Чарльз Дарвин и Новая Зеландия

b05050pr

Здесь в Окленде минутка истории. Новая Зеландия известна не только результатами успешной дефорестации человеческого производства, так называемыми лугами, но и уникальной природой. Последняя много миллионов лет развивалась независимо от других частей света: так вышло, что на достаточно большом куске земли растения и животные шли своим эволюционным путём.

Пока Европа в стиле киноленты «Трудно быть богом» Германа вымирала от бубонной чумы, на новозеландских островах маори доедали самых крупных на тот момент в мире нелетающих птиц — Моа. Отчего автоматически, буквально за несколько десятков лет, закончили своё эволюционное развитие самые крупные в мире хищные птицы — гигантские орлы Хааста. В общем жутко интересно тут было и есть с точки зрения флоры и фауны.

По сей день в Кэмбридже выставляется засушенный красный морской петух, привезённый в Англию тем самым Чарльзом Дарвином из Новой Зеландии, где он побывал во время своего легендарного путешествия на борту Бигеля.

Молодой учёный провёл в солнечной Новой Зеландии рождественский сезон 1835 года, на севере Северного острова в районе Bay of Islands, рядом с поселениями Паихия (Paihia) и Рассел (Russel). Окунулся, по его описанию, в мир «каннибализма, убийств и ужасающих преступлений». Стоит ли говорить, что заказать еду по интернету, заплатив за неё бесконтактной кредитной картой со смартфона, сидя в бесшумной электричке с бесплатным wi-fi, было нельзя. Времена были попроще.

Чарльз залез в пещеры, посетил жилище миссионеров. Кроме морского петуха заспиртовал речного угря, пойманного в водах реки Уайтанги (Waitangi) и описал рыбину «olive rock». Собрал немного камней, насекомых, гекконов и растений. Особенный интерес (если из этого можно выделить что-то необычное) привлёк минерал нефрит (greenstone), найденный на прогулке. Дарвину было 26 лет.

Повлияло ли знакомство с уникальной новозеландской природой на процесс создания magnum opus о происхождении видов? Если честно, не очень.

Когда в конце декабря пошли дожди, Чарльз написал сестре Каролине:

Я разочарован Новой Зеландией, как страной, так и её жителями. В сравнении с таитянами местные — сущие дикари.

После прогулки вглубь острова он записал в журнале:

Всё однообразно покрыто папоротником. Окружающая природа, невзирая на зелёный цвет, имеет вид весьма опустошённый. Такое количество папоротников наводит на мысль о недружелюбной человеку стерильности.

По поводу тогдашней столицы Новой Зеландии, небольшого городка Рассел, достаточно живого рыбацко-китобойно-торгового поселения в устье реки, он высказался коротко:

Эта небольшая деревня — оплот беззакония и аморальности.

А англоговорящих жителей описал не иначе как «пропащие беглые каторжники».

Как можно представить, Чарльзу Дарвину здесь вообще не понравилось. Тридцатого декабря 1835 года, покидая Новую Зеландию, он записал в дневнике:

Я полагаю, мы все были рады покинуть Новую Зеландию. Это неприятное место. В аборигенах напрочь отсутствует очаровательная простота, которую мы видели на Таити, а подавляющее большинство англичан — самые, что ни на есть отбросы общества. Да и сама страна непривлекательна. Я смотрю назад и вижу единственное светлое пятно — христианская миссия Уаимате и его жители.

Здесь и раньше было худо, а нынче совсем не очень — #здесьмогилутынайдёшь.

Источник информации. Изображение принадлежит национальной медицинской библиотеке США.

Горячая новость номер один!

nz_waiheke_IMG_8793-Edit copy-1600

Как вы думаете, с чего здесь в Окленде, начинаются новости? Нет, не стадо овец было украдено у фермера, и не кольцо у Голлума. Сегодня по всем каналам в первую очередь прошёл сюжет о небывалом случае чиновничьего беспредела.

В прошлую субботу — меньше недели прошло — депутат партии ‘National’ Аарон Гилмор (Aaron Gilmore) отдыхал в хорошем отеле Хэритэдж (Heritage Hotel) на горячих источниках городка Ханмер Спрингс (Hanmer Springs): выпил, закусил, как водится. В какой-то момент официант, глядя на уже сильно пьяного гостя, вежливо отказался налить очередной бокал. Законом запрещено продавать алкогольные напитки сильно выпившим посетителям питейных заведений. Депутат послал официанта нахер, обозвал «головохуем» и пригрозил задействовать связи с премьер-министром Джоном Ки (John Key) для увольнения работника.

— Ты чо, головохуй, не знаешь, кто я? Я важный политик! — сказал пьяный в драбадан Аарон, указывая пальцем на свою визитку.

Нехорошо.

За прошедшую рабочую неделю «важному политику» пришлось не раз принести свои извинения за бескультурное поведение. Уж и так, и эдак он вертелся, мол, не так его слова интерпретировали. Тем не менее служащие отеля так не считают. По телевизору показывают простые англосанконские лица новозеландских официанток: «Мы с уважением относимся к своим клиентам, и того же ожидаем с их стороны».

Все эксперты и коллеги по депутатскому цеху пророчат скорую отставку Аарона и исключение из партии. Вот так вот.

Обновление от 12 мая: сегодня Аарон ушёл в оставку

Я уже не раз писал о том, что здесь с коррупцией и демократией совсем не так, как в России. Сегодняшний случай — очередное тому подтверждение. Ну, по крайней мере для меня. Вы судите сами.