Воспоминания моей крёстной, Эрны Петровны Лакстигал (фрагменты)

Биография

Биография Эрны Петровны Лакстигал довольно проста. Родилась в 1926 году в семье сельского латышского учителя. В 1942 году окончив среднюю школу и прослушав трехмесячные учительские курсы, была направлена учителем начальных классов в русско-латышское поселение на дальневосточной земле Амуро-Балтийск, а позже – учителем русского языка и литературы в Зею Амурской области, в среднюю школу им. Фрунзе.

Читать далее Воспоминания моей крёстной, Эрны Петровны Лакстигал (фрагменты)

Изохронические дистанции

Изохронические дистанции

Здесь в Окленде, в далёком 1914 году почту из Европы ждали меньше, чем в бандитском Сиднее, если доверять карте, созданной известным картографом Джоном Бартоломью (John G. Bartholomew). Изохронические области отмечены цветами и показывают достижимость той или иной точки земного шара из Лондона. Сегодня, как показали незнакомые мне австралийские ребята из Rome2Rio, техника шагнула далеко вперёд и временная шкала сжалась больше, чем в двадцать пять раз: то, что раньше занимало сорок дней, теперь полтора. Истоки занимательной инфографики, так сказать.

Всякий свежепонаехавший делится ужасными подробностями своего заватывающего приключения под названием «Как я летел в Новую Зеландию»: как опаздывал на самолёт, как потерялся в гигантском аэропорту, как забыл багаж в транзите, как проспал на кресле стыковочный рейс, как в Москве застрял в пробке и как его вызывали по громкой связи. Ну, кошмар, ужас ведь! Радует лишь, что конец у истории счастливый.

Так да не так. Как известно, это крохотный кусок длинного пути под названием «иммиграция», и по «Правилу шести Ф» (пост с легкозапоминаемой ссылкой) самое сложное впереди.

Я с некоторых пор привожу этот пример своим свежеразмножившимся знакомым, многие из которых спешат поделиться деталями родов: подождите, говорю, день рождения ребёнка — прекрасный день, это эмоциональное начало длинного, очень длинного пути.

Они за вами следят

Репортаж__Радиоактивная_пыль

Дети играют в кладбище на одном из песчаных пляжей острова. Из-за многочисленных болезней уровень смертности на острове Эбейе — один из самых высоких в Республике Маршалловы Острова. Фото: Vlad Sokhin/Panos Pictures для «РР»

Здесь в Окленде я как-то встречался с фотографом Владом Сохиным. Нашлось много общих тем, и через несколько прогулок по городу мы как-то сдружились. Во время недавнего посещения он поделился со мной весьма странной историей (одной из многочисленных).

Вводная: Влад полетел на весьма удалённый атолл Кваджалейн, бывший когда-то местом для ядерных испытаний, чтобы рассказать о жизни тамошних аборигенов. Плохо живут там люди, чего уж там — почитайте статью в Русском репортёре. Однако, мы обсуждали не радиоактивную пыль, а более приближённые к цифровому миру явления. Если вкратце — они могут проникнуть в ваш iPhone извне — компания Apple продала секретные коды доступа к задней двери вашего смартфона американским военным.

— У военных есть технология, позволяющая каким-то образом получать доступ в твой телефон и видоизменять информацию на снимках с базы. Я не знаю, как они это делают.

Это звучало странно, но, вернувшись в отель, я проверил свои снимки Кваджалейна, сделанные с самолета, и убедился, что Джон прав. Я не смог увеличить эти кадры, а запечатленный на них остров оказался смазан. Открыв симки в фоторедакторе на компьютере, я обнаружил, что все фотографии были пересохранены на мой же телефон в уменьшенном виде, причем внутренние технические данные о камере были удалены. По времени сохранения фотографий я понял, что это было сделано, пока я сидел в паромном терминале базы и ждал катера. Занятно, что тогда я был вне сети мобильной связи и вне интернета. Для меня до сих пор остается загадкой, как это возможно.

Вообще Влад сперва предположил, что их в процессе съёмки перехватили и пережали — антеннами, мол, наводят какие-то поля вокруг базы. Сие крайне маловероятно ибо весьма ресурсо- и энергозатратно. До тех пор пока мы не восстановили цепочку событий — самолёт, зал ожидания, прогулка, паром — моя проме версия была такая, что в камеросодержащей продукции компании Apple вшиты несколько тысяч GPS-локаций специальных объектов, и во время съёмки фотоаппарат в принципе не позволяет сохранить JPG, защищая тем самым своих американских хозяев.

Я бы посчитал всю эту информацию иллюзиями весьма усталого от перелётов некомпьютерщика-фотографа, если бы не получил возможность рассмотреть файлы своими глазами, что с ними не так?

Действительно, то, что было полноразмерными JPG с полноценной EXIF информацией, включающей дату создания, геолокацию и прочие обычные параметры цифрового снимка, стало вычищенным PNG размером 320×640. При беглом просмотре фотографий в стандартном iPhone-приложении PNG абсолютно никак не выделяются — разве что чуть-чуть размыто выглядят, ибо их размер ровно в 2 раза меньше разрешения Retina-экрана.

При сортировке картинок по дате, дефектные снимки расположены после кадров, на которых нет военной базы — то есть, как и пишет Влад, их пересохранили демоны, пока тот сидел в зале ожидания.

Немаловажный факт — снимки в полноформатной профессиональной камере Canon, конечно, никаким образом не оказались затронуты. Canon своих не сдаёт. Чего нельзя сказать об Apple.

Ваши версии, конечно, приветствуются.

Вместо эпилога. Вот такая у Влада служба: она опасна и трудна. Сегодня у него день рождения, если хотите понять, чем занимается тру фотограф-фрилансер в дебрях Папуа-Новой Гвинеи, на радоактивных атоллах или в лагерях австралицских беженцев — подписывайтесь на instagram.com/lens_pacific и его личный instagram.com/vladsokhin, автору будет приятно.

Хоть кол на голове теши

2014-10-22 08.23.27-1

Здесь в Окленде мы поболтали с одним новосибирско-финским знакомым. Вынесу из межгороднего телефонного разговора одно наблюдение.

Вроде удалось вербализовать то, что мне казалось противоестественным в стартап-сцене.

Будучи стартапером, который хочет как Цукенберг улучшить мир (ну и денег заработать), ты обязан глубоко и искренне верить в свою идею. Верить так сильно, чтоб другие за тобой шли и, терпеть не могу этот термин, «ангелы» верили, деньги вкладывали. Сомневаться можно дома в дождливый день после бутылки депресанта вроде вина, но на публике — никогда, ни в коем случае.

При этом, безусловно, и ты, и инвесторы и братья-стартаперы все прекрасно осознают — риск огромный: хорошо, если один из десяти проектов идёт в рост. Убеждая кого-то участвовать в скорее всего провальном проекте, никак не обойтись без лжи и недомолвок.

В этом месте вера становится догматической и, как мне кажется, начинается иррациональное, нечто очень противоестественное для моего внутреннего восприятия.

Во время посещений публичных мероприятий, посвящённых бизнес-идеям, стартапам и подобного рода рискованным инвестициям мне с первых дней не давало покоя витающее над тусовкой ощущение уныния. Возможно, причина в том, что этот круг энергичных молодых и не очень людей с идеями состоит из, если следовать логике Иммануила Канта, нерациональных = аморальных индивидуумов, которые вынуждены врать не только себе, но и себе подобным. Причём обе стороны это прекрасно понимают и используют блеф с многократным вложением, тем самым лишь накручивая аморальные обороты. Сие печально.

Каков выход? Как обычно — я за гибридное, сбалансированное решение. Сперва строить устойчивый, в меру успешный бизнес, не гнаться за сверхприбылями, не искать алхимические знаки, быть реалистом, а не чайкой Ливингстон, в которую верят только те, кто застрял в одиннадцатом классе. А уж после думать о весёленьких игрушках-стартапах. Более того, поправьте, если ошибаюсь, так многие «ангелы» и образовались.

Напоследок отмечу, что быть опытным «ангелом» гораздо интереснее, чем стартапером с ортодосальным клином в голове и голодными глазами. И для семейного бюджета, пожалуй, менее напряжно.

Мüнстерская истерия, часть 6

001

Начало истории ищите здесь: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5.

Что делать? Пророк погиб. Осада продолжается. Помощь не придёт. Ждать воскрешения или второго пришествия?

В тот же вечер в окне дома городского консула, избранного правителя Бернарда Ниппердоллинга загорелся свет. Вскоре эмоциональной публике предстали три фигуры в белом: молодая вдова Яна Матиса, юный Ян Лейденский и хозяин дома, Бернард Ниппердоллинг. Ян Лейденский провозгласил, что смерть пророка была предрешена, и это есть часть большого, ведомого лишь ему плана. Смерть Матису была наказанием за попытку преуменьшить мощь господа, присвоив себе неотвратимый разгром войск принца-епископа. Если б положение вещей было иное, пророк победил бы, чего, как все видели, не случилось. Значит таков был план. Логично, чо. После этого новый Ян рассказал о сне, увиденном из незадолго до гибели пророка. В ночном видении он был на поле боя, и лицезрел пронзенного копьём Матиса, и солдат, содеявший это, повернулся к Яну Лейденскому и молвил: «Не отступайте от своего священного пути. Ян Матис получил то, что заслуживает за гордыню свою. Продложайте дело божье и воздастся вам. А также возьми в жёны его вдову». Так и сказал солдат во сне. Толпа стояла ошарашенная: то ли наглостью, то ли ложью. Ян заполнил паузу рассказом о том, как он тоже был в шоке от видения, настолько, что не мог набраться смелости обсудить сон с кем бы то ни было. Кроме Бернарда Ниппердоллинга, с которым Ян поделился сокровенным. Уважаемый, законно избранный в горсовет консул Бернард тотчас подтвердил слова молодого человека. Железная логика. Перед, прямо скажем, обеспокоенной сложившейся ситуацией толпой стоял выбор: верить или гнать в шею? Так родился новый пророк. Не такой сумасшедший, но гораздо более радикальный.

Искренность заявлений и поступков Яна Лейденского по сей день вызывает сомнения у многих историков. Буквально на следующий день после явления народу с балкона жители Мюнстера были отвлечены от приготовлений к Концу света дикими воплями. Свежеиспечённый пророк носился по улицам абсолютно голый и изо всех сил принимал божественные откровения и ретранслировал их. Я порой стараюсь поставить себя на место мюнстерского обывателя. Наверное, сложно, будучи разумным человеком, способным участвовать в нетрививальной социально-бытовой схеме повседнедневности представит, что кто-то зайдёт так далеко, прикидываясь посредником между Землёй и Небом, неужели он не боится кары господней? Мы все видели, что стало с предыдущим носителем высших знаний. Может действительно этот Ян из Лейдена настоящий святой?

Так или иначе театральные постановки и перфомансы позволили Яну установить новый порядок. Бог сказал, что горсовет стоит разогнать, и вернуться к проверенному Библией способу самоуправления, во главе которого лежит принцип дюжины старейшин — так написано в Ветхом завете. Кроме этого Бог назвал каждого из дюжины по имени. Естественно, в список попали люди, верующие не только в Бога, но и в Яна. Справедливости ради стоит заметить, что Бернард Ниппердоллинг, представитель старого горсовета, в совет старейшин не попал. Для него, как одного из самых ярых приверженцев, была создана позиция Главного палача. По его части работы был завал. Ведь с обращением к Ветхому завету, как единственно верному источнику морали, закона и государственного устройства вообще, в жизнь горожан вошли многие неприятные правила.

Одна из особенностей людей, склонных к религиозным верованиям — фактическая избирательность. Неугодное и неудобное отходит на второй план, на первый выводится то, что приятно и чаще всего выгодно с точки зрения популярности, комфорта и(или) с финансовой стороны. Простейшим примером послужит тот факт, что Библия учит: иметь рабов хорошо. Мы все знаем, что это прекрасно, только рабам не очень. Оттого нынче принято рабовладельчество считать негуманным и в общем и целом отсталым явлением с точки зрения развития морали и человечества в целом. Если вы спросите любого верующего в Христа и его родителя, почему христианин одобряет рабство, скорее всего услышите некий обтекаемый, удобный, отнюдь не связанный с прямыми указаниями священной книги ответ. «Здесь играй, здесь не играй, здесь селёдку заворачивали» получается.

Вернёмся, однако, к Яну Лейденскому, бывшей жене Яна Матиса и их другу Главному городскому палачу Бернадру Ниппердоллингу. Ветхий завет, божественное откровение всезнающего, всемогущего, вездесущего существа, стал настольным пособием судотворческой системы Мюнстера. Краткий список поступков, за которые любящий бог рекомендует использовать смертную казнь, на всякий случай:

  • Невнимательно слушал священника;
  • Был гомосексуалистом;
  • Предсказывал будущее, гадал на удачу;
  • Ударил отца;
  • Прелюбодействовал;
  • Имел половые сношения вне брака;
  • Если женщина сплетничала или не подчинялся воле родителей или мужа.
  • Следовал иным религиям или не верил вообще.
  • Если в свадебную ночь выясняется, что невеста не девственница — положено умертвить. На всякий случай.
  • Богохульство карается смертью.
  • Был слишком любознательный.
  • Грешников, их детей и пожилых родителей желательно убить. Матерей изнасиловать и тоже от греха подальше придушить.

Очень непросто остаться в живых, оказавшись в такой жёсткой схеме, где шаг в сторону — смерть. Молодой Ян с поразительной скоростью создал воистину тоталитарную коммуну. Имея возможность напрямую общаться с богом, Ян смог задавать вопросы без посредников. Если пророку нужно было избавиться от помехи, достаточно включить внутреннюю рацию, получить сообщение свыше и отдать приказ фанатичным последователям.

Двери было приказано держать открытыми всегда. Дети стучали на родителей, имущество богатых и бедных стало общим и было использовано в целях секты. Военный коммунизм версии 1534 года. Металлические инструменты, столовые принадлежности, статуи — всё это было переплавлено в пушечные ядра. Всё для фронта.

Продолжение следует

Следующая часть »

Часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5.

Мüнстерская истерия, часть 5

bundschuhfahne_holzschnitt_1539_petrarcas_trostspiegel

Начало истории ищите здесь: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4.

Ян, устроивший представление на городской площади, повлекшее за собой легализацию анабаптизма, занял уникальную позицию в городском совете — пророк с безграничной властью. Кроме актёрской внешности он обладал талантом чрезвычайно правдоподобно, что бы сие не означало, изображать общение с высшими силами. Всех несогласных он осыпал проклятьями и предрекал скорые несчастья. Последние не заставляли себя долго ждать: фанатичные приверженцы расправлялись с неугодными в мгновение ока.

Городской кузнец Губерт как-то позволил себе публично усомниться в искренности намерений и помыслов новых пророков, указав на финансовую составляющую мюнстерского мероприятия. В тот же день Ян Матис, собрав всех на городской площади, объявил о том, что кузнец оказался подвержен дьявольским проискам тёмной стороны силы и должен быть немедленно наказан с помощью умерщвления. Губерт был не простой служка, но довольно известная личность. Представители по прежнему легитимных властей попытались остановить Матиса, мол, нельзя же без суда и следствия человека казнить, да и судить должен не обвиняющий, но нейтральная сторона, власть, закон, порядок. Представителей в ту же секунду схватили и утащили с глаз долой. Второй Ян, Ян Лейденский, выскочил из толпы и вонзил копьё закованному в цепи кузнецу. После короткой пафосной речи Ян, пророк и прочие с ужасом осознали, что кузнец по прежнему жив. Ян Лейденский зарядил пистолет и выстрелил Губерту в голову. И снова, израненный, но не умерщвлённый, окровавленный кузнец лежал перед жителями Мюнстера. Жуткое должно быть зрелище. Пророк и компания удалились, кузнеца забрали с площади, отнесли к кому-то домой, и через 8 дней он скончался. Городские жители поняли с необратимой однозначностью — судьба их жизней и Мюнстера в руках Янов.

Если не принимать во внимание установившуюся диктатуру Яна Матиса и его, как нынче модно говорить, хунты, то в остальном жизнь в городе не была уж столь мрачной. Анабаптизм, как религия, подразумевает, что мирской жизни стоит радоваться, предаваясь доступным бренному человеку радостям: еде, выпивке, сексу и всему, что душе угодное, верховодный отец не против — так написано в Библии, Ян подтвердил. К тому же Конец света необратим, времени осталось не очень много, почему бы не провести его с толком? Город осаждён — не беда! Анабаптисты, многие тысячи вынужденных скрываться от официальной церкви людей, со всех концов Европы вот-вот придут на помощь. Закрома полны, и монашенки вожделеют.

Только принц-епископ разумеется сообщил куда нужно, и раздробленные повстанческие армии были перехвачены и в основном уничтожены. «Подмога не пришла, подкрепленье не прислали». Новость эта жителям осаждённого города недоступна, однако Ян Матису становится известно о разгроме групп помощи. Последующие события подталкивают меня к выводу, что Ян искренне верил в то, что он пророк того самого главного бога, и никак иначе. Абсолютно сумасшедший человек.

Осаждённый город, как я написал чуть выше, не унывал. На церемонии бракосочетания Яну Матису было видение. Бернард, Ян Лейденский и особо приближённые разъяснили наблюдавшим подобие эпилептического припадка и разговора с невидимым собеседником, что высшие силы предрекли скорое освобождение из-под осады; пророку стоит взять с собой несколько десятков человек и подобно Давиду, поразившему Голиафа, разбить армию принца-епископа, открыть город для всех страждущих анабаптистов измождённой Европы, и всех в общем-то спасти. Так победим.

Немного заполдень пятого апреля 1534 года ворота окружённого многотысячной армией Франца Мюнстера открылись и Ян Матис на белом коне, с флагом, в окружении дюжины воинов направился к лагерю противника. На пророка смотрели несколько десятков пушек, сотни мушкетов и тысячи изумлённых глаз. Немаловажный нюанс — наличие пушек в городе и в армии принца-епископа привело к образованию мёртвой зоны. Осаждающие находились в километре от Мюнстера. Эту свободную территории и пересекал отряд, возглавляемый сумасшедшим стариком. После того, как первичное удивление испарилось, и Франц осознал, что направляющаяся к нему группа не выглядит мирно, и, невообразимо, но планирует сразиться с многотысячной армией горсткой своих копий и мечей, он послал 500 (пятьсот) элитных кавалеристов навстречу. С городских стен тысячи жителей Мюнстера наблюдали, как дюжина смельчаков, ведомая пророком, была за несколько минут измельчена и превращена в, так сказать, «радиоактивный пепел».

Ян Матис был пронзён копьём насквозь, на ходу упав с лошади он оставил часть кишечного тракта на древке, отчего внутренности размотались на несколько метров, подскочившие кавалеристы незамедлительно разрубили пророка на части, голову, насаженную на пику пронесли мимо стен города, а как стемнело один из солдат принца-епископа прибил к воротам Мюнстера гениталии божественного пророка Яна Матиса. Нехилый должен быть эффект на глубоко верующих людей, предполагающих, что пророк не может ошибаться, потому что он пророк, и вряд ли такой псих, чтобы идти на верную погибель. Смею предположить, что после такого зрелища боязнь за собственную шкуру могла и должна была превзойти опасения о судьбе бессмертной души после Второго пришествия. Трэш. Шок. Теперь начнётся самое интересное.

Продолжение следует

Следующая часть »

Часть 1, часть 2, часть 3, часть 4.

Мüнстерская истерия, часть 4

st.anthony

Начало истории ищите здесь: часть 1, часть 2, часть 3.

Массовая истерия в те времена была явлением отнюдь не редким. Города окунались в мир сумасшедших бредней и галлюцинаций на недели. Жители носились с выпученными глазами, видели огненные шары, демонов, ангелов, чёрта лысого. Их охватывало экстатическое состояние, судороги сводили конечности. Истерический смех, грудные рыдания раздавались из каждого второго окна. Безудержное веселье с плясками сменялось внезапными приступами животного голода, нередки были случаи каннибализма. В особо тяжёлых случаях конечности чернели и буквально отваливались. Огонь Святого Антония сжигал людей изнутри.

Вышеописанные состояния отнюдь не выдумки Босха, но научно доказанный эффект грибка под названием спорынья, произрастающего на ржи. Эрготизм — достаточно хорошо изученное явление. Вредоносный грибок обнаружили в XVII веке и с тех пор старались его избегать. Кроме того в рационе появился картофель. Последний случай произошёл в Африке в 1993 году, до этого в 1951 году во Франции целый город сошёл с ума. В России вспышки зарегистрированы в 1926-27 годах.

Есть мнение, что в Мюнстере произошло уникальное совпадение: появиление пророков совпало с очередной вспышкой эрготизма. Существуют более прогрессивные (и одновременно спекулятивные) версии, указывающие на то, что пророки так или иначе знали об эффекте чёрных ржаных зёрен и умышленно спровоцировали вакханалию. В конце концов, один из пророков был булочником. Представьте на минуту финальную сцену экранизации «Парфюмера» Зюскинда — как то так, если верить историческим источникам, выглядел город в течение несколько дней.

К тому моменту город насчитывал больше полутора тысяч свежеконвертированных, повторно крещёных анабаптистов. Теперь эти люди получили пророка. И они носились по улицам, видели горящие кресты в небесах, ангелов, дьявола — что, легко представить, имело сильнейший эффект на католиков и лютеран. Многие всерьёз задумались о Конце света. Кто-то в спешке покинул Мюнстер.

Анабаптисты, невзирая на то, что их было меньшинство, довольно скоро получили контроль над торговым домом и городской площадью. Городские власти, от греха подальше, признали свободу вероисповедания. Уникальный случай в истории и в Европе на тот момент. В Мюнстере легализовали оппозиционную, радикальную ветвь христианского культа — анабаптизм стал разрешённой религией.

События развивались стремительно, принц-епископ Франц Вон Вольдек, католический наместник Мюнстера, судорожно пытался связаться с соседями и Центром, предсказывая отнюдь не Конец света, но мгновенное распространение заразы. Слух о том, что в Мюнстере можно открыто быть анабаптистом, общаться с богом напрямую и участвовать в разделении общественного имущества после грядущего Второго пришествия Христа, разлетелся по бедным районам Европы ещё быстрее. Для феодалов это было начало конца. Крестьянское восстание со столицей (Новым Иерусалимом), лидерами (Янами-акробатами) и ресурсами (богатый город ремесленников).

Довольно скоро — речь идёт о днях — анабаптисты начали давить лютеран и католиков более ожесточённо, настаивая на обязательной конвертации. Принц-епископ покинул город и, собрав армию, состоящую из горожан-единоверцев, групп помощи соседних правителей и наёмников, окружил и осадил Мюнстер, свой собственный город. Абсолютно естественное решение правителя — вытравить заразу, придушить в зародыше. За стенами теперь остались почти исключительно анабаптисты.

Граница осаждённого Мюнстера составляла тогда больше пяти километров. Контролировать каждый метр днём и ночью оказалось не такой простой задачей. Так или иначе тонким, но стабильным ручейком из-под пера Бернарда, идейного вдохновителя анабаптистов, потекли листовки и воззвания, разнося пагубные идеи по всем уголкам и без того нестабильной страны. Конец света был неотвратим. Пророк был уже здесь. Христос на подходе.

Следующая часть »

Часть 1, часть 2, часть 3.

Их наши — это уже не наши, а наши наши — это наши, ОК?


Машина на автостоянке близ горнолыжного курорта Туроа на горе Руапеху. Надпись гласит: «Я люблю большие кучи».

Здесь в Окленде я дочитываю найденную через книгу «Русские проблемы в английской речи». Написана она была в 1999 году русско-американским автором Линн Виссон, которая выросла, насколько я понял, в русской семье иммигрантов. Линн не просто перечислила расхождения в переводах известных фраз, как это делают в разговорниках, но дала довольно подробное объяснение разности культурных, политических и поведенческих систем русских и американцев. Основной «месседж» книги — можно выучить грамматику и слова, и даже научиться составлять предложения в связный текст, но чтобы по-настоящему говорить на языке нужно обязательно изучать культуру и историю страны-носителя. Увлекательнейшая, я вам скажу, штука.

Сперва был немного удивлён тем, что многое совпало с новозеландской действительностью. Американцев здесь, в Окленде, немного недолюбливают. Новая Зеландия не пускает их ядерные авианосцы в свои территориальные воды — потому что здесь безъядерная зона. Они заставляют нас участвовать в Афганском конфликте и осложняют торговые отношения. Получаются международные недопонимания. На бытовом уровне люди, поддерживают они власть или нет, но так или иначе чувствуют какое-то напряжение. «Тут» вроде не «там», то есть не Америка.

Тем не менее, само собой получается, что книга и про местные реалии тоже. Посудите сами, Новая Зеландия тоже страна иммигрантов; здесь тоже стараются делать правильно и строить самое эффективное демократическое общество для людей; тоже устраивают возню с политкорректностью; придерживаются линии «позитивного мышления» и индивидуалистичного взгляда на жизнь; здесь тоже английская система нарочитой и бессмысленной вежливости, которая скорее всего сильно отличается от американской, но на моём грубом уровне приезжего — очень похожа.

В английском языке нет эквивалента для излюбленного русского выражения «у нас». В зависимости от контекста «у нас» значит in our country, in our city, in our house. Как нация индивидуалистическая, американцы предпочтут сказать in mу country, а не in our country. В русском зарубежье нередко говорят о «наших», из-за чего в США иногда происходит путаница, над которой посмеялся писатель Василий Аксенов, подчеркивая неясность в словах «наши», «ваши» «новые» и «старые» русские: «Ты говоришь «наши» про «наших»? Про наших советских или про наших американских? Давай договоримся: их наши — это уже не наши, а наши наши — это наши, о’кей?»

Жутко интересно, на самом деле, каждый день из простых фраз, окружающих тебя в быту, узнаёшь что-то новое. Очень приятно, когда мозаика собирается воедино и непонятные доселе слова и устойчивые выражения обретают смысл. Как только становится понятнее, что сказал человек, становится понятнее, что он за человек. Вероятно, схожие чувства испытывают дети в детском саду, когда всех дома учили немного своей, очень локальной версии русского, и теперь нужно на этой основе взаимодействовать с окружающим миром. Там узнаёшь, что «попа», «жопа» и «срака» вроде про одно, да не совсем.

В продолжении поста я приведу несколько отрывков из книги, каждый из них мог бы послужить темой для отдельной заметки. На 100% согласен с идеей Линн о необходимости изучать английскую культуру.

Читать далее Их наши — это уже не наши, а наши наши — это наши, ОК?