Найдено в закромах потового ящика.

Трудно быть БГом (Интервью с Борисом Гребенщиковым)

Поговорить с Гребенщиков для журналиста задача крайне тяжелая: БГ, как правило, ограничивается теми интервью, которые предписаны контрактом с выпускающей фирмой. Но еще сложнее уже в процессе беседы понять, где заканчивается серьезный разговор и начинается фарс.



— Считается, что рок-н-ролл основан на протесте. В советскую эпоху рок-музыканты протестовали против политической системы. А что теперь?
— Неверная постановка вопроса. Да, рок-н-ролл базируется на протесте. Но этот протест от самого начала и до самого конца заключается в том, что вокруг меня очень много красивых девушек, а рядом со мной их значительно меньше, чем этого хотелось бы. Весь рок-н-ролл кричит: «Женщину мне в постель! Немедленно! И желательно несколько!» Бивис и Бадхен — вот вся политика, что есть в рок-н-ролле, и другой никогда не будет. Даже если люди выходят на демонстрацию под лозунгом «Рок против насилия над тюленями и пеликанами в Южной Африке», то под этим все равно скрывается твердая идеологическая основа. А именно: «Сейчас я выйду на эту демонстрацию и сниму там себе трех девок. Или четырех мужиков».
— Почему вы не присоединяетесь к вашим рок-товарищам во главе с Юрием Шевчуком, которые в качестве объекта протеста выбрали попсовиков и фонограммщиков?
— Они всегда выбирают самых безобидных божьих тварей, которые слова в свою защиту сказать не могут. Сначала протестовали против советской власти. Что она могла противопоставить этим вонючим небритым уродам, которые в угоду своей похоти, в угоду своей наркотической зависимости набросились на нее со своими грязными мыслями? Ну что ж, они своего добились — советской власти больше нет. Теперь они налетели на невинную попсу. Я очень хорошо отношусь к Юрию Юлиановичу. Но когда я вижу, как этот грубый, не постесняюсь этого слова, муж-чи-на — со своими агрессивными песнями, со своей группой ДДТ (а там остальные еще хуже) начинает топтать своими ковбойскими сапожищами Алену Апину — эту голубку в белом платьице… Что тут можно сказать? Ей же 17 лет, она ведь петь-то толком не научилась, русского слова не знает, защитить себя не может. Или взять Наталью Ветлицкую. Она же белый ангел! Бэмби! Я не могу в этом участвовать. Более того, собираюсь провести фестиваль «Джаз в защиту попсы».
— Упоминая рокеров, вы почему-то говорите «они»…
— Потому что «Аквариум» — это попса, а не рок. Изначально. В 1972 году «Аквариум» был основан как поп-группа.
— Что вы понимаете под «поп-группой»?
— Мы хотим быть популярными и ради этой популярности готовы на все. Я никогда не расскажу, на что мы хотели пойти и не пошли только потому, что нас не пустили. А если я расскажу, на что мы все-таки пошли, но до чего не успели дойти, то нас могут посадить. Это опасно. Мы хотим нравиться всем девушкам (точнее, тогда хотели нравиться всем девушкам — сейчас уже не всем), даже планируем осуществить совместный проект с группой «Иванушки-International». Я как-то встретил одного Иванушку в клубе «Кино»…
— Которого именно?
— Да откуда я знаю, которого! Ну, так вот. Мы твердо договорились, что когда-нибудь вместе запишем альбом.
— То есть протестовать вы не намерены. А на выборы пойдете?
— На выборы чего? Выбирать-то нечего. Решение Сына неба недоступно для понимания простых смертных, а для меня это решение — закон. Я уже все выбрал: между хаосом и порядком, между жизнью и смертью, между бетоном и бабочкой, между рокерами и Бэмби, наконец.
— Мы вернулись к тому, с чего начали: я задаю простой вопрос, а вы отвечаете на него в рамках сложившихся о вас представлений.
— Нет. Думаю, что такого ответа от меня не ожидали.

Андрей Миронов

Да… Сдал старик. Совсем плох.
или
Вот дядька зажигает! «Бэмби», это ж надо, а!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *