают уровень знаний отдельного индивидуума.

Если вы переживаете за социальные связи, клубы выпускников, alumni, вот это всё — там же в игре построится социальная сеть, появятся одногруппники, одноклассники, друзья по переписке, знакомые по квесту. С ними точно так же можно будет встречаться на районе (или по видео-связи!), чтобы выпить или любовно увлечься. Студенчество в голове же, не в общаге.

Миф о вредности экранного времени, конечно, нужно будет развенчать, прежде чем затевать стартап этот. Дестигматизацию провести, скажем так.

https://twitter.com/stas_kulesh/status/1247305101154357253

Сложно представить такой медиа-проект? Так и Wikipedia не за день строилась. Уже существуют подобные штуки, заточенные на иностранные языки (Duolingo), математику (Prodigy) и программирование (Tynker и Kodable), которыми мы в карантин отлично пользуемся:

Появляются и такие, что мыслят шире и дают общие знания вместе с точными науками. Khan Academy движется в этом направлении, и я очень рекомендую их приложение для детей.

Пандемия, карантин, социальное дистанцирование, экономический кризис, самоизоляция — появились стремительно. Такая встряска для общества сродни серьёзной болезни, после которой человек нередко задаётся большими вопросами и переосмысливает свои поведение и предназначение. Я хочу верить, что и с обществом произойдёт подобное. Пандемия сделает мир глобальнее и коренным образом поменяет многие индустрии. Будет круто, если одной из них станет — полноценное самообразование с помощью умных экранных помощников, созданных людьми для людей: все знания, на всех языках, для всех детей мира! Чо нет-то?

«Новая формация! Работа из дома!» Ну, не совсем так.

Здесь в Сантьяго мы восемнадцатый день сидим в самоизоляции. Цифры по стране растут линейно, что знак хороший, но карантин всё равно решили продлить как минимум на неделю. В Чили активно пользуются опытом Южной Кореи — закрываются только наиболее заражённые районы. Остальные регионы оперируют почти в обычном режиме. Это сильно помогает с экономической и психологической точки зрения.

В полном карантине не совсем ужас-ужас. Нам, туристам, на самом деле, ходить никуда не нужно. С задержкой, но вполне себе работают службы доставки продуктов и даже некоторых вещей. Капучинатор (ручной вспениватель молока) приобрели намедни в одном из онлайн-моллов, например. Какая может быть жизнь без капучинатора, правильно? Пытка, а не жизнь.

Быт в какой-то мере наладился, и дни летят один за другим. Занятно, что именно от такого мы уехали из Новой Зеландии. И к тому же в точности приехали. Так сложились обстоятельства.

Быт стабилизировался, а вот с работой туго.

Мой личный опыт работы из дома — больше семнадцати лет. То, что сейчас называют «WFH» (working from home) и «remote work» — вообще не удалённая работа.

Я никогда не мог толком трудиться из чужого офиса по чужим правилам. Из почти двадцати лет трудового стажа — лишь три года я провёл в офисе и прочувствовал стандартные «с 9 до 6». С самого начала карьеры — фрилансил. То был весьма хаотичный период, и наверняка работничек я был отнюдь не идеальный: пропадал, сроки затягивал, сидел ночи напролёт, чтобы следующий день выпадал из жизни, но работа как-то делалась. Деньги получались не очень большие, но достаточные. Широты взгляда в материальном плане первые лет десять совершенно точно не хватало.

Когда мы с партнёром открыли свою контору в Новой Зеландии и начали строить бизнес, то долго сидели по домам: в спальнях, на диванах, в кладовках, гаражах каких-то. Уверен, наши флетмейты вообще не были ради такому раскладу. Некоторые до сих пор с нами не особо разговаривают. Это был непростой переходный период. Довольно быстро стало ясно — нужно специальное место для работы. Необходимо разделять рабочее, личное и семейные пространства. Спальня — чтобы спать. Кухонный стол — чтобы есть.

Потом у меня появился ребёнок. Времени и места для работы стало катастрофически не хватать. Благо, бизнес немного подрос, и мы смогли снимать отдельную закрытую комнату на этаже с подобными стартапами. Появился офис в центре, куда нужно было ездить в определённое время. К координате «место» добавился параметр «время»: для работы — нужно специальное время. Я понимаю, что для сотрудников наше «местовремя» всегда оставалось банально «офисом». Однако, здесь повествование от лица владельца компании, у которого всегда есть, что поделать, и, если не пытаться нащупать баланс, работа запросто идёт круглые сутки без выходных. Крыша едет от бесконечных решений и проблем. Таймбоксинг сильно помог найти баланс между семьёй, личным временем и работой. Джордан Питерсон не против.

Приблизительно пять лет назад мы, живя в Новой Зеландии, стали получать больше заказов из США. Из-за разницы во времени в восточным побережьем (Нью-Йорк) это означало, что в офисе я стал появляться в шесть утра. Звонки и личное общение заканчивалось часам к семи-восьми, и следующие несколько часов вплоть до обеда — я был предоставлен сам себе: сидел в отдельной комнате в наушничках, без отвлечений имел возможность сфокусироваться на работе и, самое главное, углубиться в суть.

Нахуя мне этот секс-то? Я вгрызаюсь в тело текста!

Псой Короленко

Для глубокого труда, о котором, видите, стихи слагают и книги пишут, нужны непрерывные блоки времени. К примеру, написание этого поста — это час без отвлечений. Так есть хоть какой-то шанс, что удастся передать мысль, выйдут из головы в печатный связный текст идеи, который то тут, то там, в беседах и чатиках, я таскал много дней. Итого: для плодотворной удалённой работы нужны непрерывные периоды для мысленной концентрации. Это не просто, и даже слово есть популярное в западном мире — «прокрастинация»: когда скачешь от задачи к задаче, день прошёл, а ничего толком и не сделано. Борьба с внутренней обезьяной и информационное обеззараживание головного пространства — знакомая всем и каждому проблема.

Так вот. Мы сидим дома. Вы сидите дома. Все сидят дома. Это, они говорят, мол, удалённая работа — это для всех, мы на пороге невероятного открытия, будущее уже здесь, говорят! А я говорю — это сраный цирк с конями: подобие работы. С тем же успехом можно назвать эффективным трудом фабрику по шитью передников в колонии, на поселении.

Как прошёл мой вчерашний рабочий день:

  • 10:00 Завтрак ребёнку, кофе первому взрослому, второй спит.
  • Уборка кухни, надо себя чем-то занять.
  • Общая уборка всего: заправить постель и прочее.
  • Удалённая работа (проверить почту, мелочи).
  • Математика и домашнее образование с моим семилетним сыном.
  • 12:00 Завтрак для взрослых. Ребёнок читает книги сам.
  • Программирование для семилетнего с папой, йога на балконе для мамы.
  • Приставка для ребёнка, свободное время для родителей — час удалённой работы.
  • Надо спуститься вниз с семнадцатого этажа по лестнице, привезли продукты. Подняться тоже надо.
  • Кто-то готовит еду. Не семилетний чаще всего.
  • 16:00 Обед
  • Звонки, работа, в Новой Зеландии команда просыпается.
  • Надо спуститься вниз, привезли что-то ещё.
  • Поднимаемся обратно на семнадцатый этаж.
  • Полчаса фортепиано для папы, ребёнок рисует с мамой.
  • Надо спуститься вниз, вынести мусор.
  • Прогулка вперёд-назад по парковке: пять раз туда-сюда — два километра
  • Поднимаемся обратно на семнадцатый этаж.
  • Готовим ужин.
  • 19:00 Ужин
  • Семилетний читает книги перед сном.
  • Начинается процесс укладывания — больше семи лет он занимает около часа. Каждый день. Иногда просто, иногда с боем.
  • 21:00 Ура! Спит! Очевидно, взрослые полны сил и готовы наброситься работу и углубиться в суть вещей.
  • Несколько рабочих звонков, много коммуникаций и другие отвлечения.
  • 12:00 Может быть вино и кино (серия «Друзей» на испанском считается).
  • Больше работы после полуночи. Голова варит плохо. Если пить кофе, сон говно.
  • 2:00 ночи: Сон для взрослых.

Как вам такая «работа из дома»? Это мираж, иллюзия, фантом, искажённая голограмма, если угодно — у такой удалённой работы нет места, нет времени, нет непрерывности — это фуфло, а не работа. По стечению всем нам известных обстоятельств в таком режиме работают миллиарды людей по всему миру. Им при этом — очень повезло, у них есть хоть такая работа. Другие проживают сбережения, если они есть. И всем тревожно весьма. Бедные и богатые — никто сегодня не имеет возможности планировать, никто не может спокойно работать из дома.

Настоящая «удалённая работа» — это прежде всего баланс. Это способность организовать свою сложную жизнь так, чтобы в ней осознанно, подконтрольно появилась возможность полноценно трудиться, развивать и поддерживать личные отношения, воспитывать детей, заботиться о родителях. «Удалённая работа» — это контроль. «Удалённая работа» — это ответственность, взрослость и способность управлять не только собой, но и ближайшим окружением. В офисе кто-то другой приходит в назначенное время и делает уборку, поливает цветы, дома вы сами организовываете свои рабочие пространство и время.

Разница между работой из дома, как её описывают менеджеры и реальностью такая же, как между прекрасной едой в рекламном ролике и той протёкшей пожамканной булкой, которую вам протянула безымянная рука из окошка фаст-фуд-ресторана.

«Работа из дома», которой сегодня поют дифирамбы — это образ жизни людей будущего. Мы не эти люди. Мы безвольные щепки в бурном потоке пандемии.

Давайте в это непростое время постараемся с пониманием относиться друг к другу — мы все в одной лодке, все люди, у всех неопределённость и переживания. Будем более человечнее обращаться с сотрудникам и коллегами. Пандемия когда-нибудь закончится, а отношения с близкими, друзьями и знакомыми испортятся навсегда. И помощи потом будет ждать неоткуда.

P.S.: Не стесняйтесь, делитесь тем, как проходят ваши карантинные дни. Буду удивлён, если они окажутся более упорядочены. Особенно, если у вас дети. Особенно, если больше одного — этот кошмар я вообще с трудом представляю.

Круги знакомств и реальность коронавируса в вашей жизни

Здесь в Сантьяго объявили комендантский час, что означает — с десяти вечера до пяти утра без уважительной причины (документа какого-то, я в подробностях не разбирался) нельзя выходить из дома. Чтобы не шарились по барам и клубам, чтобы сидели дома. Кроме этого ну очень просят тех, кто может, забаррикадироваться и носа не высовывать, чтобы носом этим и чихами с кашлем не заражать окружающих. Учитывая, что инкубационный период составляет до десяти дней, а половина случаев вообще проходит без видимых симптомов, проще не выходить, чем потом чувствовать себя, как герой из романа Достоевского.

Это не просто грипп. Даже, если вы переболели, по тем данным, что есть сейчас, с не маленькой вероятностью навсегда повредит ваши лёгкие. Даже если лично вы не помрёте, то в связи с тем, что переносится Covid-19 гораздо лучше гриппа (коэффициент заразности гриппа 1.4, у коронавируса между 2 и 2.5) вы заразите во много раз больше людей. Так работает геометрическая прогрессия. Скажем, 10 дней вы разносили вирус и заразили 14 человек. Через десять дней больных по вашей вине будет 1.4¹⁰ ≈ 29 человек. С коронавирусом совсем другая ситуация 2.25¹⁰ ≈ 3325. Поэтому надо сидеть дома.

Отдельно взятому человеку сложно представить близость и серьёзность трагических событий, когда они где-то там и не с ним. Философ Милл, кажется, один из основоположников утилитаризма раскладывал по полочкам важность межчеловеческих отношений и человеческих жизней. Если не ошибаюсь, в одном из его мысленных экспериментов речь шла не об абсолютной, а скорее относительной ценности: чем слабее связь, тем меньше для вас значат страдания (и счастье тоже) другого человека, тем больше на него наплевать. Это ну очень грубая система, но в грубом же приближении она годится.

Зная, что значимые социальные связи целы, мы чувствуем себя лучше

Простейшая схема: вы — самый близкий вам человек, счастье и страдания вас вам самому понятны, насколько это возможно. Далее: вы — ваш ребёнок, ваш родитель, ваш брат, ваша жена — это люди из наиближайшего круга, те, кого пустят к вам в палату, если окажетесь в коме. Эти люди лучше всех знают вас, и более всех способны проявить сострадание через эмпатию. Брат жены/мужа? Ну он уже такой, не самый близкий человек. Знакомый коллеги по работе? Чёрт его знает, что за человек, жаль, да, что приболел. Где-то в интернете юзернейм, с которым вас связывает, как подсказывает система, другой юзернейм, бывший парень одноклассницы. Жаль его? Точно сказать сложно.

Как вы можете представить, врачам в Италии именно по лекалам утилитаризма приходится рассуждать, выбирая к кому подключать дыхательный аппарат, а кого сразу в заднюю комнату, где как повезёт. Тяжелейшие решения.

Сколько активных контактов у вас в телефоне? Какого размера непосредственный круг ваших знакомых, с которыми вы лично встречаетесь время от времени, поддерживаете связь, обсуждаете бытовые дела и новости, коронавирус этот, к примеру? Всё посчитано за вас: 100-150, большим количеством персональных отражений наш обезьяний мозг не способен жонглировать в силу биологических ограничений.

Отсюда рождается пережёванная и растасканная по всем углам теория пяти рукопожатий, мол, если круг общения 100 человек, то, через сарафанное радио, спрашивая по знакомым знакомых, через 5 рукопожатий можно достучаться до любого жителя нашей планеты. Это сближает и учит умножать 100 на 100 пять раз — приблизительное, годное для сегодняшней задачи население Земли — 100⁵ = 10 000 000 000.

Если заболел человек где-то там в другой стране, то он из пятого круга, вы не переживаете особо, но вам просто чужой индивидуум где-то там за реками и полями. Когда вы слышали, что заболел где-то друг подруги сестры бывшей папиной жены— это четвёртый круг, тоже скорее всего никак, но уже чуть ближе, чуть более осязаемо.

Глядя на удельную статистику по количеству заболевших в той или иной стране, вы можете представить, насколько вирус там реален, насколько его там воспринимают всерьёз, как сильно там сопереживают, насколько велика трагедия в обществе.

Я отсортировал таблицу на Worldometers по последней колонке: количество случаев коронавируса на миллион человек.

Смею предположить, что в Исландии, если вы спросите случайного жителя этой далёкой страны, с огромной вероятностью найдётся как минимум 16 знакомых из первого и второго кругов, которые больны вирусом. Вряд ли там скажут «это ещё один грипп».

В Италии, намного более населённой страны, у каждого итальянцы будет десять знакомых, которые болеют. Каждый десятый итальянец наверняка сталкивался с летальным случаем в первом-втором кругах своего общения. Коронавирус там точно не придуман гномами-иллюминатами из Цюриха.

В США в десять раз ниже показатель больных на душу населения. Оттого, случайный американец скорее всего слышал хотя бы об одном случае среди своих знакомых (близкие и знакомые знакомых). Каждый сотый может сталкивался с трагическими смертями.

В Австралии заболевших пока не очень много, и эти случаи чаще всего оказываются за границами первого и второго кругов общения. «Знакомый знакомого знакомой, вот у неё вирус нашли, представляешь?» — насколько это близко лично к вам, насколько вы чувствуете опасность для себя, как биоорганизма? Да совсем не чувствуете поди. Оттого много австралийцы и жители стран с подобной пограничной статистикой (меньше 100 случаев на миллион жителей) не воспринимают эпидемиологическую статистику всерьёз: ходят по барам, на пляжи, в рестораны — вирус где-то там далеко, в третьем круге знакомств.

Прикинуть, что будет в ближайшем будущем в США и Австралии легко — приблизительно каждые десять дней количество заболевших увеличивается в десять раз. Можно представить, как это будет выражаться в кругах знакомств, цифры приблизительные, оценочные: дата, количество заболевших, в каком круге сколько будет случаев.

  • 20 марта 1000 случаев в Австралии
  • 30 марта 10 000 случаев – 5 знакомых знакомых
  • 10 апреля 100 000 случаев – 50 знакомых и знакомых знакомых
  • 20 апреля 1 000 000 – 5 людей из первого круга

В Америке подобные цифры, но гораздо выше население. Я никакой не эксперт, это грубая оценка на основе существующих данных. Суть моего развёрнутого тут твита не особенно меняется:

Приблизительно через месяц, если не принимать серьёзные меры, среди ваших близких знакомых будут больные коронавирусом.

Блядский коронавирус становится на 100% реальным, когда вы им болеете. Почти на 100% реальным, когда болеют ваши близкие. Чтобы этого не случилось, сидите дома, пожалуйста.

P.S.: Российской статистике верить нельзя, поэтому сложно что-то сказать. Полагаю, что вирус там пока тоже где-то в третьем круге, скоро прорвётся во второй, а там и до первого не далеко. Темпы-то геометрические.

Австралийский дым в Хоббитоне

Дым от австралийских пожаров в Новой Зеландии

Здесь в сказочном Хоббитоне как-то не очень. Из Австралии, через 2000 километров океана принесло столько дыма, что небо стало жёлтое, а солнце красное. Опубликую сегодня фотографии с телефона без обработки. Вот так адово в январе 2020 года горели леса в солнечной Австралии. Пусть эти картинки станут очередным напоминанием о том, что климат неминуемо меняется, коронавирус или нет.

Зрелище напомнило советскую историю Волкова «Жёлтый туман», который злая великанша напустила на сказочную страну. Фотографии в галерее кликабельны. Снято на камеру iPhone.

Так и живём. Напоминаю, что из Новой Зеландии мы успешно уехали, и живём теперь в Сантьяго, что в Чили.