Разговор глухого с немым

Тени на стене в Сантьяго

Здесь в Сантьяго продолжается карантин. С середины марта мы сидим дома, потому что коронавирус. Комендантский час после десяти вечера и карантин: выход за пределы жилого комплекса по разрешению, не больше двух раз в неделю. Гуляем с ребёнком по очереди. Бассейн, тренажёрный зал и терраса закрыты на лопату. На улице и внутри дома — маски обязательны. Если без разрешения куда-то потащился и поймали, будет штраф несколько сотен или даже тысяч, если окажется, что ты болен ковидом, долларов.

В Чили планово сменился кабинет министров, в центре стали больше ловить, стали больше наказывать, строже следить за выполнением ограничений. Общий вектор на уничтожение гадины.

Официальная статистика по ежедневным смертям от коронавируса в Чили

В столице, самой густонаселённой части страны, самый большой спад: меньше случаев, меньше смертей, больше тестов. Город идёт на поправку. Во многих других регионах страны ковид побеждён полностью, больных нет совсем или очень мало. Из-за того, что изначально закрывали страну блоками, экономику в целом спасли. Она покряхтывает уже, конечно, и реформы пенсионного фонда (типа взять 10% и раздать наличными типа бедным) её шатают, но в целом — отнюдь не просраны все полимеры ещё.

Удобная карта трендов на NYT

Курс на тотальное уничтожение вирусного врага.

Невзирая на ежедневные маленькие триумфы, мы начинаем искать способы выбраться из Чили.

Теперь стало казаться, что это действительно надолго. Пандемия займёт несколько лет. О путешествиях может быть стоит на время забыть, пересидеть шторм в тихой гавани.

Как и прежде, подобно миру стартапов, важно не количество заболевших, а первая и вторая производные: скорость, с которой меняется это количество и ускорение — то, как быстро эта скорость изменяется. Прошло больше половины злосчастного 2020 года, а количество заболевших растёт всё быстрее.

Там, где вирус победили, из-за глупости человеческой (секс охранников с посетителями карантинного отеля, например), он вылезает и снова страны закрываются частично или полностью. Особенно неприятно, что происходит это в развитых странах, где мы могли бы жить. Например, в Австралии:

Одним из наших альтернативных планов по спасению чилийского путешествия было провести, скажем, год в Австралии. Это, конечно, не новая культура, всё тот же регион, но хоть что-то новенькое, большой континент для исследований. Я не был в Перт, например.

Однако, Австралия, не знаю слышали вы или нет — закрыта. Закрыта даже для австралийцев. Рейсов мало, карантин сделали платным. Австралийцы-экспаты негодуют.

Ещё хуже, если вы, скажем, трудились там и, взяв короткий отпуск, поехали к дедушке на похороны домой. Люди, прошедшие все иммиграционные круги австралийского ада, нашедшие работу, доказавшие свои навыки, заслужившие право находиться в стране — не имеют права влететь в Австралию (и Новую Зеландию, конечно, тоже) без особой причины. Особенно сочувствую всем тем, кто убил месяцы на сбор документов и общение с бюрократами, начал сворачивать свои дела на родине, готовясь к большому переезду.

Нашей маленькой семье новозеландцев визы в Австралию не нужны, но доказывать свежесозданному органу критическую необходимость нашего присутствия в Австралии — это придётся. «Военный трибунал» работает, как чёрная коробочка, которая выдаёт порой случайные ответы. В узкоспециализированной группе на Facebook под названием «Мигранты с критическими навыками, которые застряли за рубежом и пытаются вернуться в Австралию» больше 2000 членов. Люди заполняют онлайн-форму разными способами, прикладывают тонны документов, жалуются муниципальным депутатам, пишут в газеты, собирают подгруппы для чартерных спасательных рейсов… У кого-то жена рожает, у кого-то работа, у кого-то займы; квартира, за которую платить, вещи личные там; деньги у кого-то закончились: сотни разных очень сложных случаев. Буквально тысячи людей предоставлены сами себе. Не устаю повторять с самого начала пандемии:

Во время пандемии — каждый решает за себя.

Мы тоже заполнили форму, ждём ответа, потом будем искать билеты, которые быстрее, чем за 50 часов и дешевле, чем за 10000 долларов могут положить нас на австралийскую землю.

Австралия не уникальна — так в каждой стране, которая пытается побороть вирус. Европа для европейцев, Новая Зеландия для новозеландцев. Аргентина для аргентинцев.

Вообще пост этот я затеял с той лишь целью, чтобы поделиться интересным наблюдением: только-только собиравшийся было стать глобальным после нескольких декад прогресса мир расслоился, и всякая страна живёт теперь в своём подпространстве. И как плоскому кругу сложно осознать трёхмерную сферу, так человеку из страны, где 0 (ноль) новых случаев за день невозможно представить, как живётся в состоянии постоянного карантина при 1000 случаях в день.

Так же разделены непреодолимыми преградами непонимания страны, в которых забили на вирус (США, Россия, например), и страны, где борются до последнего (Чили и Австралия, например). Где-то всё только начинается (Индия), где-то ждут вторую волну (Великобритания) — в итоге все замкнуты в своих пузырях, и мир стал снова, как в феодальные времена, подобен мозаике.

Возможность застрять на долгие месяцы в случайной стране — это не комфортный туризм. Возможность заболеть и умереть из-за того, что провёл пару часов в замкнутом пространстве на паспортном контроле ковид-безалаберного государства — это вообще хуёвый расклад. Вероятность оказаться не госпитале чужой страны без медицинской страховки и языка — это точно не отдых и не познание мира.

У меня паспорт Новой Зеландии, окуклившейся страны, которая победила ковид и живёт обычной жизнью (Категория 1). Есть возможность поехать работать в закрытую Австралию (Категория 2): из-за новой вспышки в Мельбурне, они с огромным трудом принимают гостей. Лететь домой в Окленд или в Австралию я могу через Великобританию (Категория 3), где ужас-ужас пережили и теперь относительно стабильно живут, опасаются второй волны. Я пишу это из Чили, страны, где карантин и комендантский час (Категория 4), после четырёхмесячной самоизоляции. Или можно попробовать через США (Категория 5), где забили на вирус и катятся в тартарары.

Всё идёт к тому, что Чили, как бы нам тут ни нравилось, оправляться от коронавируса будет долго, школы раньше декабря не откроются и вкупе с протестами процесс возврата к норме займёт больше года. Одно ясно — как было раньше, уже не будет.

Новая нормальность формируется сейчас.

Думаю, мы переберёмся на время в Великобританию. И в целом будем держать вектор на возвращение домой в Новую Зеландию или на худой конец, чтоб хоть чуть-чуть сохранить дух приключений и разнообразить бытность — Австралию. Очень не хочется заболеть в самолёте или застрять на пересадке в Катаре; тупо страшно лететь через Майями и Калифорнию; прямых рейсов нет.

Злосчастный 2020 год лишает нас, молодых, здоровых, не бедных, не глупых в общем-то, очень привилегированных людей, которые привыкли уверенно править своей жизнью и не поддаваться фатализму, год этот блядский лишает нас чувства контроля. Мы с начала пандемии играем с шулером: вот-вот, кажется, победим, и только-только копейку отыграли, и тотчас бах! правила поменялись, и рубль уж проигран.

Единственный вариант не остаться в дураках — не садиться с шулером играть. Поэтому туризм скорее всего откладывается до лучших времён, выбираемся в зону комфорта с наименьшими потерями. Латиноамериканский опыт получили, как могли, начинаем планомерный возврат в родные новозеландские пенаты.

Ссылка на комментарии

Медитация на Анды

Одинокие работники заправки во время карантина в Сантьяго, Чили

Здесь в Сантьяго, я напомню, мы с марта по май сидели в карантине, потом в нескольких районах было послабление режима, и мы было воспряли, почувствовали дух весны, ветер перемен к лучшему, и в целом настроились на позитивный лад. Однако, слишком рано открыли, болезнь тут же расползлась по многомиллионному мегаполису и начался второй карантин.

Если вы поиграли в самоизоляцию, вышли и полагаете, что второй раз будет, как в первый, то, полагаясь исключительно на субъективный опыт, конечно — не рекомендую: очень не очень ощущения. Как от второго, вынужденного захода на посадку.

Теоретически, заточение лучше, чем его отсутствие: пока никие иные меры кроме массовой изоляции от Ковида не помогали. Первый чилийский карантин помог замедлить рост количества заболевших коронавирусом, а второй вот уж скоро четыре недели будет как добивает гадину.

Фейковые новости распространяются быстрее нормальных, поэтому ленивый только не прислал мне твиты и ссылки на статьи, в которых «Чили — всё просрано: там все почти умерли или почти все умерли». Обычно это какие-то ребята извне, которые играют с, не скрою, замутными официальными цифрами. Их всегда можно посмотреть здесь.

Считать смерти и случаи решили по максимальной схеме: заболел, приходил делать тест на Ковид, тест был негативный, но ты всё равно помер — запишут в жертвы Ковида. Или вот из недавних новостей: какая-то не очень надёжная лаборатория притащила кучу результатов тестов среднего качества, их на всякий случай включили в статистику. Тестируют на каждом углу. Нам буквально за угол зайти — и можно будет провериться. Логика такова, что когда завышенные показатели пойдут вниз, можно будет открываться.

В целом тренд таков, что пик смертей (160 за день) перевалили, выходим на финишную кривую. Отсюда ещё недели три сидеть минимум.

В нашем школьно-спально-больничном районе активных случаев заболевания Ковидом становится меньше, а вот в центре и других гораздо более населённых частях города на карантин забивают. Отчасти из-за общего недоверия к власти после начавшихся в октябре левацких протестов. После плановой смены министра здравоохранения полиция начала активнее ловить и штрафовать нарушителей. Вроде несколько тысяч долларов штрафы. Стали меньше шастать.

Карантин должен соблюдаться, фундаментально важно для всех, кто борется с пандемией.

Говорит этот твит.

Кстати, занятный факт: от протестов и связанных с ними разрушениями (было много мародёрства, сотни бизнесов пострадали) работу потеряли 300 тысяч человек, а от Ковида — “лишь” 200 тысяч.

Но это, конечно, не очень важно сейчас. Чуть больше трёх месяцев мы и бóльшая часть самого населённого региона Чили сидим в карантине.

Скажу прямо, во второй раз садиться под замок — тяжело: ментально и физически. Подзаебло.

Два года мы стремились сюда приехать, чтобы насладиться видом на снежные Анды, и сил нет уж ими наслаждаться.

Вчерашний закат

Страна Чили, и многомиллионный город Сантьяго, до сих пор находятся в Состоянии катастрофы (State of Catastrophy): взрослому человеку разрешено два раза в неделю выходить из дома по за покупками или по делам, после десяти вечера — комендантский час.

Звучит сурово, но на деле, люди подстраиваются, за три месяца привыкли. Магазины работают, кто может, супермаркеты доставляют домой. Доставщиков случайным образом протестировали на вирус: из 500 человек, около 50% заражённых. Ну ок, будем руки и пакеты антисептиком вытирать. Подстроимся.

Мои 5км на парковке

Теперь не надо многозначительно смотреть на соседей, они больше не лезут в лифт потрое, заходят по одному. Спортзал и бассейн до сих пор закрыты, и мы мотаем шаги вокруг дома. Мои забеги в Strava выглядят, как каляки-маляки скучающего студента.

В Новой Зеландии Ковид побеждён, в Австралии дожимают. В России пиздец, в США пиздец, в Европе вроде дело идёт на поправку. Дня не проходит, чтобы мы не обсуждали за вечерним вином планы на будущее — чилийскими едой и выпивкой мы по-прежнему очень даже наслаждаемся. Пока «против» возвращения в Новую Зеландию перевешивают «за».

Основной аргумент против побега в Окленд — там будет точно то же, что было до отъезда. За неделю поездка в Чили будет забыта, как неудачный сон. Здесь хоть какое-то подобие приключения. Я вот сегодня сходил в магазин, там тётушка спросила, мол, холодно на улице, я её на испанском понял и на испанском же, корявом, как кочерга, смог ответить, мол, не особо, более или менее тепло. Купил у неё чудесный козий сыр и гигантские кедровые орешки индейцев арауканов (мапуче).

И это было что-то новенькое.

Чилийские кедровые орехи

Элемент новизны — сам по себе важнейший аргумент в пользу того, чтобы остаться в Чили. Здесь, как ни крути, интереснее, чем в новозеландской сабёрбии, где каждый камень знакомо кряхтит, под него вода, как не текла, так и не течёт.

Второй весомый аргумент — это бытовой минимализм. Если когда-то было желание освободиться от верчения баранки по дороге на работу, стояния в пробке, публичного транспорта, общения с коммунальными службами, банком, строителями, мойщиками окон, садовником, соседями, родительскими собраниями, тех- и медосмотрами… То это время пришло. Мой телефон здесь, в Сантьяго — не звонит совсем.

Что же делать теперь со всем этим временным богатством? Столько книг не прочитано, языков не выучено, музыкальных инструментов не освоено! Правильно?

А это, пожалуй, часть эксперимента и есть: карантин явно определил, что интересно и важно, а что так, мечты и шелуха. На самом деле, не очень-от и хотелось мне читать «Улисса» — не читал раньше, и не читаю я его во время трёхмесячного заключения. когда никаких дел кроме завтрака с кофе, кучуфлями и видом на заснеженные Анды нет.

Если в карантине не хватает времени на что-то важное, что всегда хотелось сделать — не очень-то и хотелось!

Картинка из статьи в Википедии

В итоге, после повторного заточения, пройдя почти все фазы по модели Кюблер-Росса, мы приняли карантин, как данность, смирились с обстоятельствами и тем, что гадать бесполезно, только время покажет, каков будет остаток этого года.

Не стану утверждать, что многонедельная медитация и mindfulness (не нашёл подходящего русского слова) даются легко: бывают очень смурные дни, но ни разу мы не подумали о необходимости эвакуироваться в бесспорно чудесненькую, уютненькую Новую Зеландию. Честно.

А вы на каком этапе находитесь нынче?

Ссылка на комментарии

Тест на старость и дроны Билла

Здесь в Сантьяго для того, чтоб поднять на ноги сонный мультимиллионный город субботним утром Билл Гейтс и его подземные дроны используют землетрясения магнитудой обязательно не меньше 5,2. Даёт заряд бодрости «Спасибо, что живой!» на весь день.

Вот уже с середины марта — 68 дней — мы толком никуда не ходим, сидим дома. Привыкли. И начало подзапаривать, если честно. Время пролетает стремительно. И конца и края тому не видно.

После активной недели бложения в Эброде я на пару недель перегорел писать о чём было то ни было. А зря. Пандемия, какой не было никогда, идёт, и личные ощущения сейчас получаются весьма необычные, сравнить не с чем, опыт печальный, но новый.

Мы очень привилегированно устроились: сидим в обогреваемом в экспатском пузыре на семнадцатом этаже. Сперва я описывал состояние карантина, как круиз «Титаник»: за окном красивые закаты, мы степенно плывём куда-то, люди из служб доставки приносят продукты консьержу, мы спортивно ходим за ними вниз-вверх по лестнице, чтобы не трогать кнопки в лифтах; можно гулять по палубе, кинишко смотреть, винишко попивать, созваниваться с обеспокоенными друзьями и родителями.

Ощущение того, что мы вот-вот доплывём и сойдём на берег ушло не сразу.

Круиз перестал быть томным приблизительно через месяц и трансформировался в норвежскую тюрьму: нам запретили играть с мячом на газоне перед домом; нас настойчиво попросили носить маски даже внутри здания; все устали, начали срываться друг на друге. Даже в службах доставки и выбора продуктов начали забивать на качество услуг и товаров. С учётом максимально ограниченных в условиях карантина и военного положения (“State of Catastrophe”) социальных контактов — все стали цепляться ко всем.

Одновременно с этим появилось ощущение товарищества, мол, мы все в одной лодке, всех душит неизвестность и бесит невозможность оценивать и планировать будущее.

Когда в нашем и паре соседних районов ослабили карантин: разрешили выходить и обожемойкакаяпрелесть! гулять по окрестностям — мы возрадовались. Появилось тёплое ламповое ощущение, что дела идут на поправку, и вот-вот всё наладится. Люди высыпали на улицы и в парки с собаками и детьми. Муниципальный апп, в который граждане обычно постят жалобы на шум или подозрительных типов, заполнился сообщениями от мелких бизнесов: «Мы открыты!» И мы с удовольствием вышли из дома и нагуляли больше ста километров по окрестностям, поддержали бизнесы своими песо с бесконтактных кредиток.

Все вертятся, как могут. Рестораны устраивают эксклюзивные меню и организовывают онлайн-заказы и доставку. Несколько дней подряд я наблюдал на парковке женщину с куриными яйцами в руках, только потом понял, что она фермер и приезжает их распродавать в бойком месте рядом с минимаркетом. Дала визитку, мол, доставляем домой, доставляем домой!

Магазины и общественные места ввели логичные и разумные правила и ограничения: больше пяти не собираться, держать дистанцию не меньше двух метров, пользоваться алкогольным гелем для рук на входе, обязательно носить маску — логичные правила. И мы, и все другие тоже, как мне казалось, их соблюдали!

За две недели облегчённого карантина очень быстро прошло ощущение, что всё катится в тартарары. А зря. Пока мы гуляли, 5,5 миллионов человек сидели по домам в других районах огромного Сантьяго.

Инкубационный период коронавируса от двух до десяти дней. Через десять дней после послаблений в нашем районе — количество заболевших стало расти. И всех снова закрыли.

Шаг вперёд и два шага назад. Мы снова заперты в квартире.

Звонки с друзьями стали меньше бодрящими и больше беспокойными. «Как у вас дела, сидите?» — уже не прикольный полуироничный вопрос, а банальность: всё равно, что соседа по тюремной камере спрашивать. Дебилу ясно, что сидим. Волна пандемии докатилась до самоотрицающей России и после повторного карантина в Сантьяго нам стало ясно — это надолго.

В начале я, помню, шутил, мол надо готовиться к сценарию, когда вакцины нет, вирус заразный, и любое послабление вызывает новый всплеск количества заболевших; и то, что сейчас воспринимается, как временная девиация, на самом деле — новая реальность: перманентный карантин не на недели, а на годы. Дошутился.

Прошло больше двух месяцев с тех пор, как мы ограничили общение с соплеменникам и заперлись в жилом комплексе. Возобновлённый карантин в Чили (закрытые школы, недоступные публичные места, давящее состояние неопределённости) конвертировался в состояние лёгкой депрессии и апатии. Неделя карантина второй свежести протекла, как липкий кисель по полу.

Только-только дела стали налаживаться: вон, Новая Зеландия и Австралия открываются понемногу, Европа перезапускается, а мы снова — взаперти. Нам, людям прямоходящим, нравятся предсказуемые истории со счастливыми концом. Наука при этом день за днём подтверждает, что реальность намного печальнее, чем наше искажённое о ней представление. Унылые люди, находящиеся в депрессии — гораздо больше реалисты, чем живущие в мире фей и фантазий оптимисты. Я человек не склонный к печалям, но тем не менее заметил, что новая реальность потихоньку проклёвывает скорлупу моей защитной оболочки.

Параллельно с этим в Чили возобновились реальные протесты с сожжение покрышек, дымными фотографиями и истериками на камеру для демократических западных изданий. Активировались и диванные бойцы: каждый вечер Твиттер пестрит хэштэгами, мол, президент — диктатор, долой! Я стараюсь оставаться в стороне от местной политики, которая есть сложнейший клубок нарушенных социальных связей и культурно-исторического багажа: там и Пиночет, и «old money», и коррупция, и колониализм, и иммиграционные проблемы, и развивающийся капитализм с его неравенством — столько всего намешано, что даже чилийцы максимально запутались. Очевидно одно — массовые народные собрания не помогают бороться с пандемией.

Отсутствие народного самосознания в борьбе с невидимым врагом расстраивает больше всего, пожалуй. Чем дольше мы сидим в карантине, тем тяжелее сидеть в карантине (нет денег, нет работы, нет уверенности в завтрашнем дне) и хочется кого-то винить, выходить на улицы и либоа назло бабушке отмораживать уши (заниматься своими делами в обычном режиме) или требовать демократическим путём изменений к лучшем. Парадокс лишь в том, что чем чаще и многочисленнее граждане игнорируют карантин и выходят на протесты — тем больше нужда этот самый карантин продлевать. Змея ест свой хвост. Глупая, измученная змея.

Проблема даже не в том, что можно заболеть и умереть от неизлечимого на текущий момент недуга, а в том, что нормализовать ситуацию и выйти из «состояния катастрофы» можно лишь одним путём — действовать всем вместе. Не разделяться на политические, расовые, экономические страты, не поддаваться органически присущему нам, людям, трайбализму, а объединяться против общего врага.

А пока — наше заключение перестало быть похоже на круиз, уже не сравнимо с норвежской тюрьмой, и превратилось в тестовый запуск старости.

Повышенная уязвимость, пониженная мобильность.

Представьте, что вам и вашим близким слегка за 80. Доктора запретили летать, попросили ограничивать общение с большим количеством людей, ибо иммунная система ваша ослаблена. Достигаторства от вас никто давно не ожидает. Спасибо, что живой. Вы растягиваете удовольствие от обычных бытовых дел: неторопливо заправляете постель, медленно и тщательно делаете уборку в квартире. Вы достали из кладовки старые хобби и занимаетесь, не напрягаясь, саморазвитием, может быть новый язык учите. Смотрите фильмы, ностальгируете; играете в игры, созваниваетесь с родственниками и такими же заключёнными в стенах домов престарелых престарелыми кхе-кхе друзьями. «Сидите?» — вы их спрашиваете. «Сидим, вот хлебушек печём», — отвечают они. И вы печёте. Год идёт за два: неторопливые дела размывают границы цикличности, но вам по-прежнему слегка за 80.

Для многих, кто устроился комфортно и сбалансированно, без ущерба для ментального и физического здоровья, забаррикадировался в этот переходный период:

Пандемия — это репетиция старости.

Посмотрим, как изменится восприятие через неделю. Не скрою, мы начали собираться задумываться о возможном отъезде из Чили, ибо всё идёт не по плану. Но куда? Пока неизвестно. Многое пока неизвестно.

Ссылка на комментарии

Дестигматайз скрин тайм! Карантин в Чили, день двадцатьхуйпоймикакой.

Здесь в Сантьяго загнули таки пандемическую экспоненту и перевели её в линейный рост. Каждый день вскрывается по 300-400 случаев, добавляется 5-8 смертей. Не ужас-ужас.

Мы по-прежнему сидим в полном карантине с военным положением. Это значит, что без разрешения на улицу не выйти, а после десяти вечера и с разрешением нельзя. Пропуски можно получать на сайте местного комиссариата, но нам ещё ни разу не приходилось. Город большой, работают службы доставки, их тут намного больше, чем в Окленде.

Здесь много тестируют, много выявляют, построили дополнительные больницы. Лососевые фермеры отдали свои био-лаборатории, и сейчас туда нанимают людей, чтобы тестировать ещё активнее. С понедельника карантин отменяется в нескольких районах. Например, в Vitacura, в котором были обнаружены одни из самых ранних случаев. Это от нас через дорогу. Надеемся, что в начале следующей недели — после месяца, проведённого взаперти — мы сможем под предлогом “нечего кушать” сходить в мини-маркет. Может быть.

В целом дома сидится ОК и так себе. Мы несколько раз в день гуляем вниз-вверх по пожарной лестнице с семнадцатого этажа на первый и обратно. Смотрим на закаты, просыпаем восходы. Я пью кофе и разговариваю с клиентами и сотрудниками по видеосвязи. Жена делает йогу. Ребёнку составили расписание и, чередуя полезное экранное время с вредным, развиваем его. Почти каждый день говорим со знакомыми и друзьями. В общем-то, как говорили классики, не могу вспомнить какие именно: «Человек ко всему привыкает и может вынести очень многое».

Каждый вечер, в девять часов, люди аплодируют с балконов врачам.

Наша не самая дешёвая частная школа для англоговорящих экспатов отказывается давать скидку за дистанционное недообразование, которое им пришлось в срочном порядке организовывать. Учителя стараются, мы с этим не спорим, записывают видео, придумывают программы, но кончается это дополнительной нагрузкой на нас, родителей, отчего остаётся меньше времени на зарабатывание денег для этой самой школы. Контрпродуктивная деятельность.

Школа пока ожидает полную оплату за апрель и обещает, что скидки можно будет обсудить, если карантин продолжится в мае. Мы уверены, что в нашем центральном, самом густонаселённом и плотно застроенном офисами районе Лас Кондес карантин не снимут ещё недель шесть. В этом же районе куча больниц, где борются с коронавирусом, куда свозят заражённых со всего города. Не думаю, что школы откроют в конце апреля.

Думаю, что больше половины маленьких бизнесов закроются совсем. В Окленде компания, у которой мы снимали офисное пространство для команды Карма объявила дефолт. Компания, у которой эта компания снимала — забрала деньги из нашего залога. Сотрудники работают из дома. Как они вернут свои и вещи и куда вывезут в условиях карантина офисный хлам — мы вот, владельцы небольшого бизнеса, должны как-то решать. Будем решать, деваться некуда.

Говоря о дистанционном образовании, эта тема волнует нас с женой и ребёнком неимоверно, я хотел затронуть тему вредного «экранного времени».

Книга. IBM PC для пользователя, Фигурнов В. Э., 1994 г.

С раннего детства я мечтал о компьютере и, когда, благодаря неимоверным усилиям родителей в начале лихих девяностых, заполучил первую ЭВМ, часы, дни и недели я проводил перед зелёным монохромным экраном. Потом подключал ПК Вектор-М к телевизору, смотрел в него. Учил, как управляться с MS DOS и Norton Commander по книгам Фигурнова, играл в Doom на отцовском рабочем ноутбуке Toshiba, писал одноклассницам курсовые по информатике и перепаянным самодельным нуль-кабелем соединял машины в подсобке УПК, чтобы погонять в Blood по сетке. Компьютер был моим любимым домашним животным; окном в мир знаний, развлечений и возможностью делать за минуты то, что у других занимает дни. Экранного времени у меня было много и очень много. Мама и бабушка вечно подкладывали баночки с сахарными витаминками «Черника-Форте», чтобы глаза не портились от экрана.

В университете компьютеры сразу подключились к интернету. Через telnet я подключался к институтскому серверу и в links искал музыку на Напстере и ему подобных, и качал хитрыми запросами wget крутейшие бутлеги Pearl Jam, бил их tar и gzip на порции по пятнадцать мегабайт, ибо таковы были наши маленькие студенческие квоты. Аська, ноунейм, блог Спектатора, Либ.ру, Масяня и Живой Журнал — это стало основой моей социальной системы в двадцатилетнем возрасте.

На компьютере же я и работал: программировал немного, рисовал текстуры, участвовал в разработке AA игры «Завтра война» по фантастической таксебе книге Зорича.

После пяти лет фрилансерства в Новосибирске, в 2004 году, с пудовым компьютерным блоком я улетел в Китай и поселился там почти на полгода в небольшом четырёхмиллионном городке Нанчанг. С ним же вернулся в Россию и с тем же системным блоком (ноутбуки были дорогие и слабые тогда) в 2006 улетел в Новую Зеландию.

Экранное время дало мне возможность получить знания, социализироваться, устроиться на работу и обрести самостоятельность и финансовую независимость.

С развитием технологий, экраны оказались повсюду. И стар, и млад подсаживаются на аддиктивные игры, сериалы, форумы, соцсети. Видео того, как какая-то человекообразная обезьяна врубилась интерфейс инстаграмма и давай там сториз наяривать не про умную обезьяну, а про примитивные триггеры, которые корпорации научились дёргать, чтобы люди впадали в гипнотический ступор и, как обезьяны, свайпали во все стороны.

Экранного времени стало много, как еды. Не всякая еда полезна, и очень легко испортить свои диетические привычки и здоровье. Появилась идея, что не всё экранное время одинаково полезно.

Взрослые обезьяны, падкие до светящихся поверхностей, приятных звуков и ярких меняющихся цветов, придумали мобильные экраны, приложения какие-то. Какие-то приложения назвали развивающими, какие-то «для умных», какие-то «для детей». До сих пор нет единого мнения — полезны все эти айпады для детского развития или нет? Никто не знает.

Я, как вы можете предположить, предвкушаю прогрессивное технобудущее, и в целом смотрю в экран оптимистично.

Школа во время карантина закрыта. Приятная, очень опытная и со всех сторон прекрасная британская преподавательница ежедневно записывает третьеклассникам материалы и изо всех сил старается донести суть. Предметы не сложные: дроби, каменный век, географические какие-то штуки. Не ТФКП, и не не интегралы с линейной геометрией.

Однако, полтора часа лекций про то, как устроены дроби — это для семилетнего ребёнка (да и взрослого, чего уж там) гораздо менее эффективно, чем интерактивная игра на айпаде с монстрами, очками и перерывами на мультики. За полчаса сын осилил те же дроби в MathTango.

Сегодняшний пост про то, что система очного образования ужасно устарела. Человечество уже справилось с задачей систематизации и складирования энциклопедической информации: Wikipedia и всё — не нужны ни Британика, ни Большая Советская Энциклопедия. То же должно произойти и с образованием.

Представьте, что есть такой универсальный проект, где добровольцы, учителя и эксперты в своих областях, наглядно и доступно в игровом формате предоставляют знания ребёнку, который просто играет в ролевую игру, побеждает монстров, отвечая на вопросы, решая задачи, читая книги. Он волен выбрать любое направление, любую ветвь, хочешь — книги читай, пиши эссе на тему, добровольцы или AI проверят, начислят очков, дадут экспы, повысят уровень. Заходи в Пещеру Программирования, изучай там кодинг в удобной игровой форме. Такое супер-образовательное-приложение может с годами становиться сложнее и насыщеннее, может автоматически балансировать сложность и подстраиваться под игрока. Там же можно будет искать друзей, мочить языком математических символов мега-боссов и злых духов. Для старшеклассников игра бы превращалась в мощную ролевуху подобную «Миру Варкрафта».

Огромный потенциал у такого продукта! Гигантские геймдев-студии вбухивают миллионы долларов и декады человекочасов в тупые и пустые истории вроде Rage 2 или того же Ведьмака. Игры развлекательные, но не образовательные. Столько сейчас сил вбухано разработку развлечений, которые тратят человеческие жизни впустую.

Посмотрел серию «Друзей» — переждал жизнь, на двадцать минут приблизился к смерти. Прошёл квест в Ведьмаке — отключился на часик, до занавеса осталось чуть меньше времени в сознании.

Было бы мега-круто построить такой увлекательный, полный контента образовательный игровой проект с привязкой к реальному миру. По итогу можно получать сертификаты, и готовить детей к профессиональному тестированию, дипломы выдавать или готовить к тестам официальных государственных служб. Так или иначе — выпускные, вступительные экзамены — формальности, которые лишь частично отражают уровень знаний отдельного индивидуума.

Если вы переживаете за социальные связи, клубы выпускников, alumni, вот это всё — там же в игре построится социальная сеть, появятся одногруппники, одноклассники, друзья по переписке, знакомые по квесту. С ними точно так же можно будет встречаться на районе (или по видео-связи!), чтобы выпить или любовно увлечься. Студенчество в голове же, не в общаге.

Миф о вредности экранного времени, конечно, нужно будет развенчать, прежде чем затевать стартап этот. Дестигматизацию провести, скажем так.

https://twitter.com/stas_kulesh/status/1247305101154357253

Сложно представить такой медиа-проект? Так и Wikipedia не за день строилась. Уже существуют подобные штуки, заточенные на иностранные языки (Duolingo), математику (Prodigy) и программирование (Tynker и Kodable), которыми мы в карантин отлично пользуемся:

Появляются и такие, что мыслят шире и дают общие знания вместе с точными науками. Khan Academy движется в этом направлении, и я очень рекомендую их приложение для детей.

Пандемия, карантин, социальное дистанцирование, экономический кризис, самоизоляция — появились стремительно. Такая встряска для общества сродни серьёзной болезни, после которой человек нередко задаётся большими вопросами и переосмысливает свои поведение и предназначение. Я хочу верить, что и с обществом произойдёт подобное. Пандемия сделает мир глобальнее и коренным образом поменяет многие индустрии. Будет круто, если одной из них станет — полноценное самообразование с помощью умных экранных помощников, созданных людьми для людей: все знания, на всех языках, для всех детей мира! Чо нет-то?

Ссылка на комментарии

«Новая формация! Работа из дома!» Ну, не совсем так.

Здесь в Сантьяго мы восемнадцатый день сидим в самоизоляции. Цифры по стране растут линейно, что знак хороший, но карантин всё равно решили продлить как минимум на неделю. В Чили активно пользуются опытом Южной Кореи — закрываются только наиболее заражённые районы. Остальные регионы оперируют почти в обычном режиме. Это сильно помогает с экономической и психологической точки зрения.

В полном карантине не совсем ужас-ужас. Нам, туристам, на самом деле, ходить никуда не нужно. С задержкой, но вполне себе работают службы доставки продуктов и даже некоторых вещей. Капучинатор (ручной вспениватель молока) приобрели намедни в одном из онлайн-моллов, например. Какая может быть жизнь без капучинатора, правильно? Пытка, а не жизнь.

Быт в какой-то мере наладился, и дни летят один за другим. Занятно, что именно от такого мы уехали из Новой Зеландии. И к тому же в точности приехали. Так сложились обстоятельства.

Быт стабилизировался, а вот с работой туго.

Мой личный опыт работы из дома — больше семнадцати лет. То, что сейчас называют «WFH» (working from home) и «remote work» — вообще не удалённая работа.

Я никогда не мог толком трудиться из чужого офиса по чужим правилам. Из почти двадцати лет трудового стажа — лишь три года я провёл в офисе и прочувствовал стандартные «с 9 до 6». С самого начала карьеры — фрилансил. То был весьма хаотичный период, и наверняка работничек я был отнюдь не идеальный: пропадал, сроки затягивал, сидел ночи напролёт, чтобы следующий день выпадал из жизни, но работа как-то делалась. Деньги получались не очень большие, но достаточные. Широты взгляда в материальном плане первые лет десять совершенно точно не хватало.

Когда мы с партнёром открыли свою контору в Новой Зеландии и начали строить бизнес, то долго сидели по домам: в спальнях, на диванах, в кладовках, гаражах каких-то. Уверен, наши флетмейты вообще не были ради такому раскладу. Некоторые до сих пор с нами не особо разговаривают. Это был непростой переходный период. Довольно быстро стало ясно — нужно специальное место для работы. Необходимо разделять рабочее, личное и семейные пространства. Спальня — чтобы спать. Кухонный стол — чтобы есть.

Потом у меня появился ребёнок. Времени и места для работы стало катастрофически не хватать. Благо, бизнес немного подрос, и мы смогли снимать отдельную закрытую комнату на этаже с подобными стартапами. Появился офис в центре, куда нужно было ездить в определённое время. К координате «место» добавился параметр «время»: для работы — нужно специальное время. Я понимаю, что для сотрудников наше «местовремя» всегда оставалось банально «офисом». Однако, здесь повествование от лица владельца компании, у которого всегда есть, что поделать, и, если не пытаться нащупать баланс, работа запросто идёт круглые сутки без выходных. Крыша едет от бесконечных решений и проблем. Таймбоксинг сильно помог найти баланс между семьёй, личным временем и работой. Джордан Питерсон не против.

Приблизительно пять лет назад мы, живя в Новой Зеландии, стали получать больше заказов из США. Из-за разницы во времени в восточным побережьем (Нью-Йорк) это означало, что в офисе я стал появляться в шесть утра. Звонки и личное общение заканчивалось часам к семи-восьми, и следующие несколько часов вплоть до обеда — я был предоставлен сам себе: сидел в отдельной комнате в наушничках, без отвлечений имел возможность сфокусироваться на работе и, самое главное, углубиться в суть.

Нахуя мне этот секс-то? Я вгрызаюсь в тело текста!

Псой Короленко

Для глубокого труда, о котором, видите, стихи слагают и книги пишут, нужны непрерывные блоки времени. К примеру, написание этого поста — это час без отвлечений. Так есть хоть какой-то шанс, что удастся передать мысль, выйдут из головы в печатный связный текст идеи, который то тут, то там, в беседах и чатиках, я таскал много дней. Итого: для плодотворной удалённой работы нужны непрерывные периоды для мысленной концентрации. Это не просто, и даже слово есть популярное в западном мире — «прокрастинация»: когда скачешь от задачи к задаче, день прошёл, а ничего толком и не сделано. Борьба с внутренней обезьяной и информационное обеззараживание головного пространства — знакомая всем и каждому проблема.

Так вот. Мы сидим дома. Вы сидите дома. Все сидят дома. Это, они говорят, мол, удалённая работа — это для всех, мы на пороге невероятного открытия, будущее уже здесь, говорят! А я говорю — это сраный цирк с конями: подобие работы. С тем же успехом можно назвать эффективным трудом фабрику по шитью передников в колонии, на поселении.

Как прошёл мой вчерашний рабочий день:

  • 10:00 Завтрак ребёнку, кофе первому взрослому, второй спит.
  • Уборка кухни, надо себя чем-то занять.
  • Общая уборка всего: заправить постель и прочее.
  • Удалённая работа (проверить почту, мелочи).
  • Математика и домашнее образование с моим семилетним сыном.
  • 12:00 Завтрак для взрослых. Ребёнок читает книги сам.
  • Программирование для семилетнего с папой, йога на балконе для мамы.
  • Приставка для ребёнка, свободное время для родителей — час удалённой работы.
  • Надо спуститься вниз с семнадцатого этажа по лестнице, привезли продукты. Подняться тоже надо.
  • Кто-то готовит еду. Не семилетний чаще всего.
  • 16:00 Обед
  • Звонки, работа, в Новой Зеландии команда просыпается.
  • Надо спуститься вниз, привезли что-то ещё.
  • Поднимаемся обратно на семнадцатый этаж.
  • Полчаса фортепиано для папы, ребёнок рисует с мамой.
  • Надо спуститься вниз, вынести мусор.
  • Прогулка вперёд-назад по парковке: пять раз туда-сюда — два километра
  • Поднимаемся обратно на семнадцатый этаж.
  • Готовим ужин.
  • 19:00 Ужин
  • Семилетний читает книги перед сном.
  • Начинается процесс укладывания — больше семи лет он занимает около часа. Каждый день. Иногда просто, иногда с боем.
  • 21:00 Ура! Спит! Очевидно, взрослые полны сил и готовы наброситься работу и углубиться в суть вещей.
  • Несколько рабочих звонков, много коммуникаций и другие отвлечения.
  • 12:00 Может быть вино и кино (серия «Друзей» на испанском считается).
  • Больше работы после полуночи. Голова варит плохо. Если пить кофе, сон говно.
  • 2:00 ночи: Сон для взрослых.

Как вам такая «работа из дома»? Это мираж, иллюзия, фантом, искажённая голограмма, если угодно — у такой удалённой работы нет места, нет времени, нет непрерывности — это фуфло, а не работа. По стечению всем нам известных обстоятельств в таком режиме работают миллиарды людей по всему миру. Им при этом — очень повезло, у них есть хоть такая работа. Другие проживают сбережения, если они есть. И всем тревожно весьма. Бедные и богатые — никто сегодня не имеет возможности планировать, никто не может спокойно работать из дома.

Настоящая «удалённая работа» — это прежде всего баланс. Это способность организовать свою сложную жизнь так, чтобы в ней осознанно, подконтрольно появилась возможность полноценно трудиться, развивать и поддерживать личные отношения, воспитывать детей, заботиться о родителях. «Удалённая работа» — это контроль. «Удалённая работа» — это ответственность, взрослость и способность управлять не только собой, но и ближайшим окружением. В офисе кто-то другой приходит в назначенное время и делает уборку, поливает цветы, дома вы сами организовываете свои рабочие пространство и время.

Разница между работой из дома, как её описывают менеджеры и реальностью такая же, как между прекрасной едой в рекламном ролике и той протёкшей пожамканной булкой, которую вам протянула безымянная рука из окошка фаст-фуд-ресторана.

«Работа из дома», которой сегодня поют дифирамбы — это образ жизни людей будущего. Мы не эти люди. Мы безвольные щепки в бурном потоке пандемии.

Давайте в это непростое время постараемся с пониманием относиться друг к другу — мы все в одной лодке, все люди, у всех неопределённость и переживания. Будем более человечнее обращаться с сотрудникам и коллегами. Пандемия когда-нибудь закончится, а отношения с близкими, друзьями и знакомыми испортятся навсегда. И помощи потом будет ждать неоткуда.

P.S.: Не стесняйтесь, делитесь тем, как проходят ваши карантинные дни. Буду удивлён, если они окажутся более упорядочены. Особенно, если у вас дети. Особенно, если больше одного — этот кошмар я вообще с трудом представляю.

Ссылка на комментарии