Пятнадцать дней взаперти

Здесь в Сантьяго мы сидим в самоизоляции с видом на горы чуть больше двух недель. Башня начинает понемногу подсвистывать. Реальность искажена и сюрреалистична. По вечерам люди аплодируют с балкона врачам. Коммерческие дроны в сопровождении полицейских машин пролетают по центральным улицам. Собаки лают, как сумасшедшие.

Консьерж, который ещё работает, подсунул под дверь рукописную записку, мол, уборщики уже перестали приходить, поэтому по пятницам теперь ваша квартира моет полы на этаже и выносит мусор.

С середины марта школы закрыты, дети сидят дома. Наша школа прислала письмо: была описана сложная ситуация их стартапа, который как бы на самом деле комьюнити, и они — это мы, и мы — это они, и все в одной лодке, все всех уважают и благодарным все всем очень, поэтому стоимость обучения не будет сокращена. Сразу видно, что они это не мы, потому что они на какой-то своей планере, где вируса нет, и экономический кризис не начался. Мы и другие родители не до конца согласны с их точкой зрения.

Туда-сюда плавают предсказания: карантин закончится то в конце апреля, то в июне, то в сентябре. И эта неопределённость — больше всего мешает спать.

Я по-прежнему верю, что люди, как самые хитрожопые обезьяны на этой планете, очень быстро привыкнут к новой реальности и адаптируются к ней. Уже кажется странным, когда в кино здороваются за руки, сбиваются в группы больше двух, прикасаются к незнакомым людям и их предметам.

Все привыкли выпивать под зумчик и вместе смотреть пандемическое кинишко. Уверен, из последнего родится прям стабильный самодостаточный жанр.

Первый вопрос во время звонка другу: «Вы давно дома сидите? Мы уже две недели! 👀»

Рунет спустя полторы недели смехуёчков наконец-то постепенно начинает осознавать серьёзность ситуации. Коронавирус добрался до второго круга (знакомые знакомых уже больны), и стал намного более реальным. Для сотен людей, лежащих с трубками в реанимации или с ожиданием реанимации и диагнозом «атипичной пневмонией» — очень реальным. Многие стали понимать, что есть государство, и есть общество, и есть близкий круг друзей, и есть лично они сами — и никто кроме них самих о них не позаботится.

Взрослые дети по всему миру объясняют родителям, что нужно сидеть дома. Опускаются руки у многих объясняющих от тщетности их потуг — бумеры хотят гулять и ходить самостоятельно в магазины! Миллениалы учат Gen Z, что это, блядь, не «просто грипп», и кроме того, что, сходив на молодёжную вечернику, ты не только заразил других, но и возможно себе заполучил необратимые травмы лёгких. Переболел, живи, не кашляй! Один из четырёх молодых-горячих-переболевших будет покашливать и жить остаток жизни с лёгкой лёгочной недостаточностью.

Мы собрали мозаику из 1500 кусочков. Мы собрали цеппелин ROKR (рекомендую, кстати). Я научился играть пару вещей Баха. Жена испекла торт Наполеон. Сын прочитал три десятка книг на Киндле.

Не знаю, заметили ли вы, но коронавирус, и лавина околовирусной информации, начинает конкретно подзаколёбывать. Второй день живу со включенным фильтром в твиттере @stas_kulesh. Данных и графиков по этой теме стало так много, что пропустить что-то по-настоящему важное ну совсем невозможно. Добавил около двух десятков слов на русском и английском («карантин», «коронавирус», «self-isolation», «lockdown», «covid-19», и другие) — и лента приобрела здоровый вид: твиттер снова стал прикольным и интересным.

Всеобщее состояние тревожности и неопределённость стали нормой. Бизнесы шлют всевозможные специальные акции, и изо всех щелей только один ковид и лезет по итогу. От этого немного депрессия, но в целом — будем жить!

Где лучше переживать пандемию?

Здесь в Сантьяго — мы застряли. С прошлой пятницы нарастает скорость развития событий вокруг вируса в мире, в Латинской Америке, в Чили, в Сантьяго и в нашем очень зыбком и свежеобразовавшемся круге, кружке даже, знакомств.

Около месяца назад мы прилетели в Чили. Чуть больше недели назад мы с группой слетевшихся со всего мира экспатов катались на винный фестиваль, и болтались там среди толпы, сидели на траве, обнимались, целовались при прощании. В прошлую пятницу нас пригласили на вечеринку в русско-украино-чилийскую компанию выпить вина, поесть и поболтать. В воскресенье мы с чешско-чилийской семьей гуляли по парку и собирали каштаны.

Парк тот уже закрыт для посещений, а в кондоминиуму, где мы пили вино, двадцатипятилетнюю девушку диагностировали Covid-19. Мы может в её любимом лифте кнопки нажимали пока к друзьям поднимались.

Covid-19 оказался гораздо ближе, чем мы думали.

В соседнем районе от маленькой частной школы, куда ходит наш сын, было зарегистрировано четыре случая заболевания коронавирусом, в другой частной школе: родители вернулись из Европы и опы. В понедельник наша маленькая частная школа закрылась, выполняя рекомендации муниципальных (не государственных!) властей.

Нынешнюю чилийскую власть принято ругать, мол, бесхребетные пустомели: ничего толком решить не могут, и всем наплевать на их указы и положения. И правда, первые активные контрпандемические действия организовали муниципалитеты. Они объявили о закрытии крупных торговых центов в своих районах, парков, рекомендовали школам закрыться, затеяли по ночам мыть антисептиками автобусные остановки и салоны общественного транспорта. В городе болтается около семи миллионов человек. Сантьяго — большой город.

Лас Кондес, Сантьяго

Во понедельник жена получила письмо, мол, Университет Чили тоже закрывается на две недели до лучших времён.

Позавчера Новозеландский МИД прислал нам несколько предупреждений, одно за другим: скоро закроют границу на въезд и может быть на выезд, поэтому, уважаемые граждане Новой Зеландии, свяжитесь скорее с авиалиниями, хватайте скорее билеты и летите скорее домой. Дома нам обещали карантин в случае симптомов коронавируса (одышка, температура, сухой кашель) и бесплатную привычную нам медицину.

Страна Чили закрыла свои границы вчера ночью.

Про революцию в Чили — две недели назад тут жгли библиотеки, станции метро, покрышки, мусор на улицах и разрисовывали баллончиками памятники — все забыли.

Сегодня днём мы получили новое письмо от государственной службы SafeTravel: COVID-19: Chile: Border measures and State of Catastrophe imposed.

Если вкратце, то ура! — выпускать пока выпускают. Но завтра страна президент объявит о том, что в Чили официально Катастрофическое состояние, и авиарейсов станет ещё меньше. Такое специальное положение позволит вводить карантин по всей стране и пользоваться военными силами, если нужно. Нам, гостям этой чудесной страны в это ебаное, чего скрывать, время, новозеландская государственная служба помощи соотечественникам за рубежом рекомендовала с военными и полицией не спорить: выполнять правила и спасаться кто как может.

Такие письма получаем, разумеется, не только мы, но и многие другие новозеландские путешественники по всему свету. Оттого вопрос «где лучше переживать пандемию?» не уникален.

Неопределённость душит, почти как сам коронавирус.

Знакомая семья возвращается в Новую Зеландию из Силиконовой долины. Знакомый художник с семьёй заперся в относительной глухой деревне, отменил все свои поездки в Европу и выставки по миру. Знакомые в Италии с тремя детьми в квартире уже больше недели, вечерами выходят побегать. Знакомые в Германии не могут попасть домой, потому что границы Дании закрыты, и самолёты больше не летают. Знакомые в Австралии достроили дом и с удовольствием в нём закроются — ну, только за стройматериалами будут, конечно, ездить!

У каждого свои аргументы, свои факты, веры, недоверия и заблуждения. Как быть лично нам? Интернет кричит COVID-19! Родственники переживают. Билеты в Буэнос-Айрес уже явно сгорели. Хозяин этой AirBnB квартиры переживает, что бизнес накроется, люди всё отменяют.

Визы у нас туристические, квартира съёмная, не всюду карточки наши кредитные принимают, ни льгот, ни бесплатной медицины, ни языка испанского…

С другой стороны, у нас есть какой-никакой пассивный доход от продукта, который будет скорее всего расти, ибо был создан для распределённых команд. Нам не надо ездить на метро и ходить на работу. Мы и без военного положения собирались жить в Сантьяго не меньше трёх месяцев. Визу туристическую можно продлить, да и, мы почти уверены, никаких нам штрафов не будет за нарушение визовых условий. Жить в Новой Зеландии будет негде (дом сдан до февраля) и заметно дороже. Круг общения там заметно шире, что в контексте пандемии, не плюс. Здесь есть терраса на крыше двадцатиэтажного дома, где можно по-тюремному бегать, если карантин. Там же есть бассейн, внизу ворота, консьерж, многослойная защита от случайных встреч. Медицинская система там меньше и, если окажется перегружена, то в очереди будем стоять как все. В Чили — пойдём в платную клинику за не очень большие деньги. Здесь приключение «Год в Чили» продолжается, а там, в Окленде, старое болото, откуда мы два года пытались вырваться.

Взвесив все за и против, мы решили остаться в Чили.

Сидим дома. Частная школа присылает уроки на каждый день, любимая учительница записывает видео. Ребёнок читает электронные книги. На каждый день мы составили расписание, которое — день второй! — пока соблюдается. Мама рисует спиртовыми фломастерами и смотрит по вечерам Narcos. Папа играет на цифровом фортепиано и работает ночами. Друзья и близкие звонят по видео-связи. Так будем жить.

Наблюдаю за людьми с высоты семнадцатого этажа — автобусы полупустые ходят, машин стало меньше, из десяти прохожих  — двое в защитных масках. Смога стало меньше.

Саньтяго, Чили

Из твиттера и официальных писем SafeTravel узнаю о новостях. Слежу за цифрами здесь и вам рекомендую.

Держу в курсе.
Ваше ебало ослиное.