Причина всех болезней

Озеро Таупо

Здесь в Окленде мне на глаза попалась статья американского экономиста Роберта Путнэма (Robert Putnam) под названием «Процветающее общество. Социальный капитал и общественная жизнь» (Источник, на английском).

Давным давно, во второй половине двадцатого века, в Италии придумали дать регионам возможность самоуправления. Так получилось, что на территории «сапога» образовалось 20 структурно идентичных правительств. Один вроде народ, один язык, общая история, не супер-разные социально-политические и культурные условия. В общем посадили люди умные одинаковые семена демократических институтов на участках с разной почвой.

Что из этого получилось? Спустя десять лет какие-то регионы из-за нововведённой системы самоуправления, что называется «поднялись», а какие-то закисли. Партийный состав, конечно, был смешаный, но не настолько отличались программы партий, насколько велика оказалась разница результатов. Дело не в зёрнах, но в составе почвы.

Одно из исследований показало, что наиболее процветающими оказались области с большой степенью вовлечённости граждан в общественные дела (civic engagement): заметная политическая активность, высокая явка избирателей, активный клуб читателей локальных газет, многочисленные члены церковного хора, книжные клубы, спортивные секции, общества выпускников университетов и школ и так далее. Чем больше всевозможных объединений по интересам, тем прогрессивнее и успешнее работали нововведения свежеставленных правительств, тем более успешными и благополучными становились регионы.

Оказалось, что именно горизонтальное развитие «социальных сетей», а ни в коем случае не укрепление вертикали — для всех хорошо. Чем больше граждан взаимодействует друг с другом, находя общие интересы, точки пересечения, тем выше уровень доверия в обществе. И это очень важный момент, о котором чуть позже.

На «негражданской» (uncivic) чаше весов оказались южные места вроде Сицилии или Калабрии, где народ жил и живёт по понятиям. Где, как показали исследовани, концепт «гражданства» (citizenship) вообще не существует, как таковой. Каждый сам за себя. Законы написаны для дураков. Нарушать их не только можно, но и нужно. Особенным шиком считается умение законом наказывать врагов. Доверять никому нельзя. Все общественные дела (уборка парка, например) — попадают в разряд «это не моё дело, пусть этим займётся кто-нибудь другой». В роли «других» выступают абстрактные понятия вроде: «власти», «правительство», «государство», «властьимущие» — но ни в коем случае не сами граждане.

В итоге подавляющее большинство жителей неблагополучных областей хронически несчастны, подавлены, бессильны. Они находятся в постоянном страхе, что та зыбкая стабильность, которая образовалась, может закончиться в любую секунду, если «боссы» начнут передел владений. Совершенно не удивляет тот факт, что правительственные проекты в этих регионах стремительно заглохли.

Ничего не напоминает?

Как получается, что у жителей одного города есть тяга создать «шахматный клуб», а у другого, который может всего в паре десятков километров от первого, напрочь отсутствуют подобные позывы? Простого ответа на этот вопрос не существует. Бóльшая часть объясняется историей. Причём не последними десятками лет, но сотнями и может даже тысячами. Флоренция и Генуя издревле были центрами культуры и торговли. Однако — и это удивительно — они не стали богаты из-за того, что были более социальны, но совсем наоборот: благоденствие и достаток пришли от высокой степени вовлечённости граждан в общие дела. Отсюда происходит понятие «социального капитала».

В основе его лежит популярное понятие «банк услуг»: «Я сделаю тебе добро, предполагая, что в будущем ты или кто-то другой ответят мне услугой на услугу». Исторический опыт показывает, что общество, живущее по такому принципу более эффективно и, как результат, богато. Доверие выступает смазкой в бизнес-механизмах. Социальные сети позволяют находить нужных людей и ресурсы. Общепринятые правила и законы регулируют отношения. Как следствие — не забываем, что автор статьи экономист — с экономической точки зрения общество функционирует лучше.

В статье упоминается ситуация на постсоветском пространстве. Одним из немногих достижений Советской России было создание достаточно эффективной системы по накоплению социального капитала. Вспомните, все ходили в детстве на секции, кружки юных натуралистов, все были пионерами, октябрятами, играли в шахматы, гоняли в футбол: по всей огромной стране проходили олимпиады среди школьников, шахматные турниры между любителями и профессионалами, радиолюбители собирали на коленках убогие, но работающие устройства, женщины шили и кроили (потому что одежды не было) и это становилось для них одним из поводов взаимодействовать, обмениваться идеями и, если наблюдать феномен в масштабах страны, двигаться к одному большому и светлому будущему. Потом, конечно, просрали почти все полимеры, а что осталось, разворовали. Это отдельная ветвь дискуссии. Одно ясно — за пять минут баржа не развернётся.

Посмотреть на то, как коммунистическое прошлое трансформировалось в успешное предприятие очень просто — ярчайшим примером является Китай. Коллективная экономика, построенная на связях: личных, семейных или по интересам. Невзирая на поставляемую в комплекте коррупцию, система позволяет (снова подчеркну, с экономической точки зрения) стране процветать.

Как так получилось, что вместо турнира по шашкам во дворе на скамейке российский народ троллит друг друга в интернетах или бухает бухашку и курит куришку? Как выходит, что дом каждого его крепость, а окружающий пиздец не его дело, которым пусть занимаются абстрактные «политики», которых непонятно кто выбирает?

Впрочем, может я издалека всё в тёмных тонах воспринимаю, а на деле все давно начали улыбаться друг другу при встрече и перестали носить серое. Ну, и не пытают, наверное, друг друга, не наносят «56 ударов арматурой по голове», один за другим.

В заключение добавлю. Наблюдение Роберта, автора статьи, в какой-то мере противоречат одной из пяти метрик социолога Герта Хофстеде, которые показывают однозначный коллективный эффект в России. Однако, я предпочитаю оставаться на позитивной волне: воспринимаю такие значения метрики, как отражение потенциала, заложенного в российском обществе. Сие даёт надежду, конечно. Путин кончится, все разбегутся по кружкам, клубам и секциям, и начнётся «Золотой русский век» не иначе.

P.S.: В 2007 году я перестал читать френдленту ЖЖ, и период 2007-2008гг оказался одним из самых продуктивных в жизни. Вчера удалил все 2300+ друзей из Facebook, посмотрим как пойдёт. Если хотите читать мои апдейты там, подписывайтесь cо страницы fb.me/kulesh.